Долина Моленклоу - Максим Бондарчук

Глаза носились по прилегающей территории и захватывали все, что попадалось им на вид. Каждую мелочь, каждый осколок разорвавшейся гранаты, каждую пулю, проносившуюся над нашими позициями, и улетавшую прочь, оставляя после себя лишь металлическое эхо.

Наемники уже более часа удерживали позиции под шквальным огнем, который обрушился на наши головы из нескольких огневых точек. Прижавшись своими телами к земле и буквально врывшись в нее, мы смотрели по сторонам, ожидая нужного момента для ответного огня. Но он не наступал...

Каждая секунда боя казалось вечностью. Люди стонали от усталости и боли, но держались. На последних силах, на морально-волевых, но даже глупцу было понятно в этой ситуации, что вечно это продолжаться не могло и, надави противник еще сильнее, отряд мог бы просто рассыпаться как карточный домик.

- Тул! Тул, мы больше не можем держаться на позициях! Нужно отступать, иначе они нас просто уничтожат.

Я слышал наемника. Его все слышали и от этого жалобного, почти охрипшего от постоянного напряжения голоса, каждому из бойцов стало не по себе. Было очевидно, что наступать уже не было сил.

Мародеры знали, кто вел отряд в бой. Пущенный в "Скале" слух о готовящемся наступлении, распространился по городу как вонь от дохлой лошади и сделал свою грязную работу как надо. Они ждали нас. Стянув в нашем направлении основные свои силы, они давили на наши малочисленные ряды со всей мощью, которая только была доступна этим людям.

Отряд продвигался вперед. Потеряв всего шесть человек и солидно углубившись в позиции противника, мы сделали все, чтобы план, сформированный мной и утвержденный Тулом сработал. Спустя всего полтора часа после начала операции, перед нами уже находилась почти вся живая сила, которая только могла подойти к этому месту. Не давая поднять головы, они вели огонь из всего, что могло стрелять или хотя бы подходило для этого дела. Машины, словно метавшиеся крысы, объезжали нас со всех сторон, стараясь как можно быстрее взять в кольцо и не дать отступить назад. Этого мы не могли допустить и как только угроза окружения стало действительно опасной, Тул принялся отдавать указания.

- Все отступаем! Огонь вести только по машинам!

Пригнувшись, каждый из наемников принялся оставлять свои позиции и быстро, насколько это было возможно в подобной ситуации, уходить назад. Но огонь, который велся по нам был слишком плотный и любое неосторожное движение тут же приводило к смерти.

Я видел как очередь из сверкающих, рассекающих воздух, пуль пробила легкую броню наемника и буквально выпотрошила его. Они как голодные насекомые вгрызались в его тело и рвали все, что попадалось им на пути. Закричав и вскинув руки вверх, он вскоре замертво упал на землю. Но солдаты будто не видели этого. Один за одним, прикрывая друг друга, они отступали назад и старались как можно быстрее уйти с этих позиций, чтобы дать возможность авиации сделать свое дело.

- Вызывай Сальвадора! Теперь его очередь!

Кто-то прокричал рядом со мной.

- Нет! Мы еще слишком близко!

Я обернулся и увидел возле себя старика. Перезаряжая свой револьвер, он быстро оглядывался по сторонам.

- Ты с ума сошел, пастырь! Если этого не сделать, они тут же почуют неладное и разбегутся в стороны. Нужно вызывать Сальвадора. Или сейчас или никогда.

Старик замолк. Поправив свою шляпу и вложив револьвер в кобуру, он демонстративно поднял свой воротник и затем, окинув взглядом прилегающую территорию, сказал.

- Слишком много трупов будет. За всех не смогу помолиться.

Но наемник не слышал его. Сбросив с плеч рацию и уткнувшись лицом в землю, он принялся докладывать координаты.

- Да.... Именно здесь. Все как на ладони. Что?.... что значит точность не гарантирую?! Черт бы тебя побрал, Сальвадор и всю твою воздушную свору! Если я выживу и смогу вернуться в "Скалу" наша встреча состоится уже в Круге!

Дальше слушать уже не было смысла. Возмущение красноречиво говорило о том, что нам стоило ожидать в ближайшие несколько минут. Бомбардировщики прилетят и не оставят здесь камня на камне. И как бы ни злился солдат, но гарантировать от тучных, набитых бомбами самолетов ювелирной точности, было просто невозможно. С такой высоты и по такой площади, преследуя цель максимального охвата и поражения, обещать безопасность тем, кто находился в этом месте, никто не мог. Бомба не выбирает, она просто делает свое дело.

- Докладывай! - прокричал Тул, отстреливаясь от напиравших мародеров.

- Он собирается разнести это место вместе с нами! Подчистую! Так что у нас есть десять минут, чтобы выкопать себе могилу и успеть лечь в нее, дабы те, кто окажется здесь после нас не кривили лица от наших разорванных тел.

Схватив оружие в руки, он бросился назад, попутно стреляя во все, что могло представлять опасность. Остальные последовали за ним. Осознание того, что через несколько минут земля поднимется в воздух, а огонь, вырвавшись наружу, превратит это место в пепел, толкало солдат на риск. Они бросались прочь, не взирая на опасность быть скошенными свинцовой очередью или быть убитыми осколками разорвавшейся гранаты.

- Давай за ними. А я прикрою тебя.

Старик схватил меня за плечо и буквально толкнул в сторону небольшого укрытия. Оно находилось немного поодаль от основных позиций и представляло собой приземленную бетонную конструкцию, которая была воздвигнута здесь еще во время войны. Но теперь, когда это место облюбовали мародеры, она стала хорошей огневой точкой, где при умелых действиях можно было держать направление даже при численном перевесе со стороны противника.

- Живо туда! Дальше нам просто не успеть!

Тул понимал, что время играло против него и, что каждая секунда промедления приближала его и группу к неминуемой гибели. Нужно было срочно найти укрытие, способное выдержать удар авиации и ничего кроме этого просто не подходило. Скомандовав всем живым солдатам, он встал возле дверей и принялся открывать их. Внутри оказалось не так уютно и горы хлама, ящиков и покореженного оружия, вывалившиеся наружу мгновенно загромоздили дорогу рвущимся внутрь солдатам.

- Полминуты, Тул. Мы уже видим цель.

Слова Сальвадора, доносившиеся из наушника, заставили всех буквально ввалиться внутрь и закрыть за собой дверь.

Сердце билось как сумасшедшее. Каждый, кто находился рядом, мысленно отсчитывал секунды в ожидании смертельного сброса. И вскоре он произошел.

Писк, с которым бомбы начали падать на землю, был слышен даже в этом месте. Он разрезал воздух и влетал в уши, заставляя солдат закрывать их руками и интуитивно прижиматься лицом к земле.