Легенда из подземелий - Алёна Дмитриевна Реброва

после мрачного коридора! Только я вышла, как на меня налетел мерзкого вида низкорослый гоблин и, извинившись, побежал обратно. Сразу после этого мимо меня пронеслась разъяренная ведьма, махающая иссохшими костлявыми руками и вопившая что-то про кражу.

Этих первых впечатлений мне хватило для того, чтобы полюбить это место раз и навсегда. Та часть моей натуры, которая принадлежала исключительно ведьме, была в зловещем восторге!

Передо мной находились огромные подземные залы, делившиеся гигантскими рядами сталактитов на бесконечные улицы, повсюду были яркие или, наоборот, мрачные палатки с разнообразными товарами, потолок находился в семидесяти метрах над землей, туда же вздымались гигантские сталагмиты, в которых были выдолблены лестницы, балконы и помещения – жилые или для тех же торговых лавок. Все это покрывалось зеленоватым полумраком, который создавали основные источники освещения – большие кристаллы, вмурованные в камни.

– Нравится? – довольно спросил Люциус, осматривая все с не меньшим восторгом. – Я был вхож во все эти круги, меня знал почти каждый торговец и каждый маг! Не было такого товара, который я здесь не брал, не было ничего, что я не мог себе позволить, не было наемника, которые не оставлял бы мне своих заказов… – мечтательно рассказывал чародей. Мы ходили между лавками, он все говорил, а я внимательно рассматривала предлагаемые товары. Здесь в самом деле можно было купить все: от животных и запрещенных магических книг до одежды и еды. – Раньше я чувствовал себя одним из тех, на ком тут все держится. Но, как оказалось, и без меня это место по-прежнему цветет! В конце концов, великие маги всегда рано или поздно пропадают без вести, я уверен, никто даже не удивился тому, что я исчез на целых двенадцать лет.

– Ого! – я увидела самого настоящего тролля, продающегося за три тысячи золотых. Это было очень высокое тощее существо с землистого цвета кожей и раскосыми маленькими глазами, его темные волосы были прямыми и блестящими, как у девушек на пачках краски для волос из моего мира. То, что это был тролль, а не какой-нибудь страшненький леннай, я поняла только по табличке с ценой, гласившей, что продается именно тролль. – Мне, кажется или он… – я вопросительно посмотрела на Люциса.

– Похож на Леопольда, – кивнул колдун. – Тролли – те же самые дети проклятия. Только наш, как я понял, еще и первый плод истинной любви, поэтому родился посимпатичнее и со способностями. Троллей еще называют детьми ведьм. Не таких, как ты, а злобных, на голову двинутых рашемийских северных ведьм. Эти карги похищают заблудившихся охотников и пользуются их мужской сутью, пока несчастные не умрут под ними! Родившихся детей они распределяют по полу, девушек берут в свои ряды, а парни у них вроде слуг. Тролли, кстати, идеально подходят для этой роли, они в меру сообразительные, но любят жить по указу.

– И поэтому их продают в рабство!?

– Нет, никто их не продает. Они сами, – Люциус кивнул на тролля, которого я заметила. Никто рядом с ним не стоял, он сам держал табличку и приветливо всем лыбился, с видом приютской собачонки, мечтающей обрести хозяина. Заметив наше внимание, он улыбнулся еще шире, показав короткие заостренные зубы, и помахал табличкой, мол, дешевле не найдешь.

– Да уж… – я поспешно отвела от тролля взгляд, и мы пошли дальше.

– Значит, ты здесь часто бывал раньше? – спросила я после некоторого времени молчания. Неожиданно для себя я поняла, что мне на самом деле интересно слушать, что рассказывает Люциус.

– Да, причем очень часто, – кивнул колдун. – Любой маг, хоть что-то из себя представляющий, вхож в подобные места. Если маг не знает о Черном Рынке, значит он слишком слаб. Сюда приглашают избранных, в которых что-то есть. Существуют специальные люди, занимающиеся подбором новичков.

– Я до сих ничего не знала о таких местах…

– Теперь знаешь: я привел тебя сюда специально для этого, – усмехнулся колдун. – В моих правах приводить сюда новеньких.

Я одновременно испытала чувство гордости и благодарности. Теперь и я избранная… ведь моя лошадь с прошлым магического гения считает, что я чего-то стою, как маг!

– А что ты тут больше делал, подавал или покупал? – снова спросила я.

– Поначалу продавал, но потом уже не было нужды ждать покупателей: они сами меня находили и оставляли заказы, – рассказал маг, кивнув ы знак приветствия проходящему мимо гоблину – низкому зеленому существу с большими широкими зелеными ушами и кошачьей гоблинской мордочкой.

– Думаешь, я тоже могу попробовать торговать здесь? – спросила я.

– Вряд ли, – поморщился Люциус. – Чтобы начать торговлю, нужно проводить тут сутки по началу, то есть поселиться здесь. Сомневаюсь, что твой инквизитор это одобрит.

– Жаль…

– Не расстраивайся, торговля здесь точно такая же, как наверху. Спрос большой, но и предложений не мало. Ты ничего не потеряешь.

– Вошла бы, так сказать, в магическую элиту, – я пожала плечами.

– Магическая элита не стоит у прилавков, дорогая, – усмехнулся Люциус. – Лучшие из лучших уже дано сымитировали собственную смерть и живут бесплотными призраками, блуждая по миру и занимаясь, чем захочется, под чужими именами.

– То есть залегли на дно, как Демонтин?

– Демонтин – отдельный случай. Он – живая легенда. Он великий, но не все маги готовы считать его таковым, – принялся рассказывать Люциус с видом бывалого преподавателя. – Большинство относится к нему враждебно, потому что его открытия все с ног на голову перевернули. Как это можно принять, что из ничего, из воздуха, можно создать золото, воду, ткани? Как можно поверить в то, что мир состоит из каких-то крошечных частиц, а не из сплошной материи? Демонтин впервые заговорил об этом! Это звучало, как бред безумца, но он доказывал свои теории, разрушая общеизвестные законы. Одно только удержало мир от падения в бездну беззакония: маги такой огромной силы, которая может менять вещества, рождаются чрезвычайно редко и, как правило, умирают еще в детстве. Иначе мир бы разрушился, материя превратилась бы в нечто невообразимое из-за постоянных изменений…

– Да уж…– я представила себе масштабы катастрофы, если бы каждый маг стал менять материи по своему усмотрению, и меня передернуло. – Но тебе повезло стать последователем Демонтин, так? И ведь ты не демон, ты обычный человек.

– Повезло – подходящее слово, – кивнул Люциус. – Мои родители были темными магами, и я у них родился через девять месяцев после очередного запрещенного ритуала. Они хотели обучить меня и использовать, как опасное оружие, но… скажем так, у них ничего не вышло.

– Что же случилось? – полюбопытствовала я. Раньше я не слишком задумывалась о том, кто такой Люциус и откуда он вообще взялся,