Бездушный (СИ) - Тимофеев Владимир

Сопровождаемый Дуршем Аршаф направился прямо к ним. Я двинулся в сторону Ридия.

На моего напарника внимания поначалу не обратили. Ну, типа, идёт караульный начальник, а с ним какой-то чувак... Хм, а собственно кто этот крендель? И почему он не в форме, как остальные?..

Вовремя ответить на эти вопросы и сообразить, что что-то не так, Аршаф нашим противникам не позволил. Призрачное лезвие мелькнуло в его руках быстрым росчерком, и разрубленный пополам маг шлёпнулся наземь, извергая фонтаны крови.

— Всем стоять ровно! Не дёргаться! — рявкнул Аршаф опешившим от такой жути конвойным. — Оружие наземь!

Копья полетели на землю.

— На колени!

Охранники брякнулись на колени. Следом, не дожидаясь команды, то же самое сделали и заключённые... Логично, если подумать. Кто знает, что это за тип с магическим лезвием. Может быть, у него просто башню снесло. Начнёшь кочевряжиться — порешит и имя не спросит...

Внезапность пополам с наглостью, на которые мы рассчитывали, сработали на все сто. На то, что происходит на другой стороне площади, маг-целитель смотрел, раскрыв рот. Чтобы прийти в себя, ему понадобилось секунд десять.

Многовато, однако. И поздновато.

Потому что когда его челюсть вернулась на место, а в правой руке появился, наконец, огненный шарик, я был уже рядом.

— Здоро́во, лепила! Давно не виделись, — поприветствовал я целителя, сняв шапку и натянув на физиономию самую дружелюбную, какую только возможно, улыбку.

— Ты?! — вылупился на меня Ридий.

— Я, — «смущённо» развёл я руками.

Пущенный в меня файербол растворился в воздухе в считанных сантиметрах от цели.

— Дядя, ты дурак? — поинтересовался я с укоризной и в ту же секунду метнул заклятье обратно, только уже переработанное. Точно такое же, каким обездвижил Тура в нашу первую встречу.

Помощник начлага осел мешком на песок.

Я удовлетворённо кивнул и развернулся к впавшим в ступор охранникам:

— Ещё герои имеются?

Героев, как и предполагал, не нашлось. Стражники один за другим сложили оружие и бочком-бочком отошли к кузне. Луков и арбалетов у них, хвала небесам, не оказалось. А не то нам пришлось бы действовать по-другому, более жёстко и даже жестоко.

— Займёшься? — спросил я у подошедшего «вора», указав на ничего не понимающих каторжников.

— Займусь, — кивнул тот...

Пока Аршаф занимался зэками и охранниками, я занимался Ридием.

Неподвижность с него, ясен пень, не снимал (пленного мага лучше держать в «строгости»), а вот способность отвечать на вопросы вернул. Для это пришлось на мгновение приложить к его рту пластинку «исцели себя сам» и тут же убрать её (чтобы «исцеление» коснулось только того, что нужно).

— Ты... и вправду... иммунный, — кое-как выдал целитель, прокашлявшись.

— А ты, получается, сомневался? — позволил я себе короткий смешок.

— Да... Тебя зовут... Леннир с севера?

— У меня много имён, — не стал я вдаваться в подробности. — Здесь и сейчас меня зовут командор. Понятно?

— Да, — кивнул Ридий. — Почему ты меня... не убил?

— По-моему, это очевидно, — пожал я плечами. — Мне нужна информация?

— А потом?

— Всё от тебя зависит. Будешь сотрудничать — останешься жив. Не будешь — умрёшь. Всё по-честному.

— Я буду... сотрудничать, — медленно проговорил целитель. — Спрашивай...те...

Глава 14

Вообще говоря, не так уж и много мне надо было узнать у лекаря об Урочище, зоне и как у них всё устроено.

По сути, интерес представляли только «волшебные камни». Именно о них и об их добыче меня неоднократно расспрашивали Лика и Рейна. А когда две столь разные женщины (единственное, что их внешне объединяло — это специфические глаза, один изумрудный, другой сапфировый) настойчиво интересуются одним и тем же, это действительно наводит на размышления...

— Средняя ежесуточная добыча составляет тысячу двести камней, — сообщил по этому поводу Ридий. — Но из них только десять процентов переправляются на большую землю.

— Десять процентов? Так мало? — не мог я не удивиться.

— Увы, господин командор. Больше не получается. Двести камней уходят каждые сутки на поддержание зоны, и не менее девятисот — на инициирование Урочища, чтобы оно выдавало новые слёзы и зубы.

— Так! А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее...

И маг принялся выдавать подробности. Причём, не только рассказывать, но и показывать. Для этого даже пришлось вернуть его в относительно нормальное состояние, чтобы он мог не только говорить, но и двигаться.

Чтобы узреть вживую механизм «управления» каторгой, мы с Ридием отправились в спецзону для магов. То, насколько легко я преодолел магическую защиту на входе, привело целителя в оторопь. А когда он увидел убитых «коллег», то стал практически шёлковым, и если у него и крутились в башке мыслишки, как бы меня обмануть, а тем паче прикончить, все они после такой демонстрации пошли прахом.

Самое интересное, как оказалось, находилось в том самом «сарае», который я в прошлый раз проигнорировал. Ну, в смысле, не до того тогда было, чтобы ломиться внутрь, а потом рыскать в нём в поисках чего-нибудь ценного. Зато сейчас это упущение я исправлял по полной программе.

— Вот, господин командор! — с гордостью заявил лекарь, указывая на постамент с двумя водружёнными на него обломками. — Когда-то это был самый первый камень Баа́т, который принёс в этот мир наш император.

— Что-то он не похож на обычные, — изобразил я сомнение.

— Как пишут в священных текстах, прежние владетели этой земли не хотели отдавать императору хранилища силы. Великий Ашкар дрался с ними и победил. Но в этой схватке первый камень Баат был разломлен...

— Где бы ещё почитать эти священные тексты... — почесал я в затылке, но внятного ответа на этот вопрос так и не получил.

Оно и понятно. По этому поводу даже Рейна во время наших ночных забав высказывалась в том духе, что все подряд маги вечно ссылаются на какие-то книги, но сами в глаза их не видели, а лишь пересказывают чьи-нибудь пересказы...

— И тогда Великий Ашкар, — продолжил целитель, — решил использовать первый камень... точнее, его обломки, большой и малый, для того чтобы, с одной стороны, оградить наш мир от злобной магии древних, а с другой, вычерпывать из неё лишнюю силу, но только во благо. Для поддержания новой магии, которую он передал после воцарения своим лучшим ученикам, а через них и всем нам...

Как именно используют древнюю силу, Ридий показал мне наглядно, «скормив» обломкам первого камня десяток «драконьих слёз», выуженных откуда-то из-под мантии.

— Смотрите, господин командор, — говорил он, прикладывая очередную слезу к большому обломку. — Драконья слеза исчезает, большой полукамень Баат начинает светиться...

Всё верно. «Слеза» и впрямь растворялась в большом обломке, и тот начинал испускать тусклый багровый свет.

— А теперь этот свет... смотрите-смотрите... превращается в точку, и эта точка... как бы притягивает к себе... некое облако... и они поглощают друг друга. Поглощение означает, что осколок великого камня вытянул из земной тверди две-три «слезы» или «зуба», а возможно, и то, и другое вместе. Прямо сейчас Урочище выдавило из себя несколько капель чистой энергии, и мы теперь можем найти их. В Чёрном холме или в Мёртвых топях, неважно. Главное, что благодаря вот такой вот подпитке, — кивнул целитель на постамент, — месторождение не иссякает, и мы имеем возможность эксплуатировать его бесконечно...

Честно сказать, последнее утверждение показалось мне достаточно спорным, но спорить сейчас не хотелось. Гораздо важнее было получить максимум информации об Урочище, пока её здешний носитель не помер и, вообще, открыт для сотрудничества.

— Ага. С этим понятно. А что по второму обломку?

— По второму всё то же самое, только энергию он не притягивает не в виде «слёз» и «зубов», а в виде... эээ... специальной подушки из силы, которая держит тот остров, где мы находимся. Стоит только на несколько дней остановить переток энергии из малого осколка камня Баат вглубь Урочища, и та земля, на которой стоит наш лагерь, просто утонет в болоте. Топи поглотят её целиком, вместе с людьми и постройками.