Безумья темный страх - Алекс Елин

- Да, Миранда – жалкий городишко, который никому не нужен. И от этого осознания его жители превращаются в не менее жалких теней самих себя, - согласился он, отправляя в рот кусок жевательного табака. – Но вся беда в том, что тут тоже живут люди, а город хранит великую тайну, о которой известно лишь избранным, и город не дает вырваться великому злу из своих глубин. Если зло вырвется – Розми придется очень плохо.

- Это все сказки, - фыркнул Ривс.

- Нет, сын мой, это не сказки. Это страшная правда. Менялись поколения и цивилизации, а на этом месте всегда был город. И пусть со временем он превратился в жалкое подобие себя прежнего, но именно благодаря ему в свое время была одержана победа богами Света над Сетом и его приспешниками, - жрец улыбнулся. – В это трудно поверить, но лишь благодаря Миранде Розми были дарованы пять веков покоя и тишины, - он внимательно посмотрел на летчика. - Миранда стоит на древних фундаментах. На очень древних фундаментах, - задумавшись, повторил жрец и замолчал. Когда Ривсу стало казаться, что он уже не заговорит, седовласый собеседник задумчиво продолжил свой рассказ. - Когда-то тут было дно моря, а потом оно поднялось вместе с Великими Горами по воле Создательницы Мира, и тогда здесь появился первый город, хранящий тайну этого места. Тут была часть залива, который именуют теперь заливом Морских Королей, а Миранда была морским портом. Тут стояли храмы первых богов и самой Создательницы Мира, а на высоком холме возвышалась обитель Ордена Хранителей Истины. По залитым солнцем улицам ходили те, кто позже стал северными горцами и основателями древних империй, кто, спустя тысячи лет, заложил первый город на месте Фритауна. Солнце нагревало розовые, белые и желтые камни стен домов и храмов, а пышные сады по весне засыпали город розовыми и белыми лепестками яблонь, персиков, вишни и сливы…

Ривс словно бы воочию увидел прекрасный древний город, возвышавшийся на берегу моря, которое билось о высокие гранитные набережные и пирсы. Над розовыми и белыми зданиями летали многочисленные чайки и бакланы, а золотые и серебряные крыши храмов и общественных зданий сияли в свете жаркого солнца. На высоком холме возвышалась белоснежная обитель древнего Ордена Хранителей Истины, куда вели виадуки каменных дорог, сложенные из белого и голубоватого камня. Сады вскипали пеной цветущих деревьев, а на мощеные каменные улицы опускались кисти синей, сиреневой, розовой и фиолетовой цветущей глицинии. Многие дома были увиты красной и фиолетовой бугенвиллией; голубые и сиреневые кроны жакаранды дарили покой прохожим, а посреди скверов и площадей пылали красные цветы делоникса.

По этим ярким и знойным улицам ходили люди в белоснежных туниках и легких сандалиях или же шествовали строем воины в доспехах, надетых поверх красных и синих туник, с пышными алыми и белыми плюмажами на шлемах. Жрецы неизвестных и ныне мертвых богов шествовали по суетным улицам, поправляя свои черно-красные и голубые одеяния, они дарили мир и покой душам жителей этого сказочного города.

В порту шумели многочисленные рыбаки и моряки, что пришли на своих судах из самых разных уголков Дидьены. Они разгружали свои посудины, или же стучали кружками в многочисленных тавернах, что располагались у причалов.

Над городом и над обителью Ордена Хранителей Истины возвышалась гигантская статуя девушки, сжимающей меч в руке. Девушки на веки застывшей на полушаге, на полувзмахе, движение которой столь стремительно и естественно, что кажется, еще мгновение и статуя закончит свой шаг, и ветер продолжит трепать ее волосы, откинутые на спину. Ее лицо было обращено к небу, которому она грозила, и в пасмурную погоду облака закрывали лезвие меча… Вот только пасмурных дней в этом волшебном городе почти не случалось…

Затем картина переменилась.

Город пылал. Зарево пожаров поднималось в серые, затянутые дымом небеса, окрашивая тучи пепла в розовый и красный. Языки пламени вырывались из окон и провалившихся крыш домов, а некогда белые и розовые стены почернели. По улицам метались перепуганные жители, падая в панике, топча друг друга; плакали брошенные или потерявшие родителей дети; кричали перепуганные беспомощные женщины и старики. На белых улицах под горящими или еще цветущими жакарандами, глициниями и делониксами кипели жаркие схватки между воинами в шлемах с высокими плюмажами и нападавшими на них чужаками в черных одеждах.

Многие горожане, мужчины, юноши, старики и женщины, хватались за оружие, присоединяясь к схваткам. Жрецы или молились в храмах, или сражались на улицах, или же пытались выводить из обреченного города перепуганных жителей. Но черных захватчиков было слишком много, да и город уже вовсю пылал, горела даже обитель Ордена Хранителей Истины, а какие-то умельцы в черном набросили на ноги статуи Создательницы Мира многочисленные канаты, за которые тянули…

Сначала эта затея казалась глупой, но потом по камню пошли трещины… Они расширялись и расширялись… И вот уже выпал первый каменный кусок из левой ноги статуи… Потом величественная прекрасная статуя начала медленно заваливаться на бок в облаке пыли, прямо на пылающие улицы города, на горящие парки и сады…

Последней была взята охваченная огнем цитадель Ордена Хранителей Истины. Нападающим удалось пробить брешь в ее стене, и ворваться внутрь, но там уже не оказалось никого из жрецов.

Город пылал еще несколько дней…

Падали объятые пламенем деревья, рушились стены, горели дома, а по некогда белым и розовым улицам текла кровь пополам с водой из разрушенных фонтанов и акведуков. Серый сумрак стоял над уничтоженным городом, а потом пошел дождь, остудивший огромное пепелище и потушивший последние очаги пожаров. С тех пор дождь и шел над Мирандой, а туманы укрывали место, где возвышался прекрасный город, похожий на сон.

Ривс дернулся, когда странное видение растаяло вместе с городом. Он уставился на жреца ошалевшими глазами, в которых страх мешался с удивлением и любопытством.

- Что вы курили? – хриплым голосом спросил капитан.

- Сигарету, табак, - пожал плечами жрец. – Почему ты спрашиваешь, сын мой?

- Я видел… видел этот город, - прошептал Ривс. - Это бред, но я его видел… И статую Создательницы Мира… Они ее свалили… Прямо на улицы города… Она раскололась при падении… Кажется, я схожу с ума в этом проклятом дожде и тумане.

- Нет, сын мой, - усмехнулся жрец, опираясь на свою лопату. – Ты не сходишь с ума, ты просто увидел то, что ты должен увидеть. Сила, что сокрыта под городом, показала тебе то, что было когда-то, то, чего