Стратегия блицкрига - Алексей Фомичев

Отдав приказы, капитан повел эскадрон вперед, к небольшому холму у дороги. Там силы разделились, два десятка обошли холм слева, а три встали справа, готовя удар в голову вражеской колонны.

Отряд ехал по дороге открыто, не высылая дозоров. Он на своей земле, чего опасаться? Да и о врагах ничего не слышно. Словом, нет причин для беспокойства.

Командир отряда десятник Луат обратно особо не спешил. Капитан Ос-Менга всегда найдет для него дело, так что пока есть возможность отдохнуть от службы, ее надо использовать.

Осеннее светило наконец выглянуло из-за туч и здорово припекало. Луат позволил воинам скинуть шлемы и доспехи и ехать налегке. И сам снял шлем. Доспех, правда, оставил, только привыкал к новому, купленному три октана назад. Хорош доспех, крепок. Держит меч, кинжал и скользящий удар топора.

О доспехе он и думал, когда отряд приблизился к холму и из-за него на дорогу вдруг вылетели всадники в незнакомой форме и доспехах.

Появление чужаков поразило всех, откуда они здесь? Десятник пришел в себя раньше других, нахлобучил шлем на голову, перехватил лежащее поперек седла копье и заорал:

– Атакующий строй! Брони взденьте, недоумки!

Но надеть вновь доспехи и перестроиться для атаки воины не успевали. Чужие всадники упредили их в развертывании в линию и теперь быстро сокращали дистанцию.

Луат видел, что их меньше, чем его людей, видел странное оружие в их руках и полное отсутствие копий. Значит, первый удар будет за его отрядом, а это многое решит. Лишь успеть встретить как надо.

– Копья наперевес! Живо в галоп!

Разогнать лошадей на такой дистанции трудно, но десятник все же пришпорил коня и погнал его прямо в центр вражеского строя.

Его воины спешно натягивали доспехи, а кое-кто, поняв, что не успеет, хватал копье и пришпоривал коня.

До врага оставалось пол сотни шагов, когда за спиной раздался громкий свист и непонятный крик «Трапар нгер!»

Луат бросил взгляд назад. С другой стороны холма на дорогу вылетела еще одна группа всадников. Она заходила в тыл его отряду, отрезая пути отступления.

Вместе врагов было даже больше, чем у него воинов, а значит, бой предстоит тяжелый и неизвестно, кто выживет после него.

Луат крикнул своему помощнику, чтобы он завернул полтора десятка и встретил вторую группу. А сам опять пришпорил коня.

Строй королевских воинов подровнялся и был готов ударить в копья, но противник повел себя странно. Сократив дистанцию до двух десятков шагов, он пустил коней вскачь вдоль строя отряда. А потом воздух наполнился свистом и три десятка болтов полетели к целям.

Из седел разом вывалилась половина воинов. Остальные не сбавили темп, но враг повернул коней и начал отступать. А потом вдруг вновь остановил коней и каждый всадник взмахнул рукой.

Луат, раненный в ногу, копья не выпустил и продолжал скакать впереди своих. Он видел взмах двух десятков рук и круглые предметы, что летели в их сторону. Один ударился о землю прямо под копытами коня, от него вроде шел дымок.

Луат успел только подумать, что у врага плохие пращники, раз так плохо бросают. А потом грянул гром и под ногами лошадей возник огонь.

Конь, получивший с десяток каменных осколков в ноги и брюхо, испуганный до предела, дернулся в сторону и упал. Десятник перелетел через него, здорово приложился спиной о землю и от боли в раненой ноге потерял создание. Концовки боя он уже не видел.

Отряд гарнизона попал в ловушку. Уцелевшие воины кружили на месте, пытаясь атаковать врага и вырваться из окружения. Но все тщетно. Хординги били из арбалетов, закидывали противника бомбами и не подпускали вплотную.

Носились обезумевшие от грохота и огня лошади, кричали раненые, звенело железо. Кто-то непрерывно вопил, выкрикивая при этом неразборчивые слова.

А потом все закончилось. Не ушел ни один!

Завак приказал внимательно осмотреть тела и добить каждого, даже если он мертв. Потом велел поймать вражеских коней и собрать оружие и доспехи.

Через два часа эскадрон повернул обратно к Накотаиму. В обозе шло два десятка трофейных лошадей, нагруженных воинским снаряжением.

Разгром вышел полным, победа быстрой и без потерь. Завак мог быть доволен своими бойцами и собой. Он все сделал правильно.

Полковника Нурамета эскадрон встретил у леса. Полковник принял доклад Завака, осмотрел трофеи и довольно кивнул:

– Отличная работа, капитан! Будет вам награда! И вашим людям тоже. Но сейчас надо спешить! Завтра полк выступает.

– А город?

– Мы его взяли, гарнизон перебили. Остальное – забота тыловых служб. Я послал гонцов к генералу Вьерду, он должен отправить сюда людей. Наше дело – идти дальше! К Аголдатару.

10 Корпус «Закат». Скорость, скрытность, смекалка

Посланная Нураметом четверка гонцов отыскала Вьерда в полутора десятках верст от столицы королевства. Центральная группировка выходила на исходный рубеж, готовя двойной удар по Хуолу и так называемому полевому лагерю.

Генерал Вьерд и Андрей Якушев как раз прикидывали, сумеет ли конный полк скрытно подойти к лагерю и стоит ли наносить удары одновременно. Появление гонцов прервало разговор. Вьерд выслушал доклад старшего гонца, быстро прочитал послание Нурамета, задал несколько вопросов и довольно кивнул:

– Отлично сделали! Молодцы! Я отошлю с вами тыловиков и дам знать Алл ере, чтобы направил своих людей к Накотаиму.

– Полковник тоже послал к нему гонца.

– Верно. А теперь возвращайтесь обратно. Передайте полковнику, чтобы делал все по плану.

Гонец отдал честь и вышел из шалаша.

Якушев разговор слушал вполуха. О взятии Накотаима он узнал через час после боя. Как узнал и о второй схватке. Елисеев передал ему данные зонда и даже прислал видео.

Но то информация секретная, не для передачи хордингам. Якушев только сообщил генералу, что дело на закате идет хорошо. Вьерду и этого хватило.

– Они выйдут на второй рубеж даже раньше нас. – Голос генерала вернул Андрея из размышления. – Наверное, это хорошо, прикроют фланги и сгонят уцелевшие силы к центру. А мы их тут и накроем.

Якушев кивнул, вытащил из сумки карту и сделал пометку. Накотаим взят.

Вьерд посмотрел, как посланец Трапара ставит значки, и после паузы добавил:

– Теперь должен прибыть гонец от Бозтара. Что у него там под Кермой?

Якушев сложил карту, растянул губы в легкой усмешке.

– Думаю, все хорошо. Но скоро узнаем. А пока давай решать со столицей. Считаю, ее надо брать, не ожидая, пока будут разгромлены основные силы в лагере. В любом случае, даже если оттуда двинет помощь, Вестак ее перехватит. Зато промедление позволит королю либо приготовиться к осаде, либо удрать. И то и другое недопустимо.

Генерал выслушал Якушева, немного подумал, потом решительно махнул рукой:

– Ударим, как только выйдем к столице! Наша разведка уже там, диверсанты тоже. Если что – они прикроют развертывание.

– Тогда отдавай приказы. Медлить нельзя!

По предварительной договоренности все распоряжения отдавал Вьерд, как командир корпуса. Это служило укреплению единоначалия и позволяло генералу чувствовать себя уверенно.

Якушев мог вмешаться, только если Вьерд совершит какую-нибудь ошибку. Но инструктора готовили полководцев не для того, чтобы те спотыкались на ровном месте. Так что пока проблем не было. А если что – можно и подсказать тет-а-тет, не ставя генерала в неловкое положение.

– Я думаю подвинуть передовые роты к городу ночью, – высказал идею Вьерд. – Меньше риска быть замеченными.

Андрей кивнул.

– Тогда за дело!

Генерал вышел из шалаша и окликнул ординарцев. Надо отдать приказы и двигать части вперед. Пришло время Хуола ощутить на себе силу стремительных ударов армии хордингов.

…А Керма пала в тот самый час, когда Вьерд отправлял связных к командирам полков с приказами на выступление.

Пока он передавал устные донесения, пока гонцы садились в седла, гарнизон Кермы прекращал свое существование как таковой.

Полковник Бозтар сделал то, на что не решился Нурамет. Он выманил гарнизон за стены и вывел его в поле.

Оценив обстановку, полковник выслал вперед вспомогательный отряд степняков. Пол сотни надегов, уцелевших после двух приграничных схваток с заставами, получили, наконец, дозволение делать что хотят.

Понятия дисциплины, порядка, соблюдения правил им были чужды. Единственное, что держало «союзничков» в каком-то подчинении, – страх перед безмерной силой хордингов. Ведь те могли прихлопнуть их, как мошкару!

До поры Бозтар держал надегов позади своих рот, опасаясь, что те вылезут, куда не надо, и демаскируют полк. Но теперь как раз это и надо было.

Командир надегов, худой и загорелый до черноты степняк, лет тридцати, с гнилыми зубами и кривым носом, выслушал приказ полковника, дважды повторил его по требованию Бозтара, сверкнул карими глазами и прохрипел, что все сделает.