Эпизоды любви - Сергей Яковлев

стола и поставил на середину комнаты. Развернув стул лицом к собеседникам, он уселся, и приготовился слушать. Все это время присутствующие молча наблюдали за его действиями. Он тоже молчал.

– Ну, – наконец прервал паузу Сенин, – Рассказывай.

– О чем? – осведомился Углов.

– Ты Ваньку-то не валяй, – повысил голос владелец фирмы. – Сам-то не знаешь, о чем? Ничего не хочешь поведать?

Андрей Владимирович пожал плечами. Романов молчал, выполняя пока роль стороннего наблюдателя.

– Ну, расскажи, тогда, как ты меня обокрал, – разошелся тем временем Сенин. – Расскажи, как ты мои деньги к себе в карман перекладывал.

– Я вас не понимаю, – Углов серьезно посмотрел в глаза говорившему.

– Все ты понимаешь, – окончательно вышел из себя Евгений Иванович. – Типографию кто за моей спиной открыл? Деньги кто туда перечислял?

– А почему это за вашей спиной? – возмутился в свою очередь Углов. – И потом, я что, деньги просто так перечислял? Они нам, между прочим, работу делали, а мы им платили. И мы им работу делали, и они нам тоже платили. И что тут криминального?

– Это еще неизвестно какую они там работу делали, и сколько ты им за эту работу платил.

– Почему же неизвестно. В бухгалтерии все отражено, да и Николай Сергеевич тоже в курсе всех вопросов. Все договоры с типографией лично он подписывал.

При этих словах, Николай Сергеевич застыл как изваяние, боясь лишний раз пошевелиться, чтобы ненароком не навлечь на себя хозяйский гнев. Сенин смерил Романова уничтожающим взглядом, но промолчал.

– Да, Николая Сергеевича ты лихо подставил. Силен, ничего не скажешь.

– Причем тут подставил? Николай Сергеевич сам ездил знакомиться с производством, сам договаривался о ценах. – Андрей Владимирович обратился к Романову, – Николай Сергеевич, что же Вы молчите. Вы же сами меня просили дать вам доверенность на заключение договоров. – Николай Сергеевич, сидевший словно нахохлившийся воробей, подложив под себя руки, только молча поежился на своем стуле, качнувшись из стороны в сторону.

– Так, – прервал Углова Евгений Иванович, – Я больше не собираюсь слушать твои оправдания.

– Да я и не оправдываюсь, – успел вставить фразу Андрей Владимирович.

– Сегодня же сдаешь дела и вали отсюда на все четыре стороны.

– Кому сдавать прикажете?

– Романову. Все. Свободен.

– Евгений Иванович, раз уж Вы меня все равно уволили, я бы напоследок Вам хотел сказать, что не считаю себя в чем-то виноватым. Я же Вам полтора года назад сам предлагал план развития. Вы отказались. А если Вы сомневаетесь насчет цен, то смею уверить, что для нашего агентства они были даже ниже, чем для остальных заказчиков. А если говорить о Романове…

– Я тебе сказал. Я не хочу тебя больше слушать, – Евгений Иванович поднялся со своего стула и демонстративно отвернулся от Углова в сторону Романова, – Ну, что сидишь, иди дела принимай.

Андрей Владимирович вышел в коридор, вслед за ним увязался Романов.

– Ты куда? – оглянулся на него Углов.

– Дела принимать.

– Иди пока в бухгалтерии принимай, я тебе туда все бумаги занесу.

Зайдя к себе, Андрей Владимирович опустился на стул и, собираясь с мыслями, начал машинально постукивать пальцами по столу. Все головы повернулись в его сторону.

– Андрей Владимирович, Вы ничего не хотите нам сказать, – от имени всех обратилась к нему Александра.

Углов прекратил барабанить пальцами и обвел комнату взглядом. Три пары глаз были устремлены на него. – Да, у меня есть, что сказать, – он сделал паузу, но не для эффекта, а от того, что ему трудно было говорить. – С сегодняшнего дня я больше не ваш директор. Теперь ваш директор – Николай Сергеевич Романов. – Все молча переваривали услышанное. Андрей Владимирович продолжил. – Я намерен открыть собственное рекламное агентство. Учитывая ваши знания и опыт, я готов предложить вам всем соответствующим образом оплачиваемую работу. Правда, у меня пока нет помещения, но это пока. Короче, кто надумает сменить работу, рад буду всех видеть. Наступившую тишину нарушил звонкий Сашин голос.

– Когда можно писать заявление?

– Ты пока не торопись, – остановил он Александру. – Надо еще фирму зарегистрировать, помещение найти, мебель закупить. Дел – выше крыши. Так что время подумать есть.

– Я уже подумала, – Александра это сказала таким тоном, что Андрей Владимирович понял, кому адресовалась эта фраза. – И потом, разве вам не потребуются помощники на этот период? Мне, кажется, вместе можно быстрее все сделать. Тем более, Романов все равно заставит две недели отработать, так что самое время заявление писать.

– Ну, не знаю. Может ты и права.

– А вы, – Александра обратилась к ребятам, – Вы остаетесь или как?

Антон неловко молчал, Юля смотрела на Антона. Наконец, не дождавшись его ответа, Юля заговорила первая.

– Антон, ну почему ты молчишь? Андрей Владимирович ждет, что мы скажем.

– А ты что молчишь? – огрызнулся Антон. – Ты уже решила?

– Я решила, но я хочу, чтобы ты сам для себя тоже решил.

– И что же ты решила? – поинтересовался Антон у своей молодой жены.

– Я не хочу на тебя давить. Ты мужчина. Ты должен сказать свое мнение первым.

На лице Антона отразились муки принятия решения. Пока он думал, он неотрывно смотрел на Юлю, словно стараясь отгадать, какое решение приняла она. Наконец в его лице что-то изменилось.

– Если говорить обо мне, – начал он.

– Конечно о тебе. Свое решение я скажу сама.

Антон бросил сердитый взгляд на Юлю.

– Молчу, молчу, – чтобы не проронить ни слова, Юля засунула обе руки в рот и широко раскрытыми глазами с волнением уставилась на мужа.

– Если говорить обо мне, – повторил Антон, – То я бы ушел. Он посмотрел на жену. Та захлопала в ладоши и расцеловала своего любимого в обе щеки и в губы, чем привела его в смущение и замешательство.

– Андрей Владимирович, мы с вами, – теперь за двоих ответила Юля.

В комнату заглянул Романов. – Ты скоро документы принесешь? – поинтересовался он у своего бывшего директора.

– Иду уже, – бросил в ответ Углов, собирая со стола документы.

– А вы все работать, – словно помещичий приказчик прикрикнул Николай Сергеевич на ребят и закрыл за собой дверь.

– Ишь ты, какой сразу стал, – Юля передразнила только что вышедшего Николая Сергеевича и обернулась к Антону. – А ты еще думал оставаться.

– Да ничего я не думал.

– Думал, думал, – Юля погрозила Антону кулаком.

Из-за двери донесся истошный визг Галины Петровны. Это она обнаружила в своей мусорной корзине окоченевший Васькин труп.

Домой Андрей Владимирович пришел раньше положенного времени. Прежде такого не случалось. Он открыл дверь своим ключом и, не включая света, начал тихонько разуваться, когда в коридор на звук его возни вышла Катя. Руки ее были в муке, видимо что-то