Черный ростовщик - Олег Мушинский

Монах предложил перебраться в ту пещеру, которую индейцы уже успели обшарить. Если забиться подальше и сидеть потише, то появлялся шанс остаться незамеченными. Так они и поступили.

Часа через два к дону Себастьяну, дремавшему на посту у входа, подползла Диана и предложила покараулить до утра. Эспада хотел было благородно отказаться, но организм воспротивился. Если он хоть немного не отдохнет, то утром просто свалится на камни, а старик и девушка вряд ли смогут его даже поднять, не то что унести куда-либо. Поэтому, после краткой внутренней борьбы, Эспада сдался, кивнул и тотчас заснул, даже не успев поднять голову после кивка.

Утром он бы не удивился, обнаружив, что девушка испарилась, как туман, но нет. Диана сидела все на том же месте, привалившись боком к каменной стене и прижавшись к ней щекой. Сапожки стояли чуть в стороне, и из-под платья выглядывали маленькие изящные ступни. Оборванные рукава открывали ее тонкие руки, где под нежной кожей угадывались крепкие мускулы. Угадывались ровно настолько, насколько это требовалось для создания совершенного образа. Диана сидела так тихо и неподвижно, что ее можно было принять за спящую, только глаза были широко раскрыты. Застывшая в них тоска не мешала девушке следить за обстановкой. Едва Эспада пошевелился, как она уже повернула к нему голову.

— С добрым утром, — сказала Диана.

— А оно точно доброе? — ворчливо уточнил Эспада.

Спал он неудачно, левое плечо затекло и теперь противно ныло.

— Мы пока еще живы, — мягко улыбнулась Диана. — Хотя все еще не при деньгах.

Эспада бросил на нее подозрительный взгляд и пошарил по карманам. И золотой амулет, и несколько монет, оставшиеся после уплаты всех счетов «У Валерия», были на месте. Если монета-другая и пропала, то выпав исключительно самостоятельно при ночном карабканье по скалам.

— Лично я еще при деньгах, — возразил дон Себастьян.

— И камень на месте? — как бы между прочим спросила Диана.

— Какой?

— Алмаз величиной с куриное яйцо. Тот, губернаторский.

— Я же сказал, сказки это, — проворчал Эспада, сел и потянулся. — А если и нет, то кто бы доверил такую драгоценность приезжему, которого видит первый раз в жизни?

— Если только этот приезжий не явился специально, чтобы забрать камень, — парировала Диана.

— Ну, как я слышал, тут многие явились специально, чтобы забрать камень, — с улыбкой ответил Эспада. — Не знаю, что там губернатор откопал в этих ваших шахтах, но мне он этого даже не показывал.

— В шахтах? — Диана как-то грустно усмехнулась. — В золотых шахтах алмазы не водятся.

— Ну вот видишь. Откуда тогда ему взяться?

— От индейцев. Те считали его слезой какого-то своего бога и очень почитали. А потом пришли солдаты. Место, где хранился камень, разорили, деревню рядом сожгли, всех вырезали, как у них водится… А камень губернатор себе забрал.

Эспада поднялся на ноги. После вчерашнего забега мышцы просили пощады, да и заснул он в сапогах, что нелучшим образом напомнило о себе утром, но в целом самочувствие было именно таким, каким оно бывает после долгого тяжелого перехода. Сколько их таких уже было — Эспаде не привыкать.

— Ладно, пусть алмаз отобрали у индейцев, — не стал спорить дон Себастьян. — В это я еще могу поверить. Но, если камень уже у дона Луиса, с какой стати ему отдавать его мне? Или еще кому-то? Вон падре Доминик из него несколько дублонов на восстановление собора сколько лет вытрясал, да так и уехал ни с чем.

— Люди говорят, что губернатор хотел отправить камень в Старый Свет, — уже менее уверенно сообщила Диана.

— Так это на корабле надо.

— Ага, так все вначале и думали. Тут скоро ежегодный конвой должен выйти из Панамы, и пойдет он вдоль Мейна. И «Синко Эстрельяс» должен присоединиться к нему по дороге.

— Вот это больше похоже на правду, — кивнул Эспада.

— Да, — согласилась Диана. — Но вчера вечером, после твоего визита к губернатору, появилась другая информация. Мол, ловушка это для пиратов. На галеоне будут одни солдаты, а алмаз отправится с надежным человеком по суше до Пуэрто-Кабельо, откуда и выйдет лодка навстречу конвою. А дальше посланец поднимается на один из кораблей, и все. Прощай, алмаз. Там одних тяжелых галеонов четыре штуки. Видела я их как-то в деле. После бортового залпа от шлюпа[30] один киль остался.

— Хм… — задумчиво протянул Эспада. — А нас с падре, как я понимаю, за этого надежного посланца и приняли?

— Так больше-то никто город не покинул.

Эспада рассмеялся. Негромко, но от души.

— И жажда богатства лишила вас всех разума. Знаешь, а в этом есть своя логика.

Девушка посмотрела на него с такой надеждой, словно он собирался выложить ей настоящее местоположение алмаза. Но дон Себастьян развил свою мысль в другом направлении:

— Может быть, вся эта история с алмазом — ловушка. Собрали всех бандитов в одном месте и прихлопнули. Вчера же тут была настоящая бойня, и нам чертовски повезло, что мы все еще живы. Еще бы умыться для полного счастья…

— Там, за той пещерой, ручеек в трещине, — сказала Диана, изящным жестом указав направление. — Не горячая ванна с розовыми лепестками, конечно, но лучше, чем ничего.

— Спасибо.

Дон Себастьян выбрался из пещеры и первым делом внимательно осмотрелся. Обстановка тревоги не внушала. Индейцы куда-то убрались, а вместо них в ущелье пожаловали птицы. Эспада уже начал привыкать, что здесь они практически повсюду. Где ни окажешься, а хоть одну, да заметишь. Крикливые, с ярким оперением, они не особенно и прятались. Прилетел толстый гудящий шмель, облетел вокруг его шляпы, убедился, что страусиное перо — не цветок, и отправился дальше по своим делам. В глубине пещеры заворочался падре Доминик. Эспада прошел вдоль стены ущелья и скоро наткнулся на ручеек. Едва взошедшее солнце уже начало ощутимо припекать, но вода оказалась практически ледяной. Как природе удавался этот фокус, Эспада не представлял даже приблизительно. Должно быть, маленькое чудо.

Когда дон Себастьян вернулся, падре уже окончательно проснулся и выполз на свет. Вид у него был, как у старой заморенной клячи, только что честно выигравшей королевские скачки. О дальнейшем путешествии к озеру Валенсия не могло быть и речи.

— Ну что, падре, возвращаемся в Каракас?

— Боюсь, что да, — вздохнул тот. — Хотя бы за лошадьми. Пешком я не дойду.

— А еще не мешало бы нанести визит губернатору, — добавил Эспада. — Сказать ему несколько слов, как один идальго другому. Кстати, мне вот что в голову пришло. У дона Луиса какие-то проблемы с инквизицией. Кто его знает, чего они там не поделили, но просто так святые отцы за него бы не взялись. Все-таки губернатор.