Мародеры на дорогах истории - Аполлон Григорьевич Кузьмин

третирование "низших" либо в расовом, либо в социальном отношении. Несомненно также, что подобные пассажи более всего и подогревают ответную ненависть.

А "темные силы" около Сталина действительно были. И, видимо, не только те, о которых писал Г. Климов. Какой-то свет на эти силы проливает и "Красная симфония" Ландовского ("МГ", 1992, № 3–4). Именно эти силы поднялись из глубин в последние годы, разрушив страну и превратив народ в воров и нищих. И в, казалось бы, атеистическом обществе вдруг пышным цветом расцвели оккультные ордена и верования восточноязыческого характера. "Мы так разрисуем несправедливости чужих правительств, создадим такую к ним неприязнь, что народы тысячу раз согласятся на рабство, которое гарантирует им мир и порядок". Кто это сказал? Это сказано в трех разных источниках: у Жоли, в "Протоколах" и в "Мифах двадцатого века" Розенберга. А как реализуется это, мы прекрасно видим на экранах нашего телевидения, совсем недавно обличавшего тоталитаризм и власть партократов, а ныне ратующего за полное отчуждение народа от власти путем ликвидации его выборных органов — Советов.

Откуда тянет смрадом фашизма[11]

6 мая 1993 года войдет в историю: всемирно известный монархист и (по собственному определению) фашист, глава общества "Память" Д. Васильев провел в своей квартире (и штаб-квартире) пресс-конференцию, а Федеральный информационный центр, возглавляемый М. Полтораниным, помог и в организации конференции, и в самом широком ее освещении. А поведал "главный фашист", что "Память" активно ратовала за Б.Н. Ельцина и голосовала за доверие его политике и, как можно понять, его "тимуровской" команде.

А команда поистине экзотическая. В прошлом году общественность потрясли откровения журнала "Москоу Мэгэзин", в редколлегию которого входят М. Полторанин, а также Г. Бурбулис, О. Попцов, и Г. Явлинский. Оказывается, "…проблема российского правительства заключается в том, что, по крайней мере, семьдесят процентов мужчин в кабинете Б. Ельцина — гомосексуалисты" (1992, апрель-май, стр. 47). Кто-то решил, что соратники недосмотрели, кто-то — подставили. Но, видимо, прав В. Канашкин: ведь это мощный шаг по пути "европеизации" нашей жизни (см. "Кубань", № 1–2,1993, стр. 2). И указ президента, освобождающий гомосексуалистов от наказания, — естественное решение "проблемы". Ну, а о том, что представляют собой гомосексуалисты в организационном отношении, достаточно сказано в ряде книг Г. Климова.

Весь мир давно и активно обсуждает и еще одну проблему: ворует президентская команда, ворует по существу открыто и в неограниченных размерах. Наконец-то и у нас об этом сказано вслух в выступлениях вице-президента и заместителя Генерального прокурора, а депутаты Верховного Совета внесли и существенные добавления, расширив и круг обвиняемых лиц, и масштабы разграбления.

Ну и что же дальше? "Демократические" наши комментаторы пытаются окружить "пострадавших" ореолом мученичества, нисколько не стесняясь вполне правомерного обвинения в соучастии. Возмутители спокойствия постоянно напоминают, что и они не без греха, а тех, кто выносит сор из избы, может настигнуть и иная кара. А народ по-прежнему безмолвствует, и смотрит на него высокопоставленное жулье как на быдло. На это обстоятельство обратила внимание и вполне лояльная к властям "Независимая газета" (26.06). Удивляясь реакции самого верха на разоблачения, газета резонно требует, чтобы Ельцин и Черномырдин "определились". "Таинственность и секретность кремлевской кухни, — пишет В. Марсов в передовой, — уже превосходит все разумные и даже неразумные пределы. Объяснимы они могут быть либо полной растерянностью перед проблемами, либо желанием застраховать себя от ответственности, либо монархически и коммунистически-средневековым отношением к народу как к быдлу. А скорее — сочетанием этих факторов… Николай II отдельно и Гапон отдельно — это я понимаю. Но в одном лице — это уже политическое самоубийство".

Газета удивляется полному пренебрежению власти к законам и ставит вопрос: кем принимаются все эти ("правильные и неправильные") "важнейшие политические решения"? Верно оценено, что это не парламент, не правительство и даже не президент…

Один из парадоксов наших дней — запуганность русской интеллигенции возможностью обвинения ее в "фашизме". А она даже и не знает, что это такое. Ей не удалось даже познакомиться с комплексом материалов, представляющих механизмы господства "элиты" над "быдлом": "диалог в аду между Макиавелли и Монтескье, или же политика Макиавелли в XIX веке глазами современника" Мориса Жоли (1864 г.), восходящие к этому сочинению "Протоколы сионских мудрецов" и "Еврейское государство" Герцля, близкие к ним сочинения Ахад Гаама, "Мифы XX века" А. Розенберга и "Майн Кампф" Гитлера. Именно в силу неосведомленности можно было удивляться повороту Д. Васильева вроде бы в противоположную сторону. А он пришел именно туда, где всегда и был, где находятся действительные, а не мнимые центры фашизма.

В интервью "НГ" (10.06) Юрий Скоков, покидая команду президента, выразил опасение, что "истинные демократы" могут привести государство к новому фашизму". Но ведь они изначально к нему и вели. Достаточно вспомнить, с каким напором "демократическая" пресса пропагандировала "Зубра" — Тимофеева-Ресовского, ставившего опыты на заключенных в самых мрачных заведениях Гиммлера. Именно "Апрель" и "Мемориал" под. стрекали прибалтийских нацистов, создавая ту ситуацию, которая теперь проявилась почти на всех окраинах бывшего Союза И окружение президента (может быть и лучше хозяина) понимает, что фашизм для него — единственная возможность избежать ответа за бесчисленные преступления перед народом. Именно поэтому патриоты более всего заинтересованы в открытом обсуждении угрозы фашизма, и не им опасаться обнажения тайных пружин, направляющих политику нынешних властей.

Ради освобождения от комплексов патриотической интеллигенции полезно было бы ознакомиться с книгой Дж. Стефана "Русские фашисты. Трагедия и фарс в эмиграции. 1925–1945" (М., 1992). Хотя автору книги и особенно автору предисловия хотелось бы перекинуть мосток в наше время, приписав, в частности, особые симпатии к фашизму Сталина, ничего у них не получилось. Как ничего не получилось и у так называемых "русских фашистов". Итальянские фашисты отвергли их с возмущением, а идеолог нацизма прибалтийский немец А. Розенберг, отказываясь от услуг новообращенных, пояснил достаточно цинично: славянин может быть фашистом (итальянского образца), но национал-социалистом может быть только немец.

В последнее время появился ряд работ, в которых немецкий национал-социализм предстал в существенно ином обличье, нежели считалось ранее. Главное в нем не расизм, а магические культы, предполагающие "выведение" новой породы "сверхлюдей", материалом для чего служила немецкая нация. Именно через тайные оккультные ордена нацизм связывался с транснациональными компаниями. Вдаваться здесь в подробности этой многоплановой темы нет возможности (отошлю хотя бы к своей публикации в ближайшем, восьмом, номере "Молодой гвардии"). Отметим лишь, что национал-социализм много потрудился над теорией механизма господства меньшинства над большинством, а розенкрейцеровский "Черный орден", у истоков которого стоял и упомянутый выше Морис Жоли, являлся