Дело чести - Максим Шторм

Террорист почти не замечал его веса. Мысли его вновь унеслись вслед за дилижансом. Кто же он, этот парень? Полисмен? Силовик ВВР? Впрочем, кем бы он ни был, это ему не поможет. Невидимка никого не боялся. Но этот тип его встревожил, чего греха таить. Человека с такими глазами следует, по меньшей мере, опасаться.

Невидимка поднял глаза к купающемуся в солнечных лучах небу, посмотрел на примыкающие к огромному зданию небопорта окраинные дома, вдохнул прохладный воздух большого города. Столица… Грохот работающих заводов, свист пара, гул пролетающих над головой дирижаблей, шум тарахтящего по железной дороге паровоза, гудки паромобилей, столь ненавистные им констебли на забитых людьми улицах. Столица. Опять он здесь.

Невидимка обожал этот город. И ради населяющих его людей был готов взорвать его ко всем чертям. Ну что ж… Невидимка огляделся. Перво-наперво поймать пролётку и добраться до подходящей гостиницы. А затем навестить кое-каких старых друзей, которые не откажут давнишнему товарищу и коллеге в помощи. Невидимка умел быть благодарным и жутко не любил разочаровываться в дружбе.

_______________________________________________

На сугубо личный взгляд Джека Спунера временно замещающий старшего инспектора отдела по расследованию убийств Морган Флеминг не производил впечатления серьёзного фараона. Лысеющий очкарик опрятной внешности с ухоженными бакенбардами. Спрятавшиеся за линзами добродушные глаза и носовой платок в кармашке пиджака. Не хватало в Моргане истинной мужественности, считал Спунер. Скорее он был похож на бухгалтера или хозяина галантерейной лавки, чем на сотрудника Империал-Ярда. И наверняка о своей службе на флоте Флеминг тоже насочинял, чтоб прибавить себе весу, думал Джек.

…Мальчуган немало изумился, когда вместо хмурой физиономии Джентри увидел мягкое лицо его заместителя, мелькнувшее в сутолоке рыскающих вокруг дома констеблей. Флеминг с понимающе сочувствующим видом записывал в блокнот показания зарёванной молодой женщины. Рядом стоял как в воду опущенный мужчина средних лет, обнимая женщину за плечи. Наверняка её муж. Из дома в дом через настежь распахнутые двери шныряли затянутые в синие мундиры полисмены. Изрядная территория перед крыльцом была огорожена натянутой на вбитые колышки ярко жёлтой лентой. Из окон соседних домов выглядывали любопытствующие кумушки, на улице околачивалось с полсотни развесивших уши зевак. Ещё бы, новое ночное нападение Джека-Попрыгунчика.

Спунер осторожно выглядывал из-за отливающего синевой крыла служебного паромобиля. Если Флеминг его заметит, то Спунеру несдобровать. В отличие от Джентри, Флеминг не шибко жаловал малолетнего проныру. Спунер, крадучись, прокрался до запряжённой четвёркой лошадей скоростной кареты с намалёванным на дверках красным крестом и, стараясь не дышать, затаился за багажным ящиком, надеясь услышать хоть обрывки проводимого Флемингом допроса. Но к глубокому разочарованию мальчика Морган захлопнул блокнот и, что-то ободряюще пробормотав, раскланялся с горем убитыми супругами. Мужчина немедля повёл плачущую женщину в дом.

Флеминг, сунув блокнот в карман накинутого поверх суконного костюма тонкого пальто, побрёл к паромобилю. Несколько полицейских продолжали обнюхивать землю вокруг дома, делая какие-то замеры и исчисления. Что же здесь произошло? Кем была очередная жертва Попрыгунчика? И куда подевался Джейсон? Обычно он первым выезжал на место преступления и лично опрашивал всех свидетелей. Поимка неуловимого маньяка всегда была главным приоритетом Джентри. Сгорая от нетерпения, Спунер храбро высунулся из-за кареты и подошёл к Флемингу.

Увидев вихрастого мальца в лихо заломленной набекрень кожаной кепи с пристёгнутыми затемнёнными гоглами, Флеминг застонал, как истязаемый мученик.

— Я тоже рад вас видеть, инспектор, — широко улыбнулся Спунер, кивая головой. Распалившееся солнце тут же бросило пару зайчиков в стёкла массивных лётных очков. — Позвольте спросить, а где мистер Джентри? И что здесь происходит? Выжившие есть?

— Это уже три вопроса, — Морган уныло посмотрел на перегородившего ему дорогу к машине надоеду. — Что ты здесь делаешь, Спунер?

— Вообще-то я живу в этом городе, инспектор. Или вы запамятовали? А у нас, хвала парламенту, ещё не отменяли закона, дозволяющего гражданину находиться в пределах городской черты там, где ему заблагорассудится.

— Эта черта заканчивается у полицейской ленты, — ткнул большим пальцем за спину Флеминг. — Скажи спасибо, что Джейсон опекает тебя, иначе с тобой никто здесь не церемонился бы.

— Можно подумать, что когда-нибудь моя помощь оказывалась лишней, — негодующе фыркнул Джек. — Я не раз рисковал вместе с вами, инспектор. Разве не так? Да мы с вами просто братья по оружию какие-то! Кстати, а где Джентри? Я вот опять никак не возьму в толк, что…

Флеминг решительно обошёл Спунера с фланга, на ходу обронив:

— Я всегда был против твоего привлечения к операциям Империал-Ярда.

Но от Джека не так-то просто было отделаться. Он догнал полицейского у самой машины.

— А Джентри говорит, что у меня скрытый талант по части актёрской игры! Я хоть раз запорол хоть одно дело? По-моему, я заслужил, чтобы со мной нормально общались, сэр.

Морган облокотился о кожух паровой установки машины, и устало сказал:

— Спунер, вот и пусть с тобой Джентри общается, раз он считает, что ты у нас великий артист. Я у тебя автографы брать не стану, и церемониться тоже не намерен. Что ты хочешь знать? А? Ты хочешь знать, кого этой ночью пришил Попрыгун, да? Ну так загляни в карету, откинь покрывало и посмотри в лицо тому мальчику, который всего четыре месяца не дожил до восьмилетия! Вперёд, разрешаю!

Последние слова Флеминг выкрикнул, привлекая немалое внимание отгоняемых нескольким констеблями зевак. Инспектор дрожащими пальцами вытянул из кармана пиджака носовой платочек и вытер, несмотря на прохладное утро, вспотевшее лицо. Джек мудро промолчал, в кое то веки прикусив язык. Пожалуй, он немножко погорячился, таская тигра за хвост.

— Простите, сэр, — прошептал Джек, не глядя на близоруко щурившегося на солнце Флеминга. Полицейский остервенело полировал очки всё тем же платочком. Голос Моргана зазвучал глухо, как из могилы, оттеняемый невыразимой тоской и болью:

— Этот ублюдок перерезал несчастному мальчику горло, словно какой-то свинье. Надо кончать с этим недоноском, клянусь божьей матерью, надо кончать… Он слишком далеко зашёл.

_____________________________________________

— Собственно, куда мы направляемся? — Крейг отодвинул закрывающую окно шторку и расплющил нос о стекло. — Я плохо расслышал адрес, что вы назвали извозчику… И почему мы не сели в паромобиль? Домчались бы с ветерком! Конный экипаж это устаревающий рудимент нашей эпохи. Будущее за паровыми машинами и наукой!

— Вы раньше бывали в нашем городе? — Джентри мужественно игнорировал поток нескончаемых вопросов. Этот Гордон оказался тем ещё зазнайкой, болтуном и занудой.

— Конечно! Посему с полной уверенностью хочу порекомендовать вам парочку неплохих гостиниц, где я раньше уже имел честь останавливаться… Мы, кстати, сейчас вот проезжаем мимо одной из них. «Семь башен», слыхали? Очень приличное место, хорошая обслуга, вкусная