Мир между мирами. Превращение - Тэра Арджент

по призыву его беспомощности перед старым другом. Она повела себя храбрее предыдущих, когда-либо призываемых в этот мир, девушек. Неизвестно, почему на призыв всегда приходили девушки. В самом ритуале призыва ничего не сказано про пол призываемого. Но почему же всё-таки девушки?

Штайн сидит и ломает над этим голову. Не найдя ответа, переключается на другие мысли. Джеси, бедная возлюбленная ученица…

– Надеюсь, мои уроки даром не пошли, и она справится с задачей, не пострадав, – подумал Штайн, сказав это вслух.

Только подумав про свою большую любовь, которой так и не посмел признаться в чувствах, в голове опять возникает тот шум передачи информации.

– Штайн! Штайн! Где ты? Я пришла за тобой, подай знак! – трезвонит голос любимой в голове.

– Джеси! Джеси! – начинает кричать во всю глотку одуревший Штайн. Встаёт и подходит к решётке, продолжая кричать её имя. Достаёт рукой до стула Зика и принимается стучать им об решётку.

Спустя время Джеси находит нужный коридор и добегает до сумасшедшего мужика, невероятно шумного для раненого.

– Я нашла тебя! – восклицает запыхавшаяся девушка, размахивая чёрным хвостом в разные стороны.

– Я верил в тебя, – отвечает Штайн, гладя по щеке любимую, просунув руку через решётку.

– Нужно тебя телепортировать. У тебя остались зелья в невидимой сумке? – говорит Джеси, осматривая любимого учителя.

– Нет. Кажется, я её вообще потерял, – отвечает он, пожимая плечами.

Услышав это, Джеси суёт руку в свою невидимую сумку на боку. Не нащупав ничего нужного, она расстроено сообщает, что этого зелья у неё нет. Зато есть кислота. Она достаёт большую баночку зелёной кислоты, больше похожую на баночку с соплями.

Штайн хочет потянуть руку к банке, как его пронзает боль, и он стонет.

– Ты ранен? – вопрошает Джеси. – Нужно немедленно обработать и зашить.

Джеси выливает по капле странной кислоты на петли решётки. Штайн просит любимую отойти и пинает по решётке. Она дребезжит и с грохотом отлетает к противоположной стене.

Наконец Джеси может обнять своего любимого. Штайн улыбается и целует её. Джеси удивляется его вниманию, ведь раньше они никогда не вели себя открыто, так как были ученицей и учителем. Но на войне нет места подобным ограничениям. Насладившись моментом, Джеси говорит:

– Тебя нужно залечить, – и вынимает всё нужное из сумки.

Рана обработана и зашита. Чуть было не перепутав нужный препарат с кислотой, Джеси справляется с работой медсестры. Потрёпанная рука Штайна теперь спасена умелыми ручками. Боль больше не тревожит, но всё ещё требуются покой и перевязки.

– Нам нужно выбираться отсюда, – молвит Штайн.

Джеси помогает ему встать.

– Битва уже началась, скоро наш ход, – отвечает ему Джеси.

– Нужно найти Зика, но в первую очередь идём за Марией, она совсем скоро станет человеком.

***

Тем временем в пещере женской общины.

Наблюдая за всем в малюсенькой для такой войны пещерке, через весь шум что-то внутри меня содрогается, и я отлетаю в бок. Оказывается, это инстинкт самосохранения. Передо мной появляется демон, но я не успеваю ничего сообразить, как сзади его обвивают белые лапы сумасшедшей. Она ведёт себя как истинный удав: обкручивает его лапами, словно в них нет костей, и со странным шипением полностью заглатывает его голову.

Никогда раньше передо мной никому не отгрызали голову. Если не считать отрубание головы курицы, у бабушки в огороде. Из шеи курицы струилась кровь, но она продолжала носиться по огороду. Здесь же эту роль выполнял дохлый демон.

Пока сумасшедшая разжёвывает его голову, тот носится по пещере, пока его не ловит одна из сфринглов и не разрывает на части. Я нервно сглатываю, тайно радуясь, что не меня постигла эта участь.

Все вокруг прыгают, ловят демонов, рвут их на части, а я так, у стеночки лежу в скромной надежде, что на меня не нападут. Судя по количеству трупов на земле и запчастей бывших демонов, мы тут уже всю армию разворошили. Складывается ощущение, что мы скоро утонем в трупах и крови. Не дав поразмышлять, от стены меня отлепляет Альве и тащит в середину боя.

– Ты что в сторонке-то сидишь? Твоя война, так налетай же!

С этими словами она кидает меня прямо на появившегося посередине пещеры демона.

– А-а-а! – кричу я, летя на демона с вытянутыми вперёд когтями.

В следующее мгновение дико орёт демон. Открываю глаза и выдёргиваю руки из его плоти. Фу, какая гадость! Пытаюсь отряхнуть руки от отодранных кусочков мяса демона. Тем временем тот тянет ручищи, чтоб оторвать мне пасть. В панике кручусь на месте, размахивая руками. Демон падает на землю. Мимо пролетают другие демоны. Остановившись, пытаюсь в страхе куда-нибудь сбежать. Бегу мимо появляющихся демонов и сфринглов, которые уже стали цвета крови. Споткнувшись, падаю прямо на чей-то труп, на трупе демона содрана маска, а лицо уже разъедается, словно кислота в воздухе. Не успеваю подняться, как на меня что-то падает. Внезапно я чувствую, что больше не управляю собой. Этот кто-то вцепился в меня с самыми нехорошими намерениями. Я резко завожу руки назад и, впившись в тушу когтями, вращаю лапами через голову вперёд, что приводит к размозжению черепа демона. Он с хрустом ударяется о землю головой.

Сделав это, я прихожу в себя.

– Боже, – пугаюсь я, – что со мной начинает происходить?

Снова появляются демоны. Когда же их армия иссякнет? Я смотрю на месиво, которое творят другие. Мой же демон остаётся воткнут в землю, даже не падает. Судя по царапинам, это тот же, которого мне подарила Альве. Только делаю шаг, и меня скручивают две новые жертвы. Один держит, другой намерен что-то делать, но, как правило, не судьба. Его голова оказывается в пасти Ивы. Она с лёгкостью срываемого цветка с клумбы отрывает его руку и откусывает голову. Раздаётся хруст. Того демона, что держал меня, я убиваю сама лично. Подставив подножку, толкаю его и ударяю локтём по лицу. Но так как на локте находятся острые зазубрины, ему не отделаться одними ушибами и синяками. Обездвиженный демон падает на кучу трупов на земле.

Уже и стоять не на чем. Мы медленно близимся к потолку. Ива улыбается и медленно разжёвывает руку какой-то уже другой жертвы. От этого сияние её улыбки не меняется, только вот белоснежные зубки уже в крови и выражение «морды-лица» пугает сильнее.

Кажется, бесконечный поток демонов закончен. Все сфринглы останавливаются, «мочить» стало некого. Они выходят из пещеры, довольные и сытые, когда раздаётся громкий крик сумасшедшей. Крича, она показывает на меня. Поначалу я не понимаю. Но обстоятельство заставляет обернуться. Только что убитый демон, с дырой в морде, встаёт