Мир между мирами. Превращение - Тэра Арджент

на пол, совершенно обнажённая и совершенно человек. Она полностью возвращается в своё тело. Джеси тревожно держит за рукав Штайна, когда тот пытается остановить Грэя.

***

Окончательно прейдя в себя, я замечаю, что здесь происходит. И тут же кидаюсь останавливать Грэя.

– Отпусти его! – кричу я.

Он смотрит на меня, и его взгляд заметно меняется. Грэй отпускает Зика. Тот падает на пол и, обезумев, забивается в угол и бережно гладит труп какого-то зверька.

– Почему ты в крови? – спрашиваю я

– Пустяки, госпожа, главное, вы в порядке, – отвечает Грэй и кланяется мне, словно я только вошла в здание. – Вот, возьмите мой плащ, – говорит он и протягивает мне свой наполовину окровавленный плащ.

Не понимая, к чему это он, я смотрю на себя и замечаю, что совершенно голая. В панике хватаю замаранный кровью плащ и надеваю его. Становлюсь очень красной.

Боже, они все видели меня голой, какой кошмар! И Грэй видел меня голой. Какой позор!

Эти мысли заполняют мою голову, и я краснею ещё больше. Уже совсем темно, звёзды сияют одна ярче другой.

– Что здесь произошло, пока я спала? – спрашиваю я.

В ответ я лишь слышу тихое пение из-за угла. Зик, гладя свою помощницу, напевает песню. Слов не разобрать, и временами он странно хихикает. Кажется, песня про звёзды. Все замирают и наблюдают за его действиями. Зик ничего не делает, но песня становится громче, и её уже поёт не Зик. Кажется, сами звёзды поют в эту минуту. Я смотрю на небо через дыру в крыше храма. Звёзды мигают, и голос исходит от них. Весь лес наполняется пением.

– Ну и кто стал королём? – внезапно спрашиваю я.

Они переглядываются. Назначить королём действительно было некого.

– Мне трон не нужен, – говорит Штайн, беря за руку Джеси, – я и так счастлив. К тому же я его не убил, – добавляет Штайн, показывая на Зика.

– А из него, – говорит Джеси, показывая всё на того же безумца, – король уже не получится.

– Когда звёзды заговорят, серый станет королём, – шепчу я себе под нос слова кота.

Обойдя Грэя и встав перед ним, я целую его в губы. Он не ожидал этого и потому не сразу отвечает. Поцелуй оказывается долгим и на редкость приятным. Это мой первый поцелуй. Покраснев, я отстраняюсь, поворачиваюсь ко всем и произношу:

– Королём становится Грэй!

Все ошеломлены, но не моими словами, а тем, что происходит сразу после них. Раздаётся громкий звук, словно какой-то механизм приходит в движение.

– Это знак! – восклицает Штайн и бежит на улицу. За ним бегут все, кроме Зика. Тот не понимает, что происходит, обнимает мёртвую Понку и сидит в тени, тихо раскачиваясь на месте.

Действительно, это знак. Я уже с трудом могу его видеть. Но те, кто видят, говорят, что обе змеи становятся одного цвета, но не белого или чёрного, а серого. Круг замыкается, войне приходит конец, на этот раз – навсегда.

– Ты и правда спасла наш мир, – говорит Джеси, словно никогда не верила в это. Я улыбаюсь.

На улице шумно, мы только сейчас замечаем, что все приходят посмотреть на знак. Их приводит песня. Все: и тёмные, и светлые, и сфринглы – взирают вверх, рассматривая знак на вершине старого храма. Их беды закончились, теперь они могут жить спокойно. В толпе я разглядываю и Альве, и Иву. Ива мне подмигивает, словно знает точно, что этот человек является той самой сфринглёй. Все потихоньку расходятся по домам. С завтрашнего утра все начнут новую жизнь, во главе с Грэем – новым Королём мира. Мы тоже все идём обратно в город. Увидев, что я совершенно босая, Грэй берёт меня на руки и, несмотря на алеющую рану на плече, несёт до самого замка. Всю дорогу улыбается, с его лица не сходит Чеширская улыбка. Также по пути мы встречаем весёлых рабов Нистарка, которые бегают вокруг дерева, где тот привязан, обливают его всякими зельями и радуются, когда он корчился от боли. Зика Штайн ведёт с собой. Они похоронили Понку возле храма и снова стали друзьями. Хотя Зик уже не сможет вернуть свой рассудок, он теперь как дед Измаил – бешеный ребёнок. Сомневаюсь, что его примут в замке, хотя, зная главного мага в городе, его где-нибудь пристроят.

Придя в замок, Грэй ставит меня на ноги и спрашивает:

– Не хочет ли моя госпожа стать моей королевой?

Я такого не ожидаю и не знаю, что ему ответить.

– Я не смогу здесь долго задерживаться, мне нужно возвращаться в свой мир, – отвечаю неопределённо я. – Но я бы с радостью, – добавляю и краснею, как помидор.

Он улыбается.

– Отдыхай. Есть ещё один день до твоего отправления. И не бойся, в этот раз ты уже не попадёшь в мир Алисы.

Я киваю и ухожу наверх.

18 глава. Стать ли королевой?

Поднявшись в свою комнату, я первым делом здороваюсь с отражением и всем живым в этой комнате. Подхожу к шкафу, открываю его. Из него мне открывается вид на бесконечное количество платьев. Что ж я раньше не открывала его? Хоть я платья не очень-то и люблю носить, выбираю себе самое, на мой взгляд, обычное. Примеряю, скинув окровавленный плащ Грэя. Подхожу к зеркалу, и отражение мне улыбается. Оно крутится передо мной, показывая, как на мне сидит платье со всех сторон. Я в это время стою, не шевелясь. Нужно ложиться спать, но мне почему-то совсем не хочется. Поэтому я решаю погулять по замку.

Выйдя из комнаты, я смотрю в противоположную сторону от лестницы, и мне открывается длинный коридор. Прохожу по нему, надеясь встретить поворот. Но его там не оказывается. Возвращаюсь обратно и спускаюсь на второй этаж. Там уже нет таких бесконечных коридоров с апартаментами для гостей. Коридор второго этажа приводит меня в большую комнату. Она так сильно освещена, словно для той комнаты есть своё собственное солнце. По комнате кто-то бегает и что-то увлечённо готовит. От запаха я вспоминаю, как давно ничего не ела. Моё присутствие выдаёт урчание в животе. Но, похоже, обитатели этой комнаты ничего не замечают. Я прохожу вовнутрь. Здесь дед Измаил, он торопливо бегает по комнате, смешивая всё новые и новые травы в своём котле. Внезапно мне в нос ударяет омерзительный запах.

– Фу, какая гадость! – вырываются слова.

Дед останавливается и резко разворачивается, на лице его отражается отвращение. Поняв, что это я, он изменяется в лице и произносит уже радостно:

– Проходи, проходи, гостья!

Я прохожу дальше и сажусь на стул возле