Сила, способная изменить мир: Вера - "Элиза Полуночная"

Аман чувствовал подвох, но любопытство оказалось сильнее.

— Хочу.

— Силлины живут очень долго, у нас большой магический потенциал. Для соблюдения баланса, Кратос дал нам очень низкую плодовитость. Дети для моей расы — дар богов, причинить вред ребенку — табу. Даже если это ребёнок другой расы.

Анью весело смотрела на него. О подобном Аман не знал… Она опять загнала его «в угол» своей болтовней и, очевидно, была этим довольна.

— Вы выглядели весьма кровожадной…

— Любой, кому пытаются оторвать ухо, счастливым выглядеть не будет, — она снова пожала плечами. — Больно вообще-то.

Особенно с учётом такого количества нервных окончаний на такой маленькой площади…

— Однако, я удивлён. Вам нанёс такой вред маленький ребёнок. И как Вас вообще отпустили одну в такое путешествие?

— А желающих составить компанию и не было. Ты первый, кто предложил свою помощь, хоть и по велению своего Ордена, — порыв ветра подхватил пряди волос девушки, и она закрыла глаза, с удовольствием подставляя лицо потокам воздуха.

— Наверное, виной всему Ваш взбалмошный характер, Искатель. И непревзойденное умение встревать в неприятности, — съязвил Аман.

Девушка замерла на месте, удивленно смотря на него своими изумрудными глазами. Губы слегка приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но не нашла слов. Поколебавшись несколько секунд, она улыбнулась и продолжила идти.

— Было бы здорово, если бы ты оказался прав, Аман. С характером, при наличии желания и стараний, можно что-то сделать. Также, наверное, как и с моей способностью попадать в неприятности. Однако есть то, что мы изменить не в силах… — девушка улыбалась, но в глазах уже не плясали огоньки веселья.

Жрец понял, что зацепить Искательницу за живое ему всё-таки удалось. Вот только ожидаемой радости от этого не было, лишь стыд. Он понимал, что причинил ей боль своими словами, в глубине изумрудных глаз была печаль.

Ну и чего я этим добился?

— Простите, я, кажется, сказал лишнее…

— Не переживай. Я давно разучилась обижаться на подобные глупости, — колдунья улыбнулась и начала напевать какой-то ненавязчивый мотив.

До Большого перекрёстка они шли молча. Аман порой искоса поглядывал на девушку, пытаясь понять, о чём та думает. Но она выглядела вполне обычно-ненормальной для силлина, собирая на ходу цветы, растущие у обочины, вплетая их в венок, и продолжая что-то напевать себе под нос. Хотелось о многом спросить Анью. Почему никто из её народа не пошел с ней? Что такого есть в ней, что она «изменить не в силах»? Что было с ней вчера возле колодца, а точнее В НЕЙ? Почему именно ей поручили поиски Ковчега? Сколько ей лет, в конце концов? Но Аман предпочел молчать и не лезть к искательнице с вопросами.

— Ты не обязан мне ничего объяснять, если не хочешь ~

Жрец поражался способности девушки выводить его из себя и при этом тонко чувствовать грань, за которую переступать не следует. Она не задавала ему вопросов о его происхождении и прошлом, не лезла с советами и нравоучениями, при этом умудряясь открыто высказывать свою позицию и мысли. Анью спокойно приняла тот факт, что он — дэрон и не возвращалась к этому разговору. Аман решил, что последует её примеру — девушка сама расскажет то, что посчитает нужным.

***

На Большом перекрестке было неожиданно тихо. Не было ни одного торгового каравана. Сиротливо стояла пустая таверна, из которой не было слышно гула пьяных голосов. В тишине раздавалось лишь пение птиц и мерное ржание лошадей из конюшни. Девушка шла слева от него, на её голове красовался сплетенный из полевых цветов венок, который она несла с таким достоинством, будто это была корона.

— Дорога до Юдии не близкая. Мы возьмем лошадей у Эдмара. Он брат послушника Шейдена и часто одалживает Ордену лошадей по сходной цене.

— Хорошо, — девушка согласно кивнула.

— Вы же умеете ездить верхом?

— Думаю, на лошадях это не сложнее, чем на дивнорогах, — девушка пожала плечами и весело улыбнулась. Судя по всему, унывать было не в её правилах.

Эдмар как обычно суетился вокруг своих любимцев, когда они подошли, у него в руках была огромная охапка сена.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Господин Аман! Рад Вас видеть в добром здравии. Слышал о том, что случилось в соборе… Примите мои соболезнования, — взгляд конюха перешел на девушку и глаза удивлённо округлились, сено выпало из рук.

— Благодарю за поддержку, господин Эдмар. Смею заверить, что с Вашим братом всё в порядке, его не было в городе во время нападения демонов… Мне и моей спутнице необходима пара хороших лошадей. Мы держим путь в Юдию по делам Ордена.

— О! Вам как всегда Тайфуна приготовить? А каких лошадок предпочитает прекрасная леди? Наверное, стоит подобрать ей смышленую тихую кобылку…

Аман посмотрел на девушку, она молча смотрела куда-то в сторону, спокойно улыбаясь и, очевидно, совершенно не интересуясь тем, что они обсуждают, лишь кончики ушей подергивались в разные стороны, показывая, что она прислушивается к происходящему

— Да, мне Тайфуна. Искатель?

— А я могу выбрать лошадку сама, господин Эдмар? — девушка улыбалась очаровательной улыбкой, голос был необычайно мягким и кротким.

Лицо конюха покрылось румянцем. Очевидно, он был сражен в самое сердце.

— Для такой прекрасной леди — всё что угодно, — конюх протянул руку и попытался изобразить галантный поклон.

— Благодарю Вас, господин Эдмар! — Анью мягко вложила пальчики в протянутую руку и конюх аккуратно, едва касаясь, их поцеловал.

— Любая, из моих лошадей, к Вашим услугам, о, прекрасное создание! Выбирайте, как сердце подсказывает — не ошибетесь, — Эдмар распрямился. — А я пока подготовлю коня для господина Амана.

Мужчина, радостно припрыгивая, удалился в конюшню, чуть ли не паря над землёй.

Это что сейчас было?!

Аман повернулся к девушке, та довольно улыбалась. Хотелось много чего ей сказать, но она уже молча удалилась выбирать себе скакуна. Жрец остался один на площадке перед конюшней, пытаясь понять произошедшее. Очевидно, что Аньюриэль только что, у него на глазах, бессовестно раскрутила конюха. <i>Но на что и главное зачем — не понятно…</i> Он сел на лавку, ожидая прихода Эдмара с оседланным жеребцом и смотря на небо, в котором медленно плыли белые облака.

Эдмар вернулся спустя четверть часа, ведя на поводу Тайфуна. Этот конь Аману нравился. Черный жеребец с белой звездой на лбу и такими же белыми гольфами на стройных ногах, выносливый и послушный, с ним никогда не было проблем.

— Вычистил и снаряжение подобрал отличное, — конюх гордился собой и своей работой.

— У Вас как всегда, лучшие лошади, господин Эдмар, — Аман не кривил душой. Эта конюшня считалась лучшей во всем Артемисе.

— Ну так, с животинкой поладить — это особый дар нужен, — Эдмар проверял крепления ремней и подтягивал стремена. — Это мне так Его Святейшество сказал. Лошадки вон у меня какие — холёные, здоровенькие, ласковые. Шерстка лоснится, в гриве и хвосте — волосок к волоску.

Аман заметил, как за спиной конюха, на поле, огороженном высоким забором, Анью гладила крупного черного жеребца, который с явным удовольствием жевал её венок.

— Мне недавно нового скакуна привезли, — продолжал тем временем Эдмар. — Молодой, вороной — сущий бес, не иначе. Норов прям поганый, никак не даётся в руки. Уже пару мальчишек покалечил мне. Благо, господин Мердок на днях приходил — поставил их на ноги.

Странные сомнения закрались в душу Амана, когда он смотрел, как девушка легко запрыгивает на спину черного жеребца, игнорируя отсутствие седла и упряжи. Конь с места пустился вскачь по загону резвым галопом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Это просто невозможно…

— Господин Эдмар, а Вы ведь сейчас не о том вороном жеребце, что в загоне позади Вас?

— Да. О нём. Красавец, но характер поганый! — конюх повернулся и замер.

Кого-то мне это описание напоминает…

Вороной конь с девушкой на спине галопом мчался прямиком в их сторону и легко перемахнул через заграждение. Анью пустила его красивым кругом по дороге, давая отдышаться. Хрупкая девушка, верхом на крупном скакуне выглядела великолепно. Королевская осанка, стройные ноги свисают по бокам животного, тонкие пальцы переплетаются с длинной черной гривой, вишневые волосы треплет ветер и изумрудные глаза ярко горят на счастливом лице.