Сила, способная изменить мир: Вера - "Элиза Полуночная"

Святой Руфеон!

Молодой фермер выхватил из рук девушки ребёнка и рванул его на себя. Хватка у мальчика оказалась крепкой, и он потянул колдунью за собой. Анью зашипела, словно кошка, и исчезла во вспышке телепорта, появляясь метрах в десяти от них. Выглядела она крайне злой. Кончик пострадавшего уха странно косил вниз. Пряди волос взвились вокруг головы, среди них вспыхивали маленькие разряды молний. Глаза полыхали колдовским пламенем. Вокруг неё клубилось столько магии, что дрожал воздух. Мужчина с ребенком на руках медленно начал пятиться в сторону дома, очевидно даже он почувствовал неладное.

Да она же сейчас всё тут разнесёт!

Аман мгновенно оценил перспективы и закрыл людей собой. Он не питал особых надежд на то, что угроза его жизни остановит девушку от кровавой расправы. Он даже не был уверен, что сможет остановить её — Анью уже дважды каким-то невероятным образом телепортировалась сквозь его щит, но попытаться стоило.

— Это просто недоразумение! Не стоит применять магию. Это же ребёнок… — попытка разрешить вопрос мирно выглядела крайне жалко.

В ответ девушка разразилась гневной тирадой на иссиларе. Большую часть которой, Аман не понял, но общий смысл тех слов, что ему удалось перевести сводился к тому, что некоторым людям стоит воздержаться от размножения. А то, что он перевести не смог, явно носило крайне нецензурный характер… Высказав всё, что думает, Анью развернулась на каблуках и пошла в сторону выхода с фермы.

Обошлось… Вроде бы.

Аман снял с пояса кошель, спешно пытаясь отсчитать нужную сумму.

— Денег не нужно, — мужчина помотал головой из стороны в сторону, словно пытаясь добавить веса своим словам. — Эта леди спасла мою жену и дочь. Они были в городе вчера. Наша семья в неоплатном долгу перед ней. Я не возьму с вас денег. Простите за случившееся.

Не дожидаясь ответа, фермер, перехватив поудобнее ребёнка, направился в сторону дома. Аман удивленно смотрел ему вслед, затем перевёл взгляд на мешок. Нужно догнать Аньюриэль, неизвестно, что она может натворить в таком состоянии. Он поднял мешок, закидывая его себе на плечо и спешно отправился за девушкой. Груз не давал той свободы движений, как поход налегке, и Аман с грустью вспомнил повозку и Пегую. Транспорт им не помешал бы.

Раз уж нас так щедро снарядили в поход, то можно арендовать пару лошадей у Эдмара.

Догнать Аньюриэль у него никак не выходило. Стройная фигурка с вишнёвого цвета волосами маячила впереди. Она, очевидно, всё ещё была зла. Аман вспомнил, как сам не так давно тянул руку к этому самому уху… По спине пробежали мурашки от осознания того, чем это могло ему грозить.

Она страшна в гневе…

Девушка впереди него дошла до перекрестка и замерла.

Не знает, куда идти?

Это был шанс, и Аман ускорился, стремясь нагнать её.

Анью сидела на крупном камне возле дороги и хмуро смотрела на него, скрестив руки под грудью. Аман опустил мешок на траву рядом с ней. Судя по всему, вспышка гнева прошла. Он глянул на пострадавшее ухо — оно было жуткого сине-фиолетового цвета и всё также неестественно косило кончиком вниз.

О, Руфеон! Всё хуже, чем я мог предположить…

— Искатель, Вы позволите? — он медленно потянулся к девушке, не решаясь дотронуться до неё.

— Хуже точно не сделаешь… — голос был грустным. Она повернула голову, убирая в сторону волосы и открывая ему доступ.

Зрелище было жуткое… Синяк медленно увеличивался в размерах и уже достиг затылка, теряясь в волосах, кожа в области уха налилась отеком. Даже смотреть на подобное было неприятно. Аман аккуратно дотронулся пальцами до затылка девушки, посылая магический импульс и исследуя нанесенный ущерб. Помимо повреждённых сосудов обнаружились две растянутых мышцы и одно рваное сухожилие. Вылечить подобное труда не составило.

Поразительно!

Аман исследовал магией строение уха девушки. Оно существенно отличалось от человеческого. Десяток мышц, множество связок и сухожилий отвечали за движения. Огромное количество нервных окончаний по всему ушку делало его необычайно чувствительным, даже к малейшим звукам и прикосновениям.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

А ведь ей должно было быть невероятно больно…

Он попытался углубить магический импульс и исследовать строение внутреннего уха, но девушка резко встала, разрывая контакт.

— Я не анатомическое пособие, Аман… — она сурово смотрела на него.

— Простите… — он чувствовал, как краснеют щеки. — Я не… Я забылся. Как Вы себя чувствуете?

Анью задумчиво пошевелила ушком в разные стороны, посмотрела на него и улыбнулась.

— Отлично! И что бы я без тебя делала? — девушка весело улыбалась, словно ничего не было. — Ты очень хороший лекарь, Аман! Для человека, который только что изучил строение уха силлина, у тебя неплохо получилось собрать всё на места.

Её похвала смущала. Теперь горели не только щёки, но и уши, на радость Амана, прикрытые волосами. Анью окинула взглядом мешок на земле и сняла с пояса сумку, загружая припасы в магическое пространство.

— Так будет удобнее.

Спорить Аман не стал. Магическое пространство и вправду было необычайно полезной вещью. Нести вещи в нём было гораздо приятнее, чем на себе.

— А сколько в него влазит?

Анью на пару секунд задумалась.

— Не знаю. У меня ни разу не получилось его заполнить.

И почему жрецам не выдают такие? В них можно было бы носить травы и лекарства.

— Нам на север, к Большому перекрестку.

Девушка кивнула, привычно подстраиваясь слева от него. Они молча двинулись дальше в путь. Внезапно к ним подлетел магический огонёк, горящий ровным алым светом и закружился вокруг девушки. Она подставила ладони и огонёк уместился в них, нервно пульсируя. Аман узнал в нём то самое заклинание, за которым гонялись дети. Вот только это было не заклинание…

— Это дух?

— Да, — Анью ласково улыбнулась. — Его зовут Шанти. Это огненный дух-светлячок. Он злится, что я ушла и оставила его с теми детьми…

Огонёк ещё несколько раз нервно вспыхнул и исчез в камне одного из многочисленных браслетов девушки.

— А разве у духов есть имена?

Аньюриэль удивлённо хлопала глазами.

— У тебя же есть имя… — девушка внимательно смотрела на него. — Думаю, мне стоит как-нибудь ещё заглянуть в Леонхольд. Пообщаюсь с Его Святейшеством о пробелах в твоём образовании. Вам нужно уделять больше внимания межрасовым отношениям.

Аман подавился воздухом от подобной наглости.

— Его Святейшество — великий человек! И он хорошо меня обучал, — жрец смотрел как весело улыбается девушка и в душе снова расползалось раздражение. — И я отлично осведомлен о межрасовых особенностях. Например, я, в отличии от Вас, Искатель, знаю, чем грозит силлинам магическое выгорание.

Внутри кипело совершенно мальчишеское желание доказать свою правоту и уколоть собеседницу.

— Магическое выгорание заканчивается для силлинов смертью. Всегда, — девушка спокойно улыбалась, словно говорила о приятной погоде. — Магия — часть моей сущности. Выгорание источника убьёт меня. Но не стоит так переживать — я знаю, где моя точка невозврата. Неоднократно до неё доходила… А ещё я знаю, в теории разумеется, как в момент выгорания использовать остаток жизненных сил, чтобы, как выражаетесь вы, люди, громче хлопнуть дверью напоследок.

Сказанное повергло Амана в ужас. Он замер на месте, шокировано глядя на девушку.

— Неоднократно доходили?! Что вы хотите этим сказать?

— Ровно то, что сказала. Именно потому, что наша жизнь завязана на магии, очень важно знать, где твоя точка невозврата. Человеческие маги просто теряют дар, если выжгут свой источник. Маги моего народа погибнут от такого… Подобные уроки обязательны для всех молодых силлинов. В этом нет ничего особенного, — девушка пожала плечами и продолжила путь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Аман шагал следом, осмысливая сказанное. На несколько минут между ними повисло молчание.

— А хочешь расскажу кое-что о силлинах, чего ты точно не знаешь? — девушка весело смотрела на него, хитро щуря глаза.