Поймать ускользающую. Неуловимая попаданка для Мастера (СИ) - Богданова Екатерина Сергеевна

Безумец окинул меня пристальным взглядом с прищуром, подошёл ближе, с громким хлопком закрыл книгу и бросил её на кровать в ногах. От удара книги о кровать по телу прошла судорога боли. А я тем временем судорожно натягивала манжет рукава на правое запястье. Только бы не рассмотрел!

Сейчас для меня, наверное, самым важным было спрятать от него этот золотой рисунок. Не то, чтобы надо мной перестали измываться, не исцеление от неведомого недуга, а спасение от взгляда Эссирота браслета. Если он отберёт и эту слабую ниточку надежды, я просто не выдержу, сломаюсь.

- И что же ты там прячешь, дорогая? – ласково спросил маг, заметив копошение моих рук под покрывалом.

- Ничего, - прошептала я, отчаянно соображая, как отвлечь его внимание от правой руки.

Как назло в голову не пришло ничего умнее, чем поранить левую. Изо всех сил сжала левый кулак, чтобы отросшие ногти впились в ладонь. Но сил-то как раз у меня и не было, пришлось обхватить кулак второй рукой и помочь. Удивительно, но на фоне общего плачевного состояния я совершенно не почувствовала боли от впившихся в кожу ногтей, но определённо ощутила горячую влагу. Кровь! Получилось!

На всё это ушло не больше пяти секунд, в течение которых Никалаус с любопытством учёного рассматривал меня. В следующее мгновение он резко наклонился и откинул покрывало. Я судорожно вздохнула и опустила руки по бокам, оставив левую, находящуюся как раз с его стороны, сжатой в кулак. И мельком покосилась на неё, для надёжности. Этот сумасшедший так внимательно следит за каждым моим движением, должен заметить этот «невольный» взгляд.

Расчёт оказался верным! Взгор Никалауса метнулся к сжатой в кулак руке, кустистые брови с наметившейся сединой нахмурились.

- Что там у нас? - пробурчал он, схватив меня за запястье и разжимая пальцы.

Я ожидала возмущения, смеха или какой-нибудь пренебрежительной реплики, но Эссирот удивил меня.

- Хм, - задумчиво протянул он, разглядывая окровавленную ладонь. – Неожиданно. Пыталась использовать технику сосредоточения на боли? Весьма умно, милая моя девочка. Не ожидал от тебя такого.

Что? Да он не просто безумец! Передо мной настоящий маньяк! Мне и в голову ничего такого никогда не пришло бы. Тем более, боли мне сейчас и так за глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Знаешь, я раньше тоже практиковал этот метод. Бесспорно, помогает собраться и сосредоточиться на определённой проблеме, - поделился он со мной. – Но поверь, это довольно коварная методика, кратковременная и с плачевными последствиями. Когда проходит боль, приходит облегчение, а с ним и ещё большее рассредоточение внимания. Что, сама понимаешь, при моей деятельности может привести к фатальной ошибке.

Я молча смотрела на этого… даже не знаю, как его назвать. Слово «безумие» явно не отражает и сотой доли состояния разума Эссирота.

- Вторую руку покажи, - потребовал он.

Я продемонстрировала ему открытую ладонь, стараясь двигаться как можно осторожнее, чтобы рукав не сполз с запястья. Вызвать подозрение не опасалась, мне и так каждое движение даётся с трудом и болью, и он это прекрасно знает. Тем больший страх вызывало полное отсутствие даже зачатков сочувствия. Для Никалауса мои страдания были чем-то настолько несущественным, что и вовсе не стоило внимания. На такое безразличие к чужой боли способны только по-настоящему больные на всю голову люди. Даже маньяк уделил бы моим мучениям внимание, порадовался там или удовольствие получил. А тут полное безразличие и чисто академический интерес к пораненной ладони. Жуть…

- Хорошо, - удовлетворённо кивнул этот моложавый долгожитель, убедившись, что со второй рукой всё в порядке, но тут же вновь нахмурился.

Неужели что-то заметил?! Паника начала захлёстывать. Хотелось спрятать руку под спину, отвернуться от мага, чтобы не заметил, как мне страшно, а лучше вскочить и огреть его чем-нибудь по голове. Но я продолжала лежать без движения, потому что прятать руку нельзя, только больше подозрений вызовет, а на всё остальное банально сил не хватит. Он бессмертный маг, да ещё и псих к тому же, а у сумасшедших неведомо откуда берутся просто чудовищные силы. Куда уж мне с ним тягаться, тем более в таком полуживом состоянии.

Эссирот ещё немного поизучал меня взглядом и неодобрительно покачал головой.

- Умная девочка, но неопытная и недальновидная. Кажется, из-за отравления ты позабыла об опасности межпространства, - произнёс он, сделав какие-то свои выводы. – Даже если бы тебе удалось сосредоточиться, чтобы раздвинуть грани пространства, ничего хорошего из этого не вышло бы. Поверь мне, девочка, уж я-то знаю. Даже мне, тому, кто создал энергию скольжения, пришлось потратить не один месяц на то, чтобы научиться ориентироваться в межпространстве. Моя магия лишь открывает двери, прокладывать путь нужно самостоятельно. А этому не каждый способен научиться, тем более вот так сразу.

Из всей его речи я поняла две вещи: Первое – он решил, что я тут себе ладонь кромсала для того, чтобы сосредоточиться и воспользоваться скольжением. Пусть уж лучше так, главное, что браслет не заметил. И второе – и ничего он не великий скользун! Алька вон, например, скользит, как дышит. Да и другие одарённые с лёгкостью эту премудрость осваивают. Я просто ещё не практиковалась ни разу.

А это его «моя магия»! Он действительно считает, что сам создал магию скольжения, а не случайно открыл её. Может так и есть, я в магии практически ничего не смыслю, но будь это его детище, вряд ли скольжение было бы доступно стольким магам.

- Думаю, ты уже усвоила урок, всё осознала и не будешь больше делать глупостей, - тем временем произнёс Никалаус, поглаживая мою израненную ногтями ладонь.

До дрожи хотелось отдёрнуть руку, но я терпела. Психов лучше не злить лишний раз.

- И запомни, в лаборатории нужно быть предельно осторожной. Нельзя хватать всё подряд, и уж тем более проливать на себя жидкости с неизвестным тебе содержимым, - продолжил наставлять Эссирот.

Да он ничего не помнит! – вдруг поняла я. Не знает, что Никла пытался вызволить меня и поэтому получился разгром в его лаборатории. И этой болью хотел наказать за то, что пролила его драгоценную белую жижу!

- А раз уж усвоила урок, думаю, теперь тебе можно и поспать, - заявил Эссирот, хлопнув меня по ладони.

Я покосилась на неё и с удивлением обнаружила, что нет ни крови, ни ранок от ногтей. Он не просто наглаживал мою ладонь, а лечил!

- Спи, дорогая, - произнёс маг и коснулся моего лба.

Я попыталась возразить, но не успела. Веки начали закрываться, и я стремительно погрузилась в вязкое беспамятство, ещё не подозревая, какой шикарный подарок сделал мне мой похититель, погрузив в сон.

***

Меня кто-то настойчиво звал.

«Эль! Эль, ответь» - слышалось, будто через вату. Ответить не получалось, но голос казался смутно знакомым. Он тревожил и успокаивал одновременно.

«Эль, маленькая моя, впусти меня» - вновь просит кто-то, словно стучась в закрытую дверь.

Я очень хочу впустить, но не получается ни пошевелиться, ни сказать хоть что-то.

«Просто подумай. Ты спишь, в своём сне ты можешь делать всё, что захочешь» - опять этот тёплый, будто ласкающий голос.

Я сплю? Но как тогда могу слышать того, кто меня зовёт? Странно всё это. Но ответить хочется, очень хочется, потому что голос приятный и какой-то родной что ли. «Я здесь» - подумала как можно более громко и отчётливо, если можно так сказать о мыслях.

И свершилось чудо! Меня услышали!

«Умница, Эль. Ты смогла» - похвалил меня Рассел. Только сейчас я поняла, что это он. И так обрадовалась, как никому никогда не была рада. Разве что когда Николай Строганов на свидание позвал. Тогда тоже было вот такое незамутнённое счастье, как от исполнения заветной мечты.

«А вот о нём я бы попросил не думать» - неожиданно разозлился Мастер.

«Хорошо, не буду» - мысленно пообещала я, понятия не имея, как это вообще возможно. Мысли вообще штука, мало поддающаяся контролю. Но сейчас мне и не хотелось вспоминать прошлое. Гораздо важнее было будущее.