Вторая кожа - Эрик Ластбадер

Мальчик прошагал пешком больше мили, прежде чем ему удалось угнать автомобиль. Проволочной вешалкой он взломал замок дверцы, легко завел двигатель и, чуть помедлив, направил машину на восток города. Припарковав автомобиль через улицу от указанного в бумажке адреса, Мик огляделся, но не увидел поблизости ни одного «кугара». Побродив вокруг стоянки, он снова сел в автомобиль, сложил руки на груди и принялся ждать, вспоминая об ужасной участи деда — «подохнуть как собака, уткнувшись мордой в землю»...

Боже праведный!

Слезы выступили на глазах мальчика, и он почувствовал, как поднимается в нем горячая ярость и жажда мести. Мик не мог отомстить за смерть деда, за его поруганную честь. Теперь он был уже не юнцом из умеренной зоны, но мужчиной из первобытных тропических лесов.

Почувствовав дуновение свежего ветра, мальчик очнулся от своих мыслей. И вовремя! Из-за дальнего поворота выезжал темно-синий «кугар», медленно двигаясь в поисках места для парковки. Мик повернул зеркало заднего вида так, чтобы разглядеть номер машины, — номер совпадал с тем, который он записал той ночью, — завел двигатель и тронул машину с места, освобождая путь для «кугара». Его водитель в ответ благодарно взмахнул рукой.

Мик припарковал машину за углом и поспешил назад, к «кугару». Когда он приблизился к стоянке, из машины вышел высокий темноволосый парень со смуглой кожей. Мальчик внимательно рассмотрел его, пока тот запирал машину на ключ. Парень выглядел не старше двадцати лет, одна бровь у него была рассечена надвое.

— Эй, послушай! — крикнул Мик, дружелюбно улыбнулся и шагнул навстречу темноволосому. — Винни Медзатеста?

Тот обернулся:

— Чего тебе, пацан?

— Да ничего особенного, — отозвался Мик и со всей силы ударил Винни в солнечное сплетение.

Тот мгновенно согнулся пополам от боли и неожиданности, и мальчик быстро оттащил его в темный, узкий переулок. Прижав Винни к стене, он ударил его по лицу.

— Эй ты, задница вонючая! Винни Безмозглый, ты меня слышишь? Меня зовут Мик Леонфорте! Слышишь, Леонфорте, осел ты этакий!

— И что с того, черт тебя дери? — задыхаясь, промычал парень.

— А вот что, — процедил Мик и с силой ударил его в пах.

Винни застонал и рухнул на землю. Мальчику пришлось поднять его и поставить спиной к стене. Он бил его по щекам до тех пор, пока тот не открыл налитые кровью глаза и не увидел нацеленное на него дуло пистолета.

— Так это ты убил моего деда?

Винни непонимающим взглядом уставился на пистолет.

— Пацан, да ты что, сбрендил?

— Это сделал ты и еще один ублюдок, который был в ту ночь с тобой! — убежденно произнес Мик.

— Ах ты, сосунок, знаешь, на кого я работаю? Мой хозяин — Джино Скальфа! Как только ему станет известно, что ты посмел вмешаться в его дела, можешь считать себя покойничком!

Мик приставил дуло пистолета к шее Винни и, глядя ему в глаза, одним движением выхватил из-за пояса кривой резак и вонзил его по самую рукоятку в правую коленную чашечку парня. Раздался звук рвущихся связок и сухожилий, хруст раздробленного сустава.

Винни заорал и задергался, как лягушка над пламенем костра. Мальчик видел, что от боли его зрачки сузились до микроскопических точек, и, когда он отпустил его, парень безвольно сполз вниз.

— О, Иисус и Мария, — стонал он, раскачиваясь из стороны в сторону, — ты только посмотри, что ты сделал с моим коленом.

— Да, Винни Безмозглый, теперь ты уже никогда не оправишься от этого.

Мик опустился рядом с ним на колени и, не глядя на кровь и осколки костей, выпиравших сквозь разрезанную кожу, сказал:

— Ты убил моего деда, и мне плевать на то, как тебя зовут, на кого ты работаешь и в какую церковь ходишь!

Он приставил дуло пистолета к левому виску Винни:

— А сейчас я тебе вышибу мозги!

До Винни наконец-то дошло, что ему грозит смерть, и с него слетела всякая бравада.

— Я не делал этого! — завопил он, все еще раскачиваясь из стороны в сторону. — Я только сидел за рулем этого «кугара». Убил другой!

— Кто убил, говори, мерзавец!

— Слушай, парень, да ты понимаешь, что со мной будет, если я тебе скажу его имя?

Спокойным и уверенным движением Мик снова вонзил лезвие ножа в коленную чашечку Винни, и тот снова заорал и забился, пытаясь освободиться. Мик сильно ударил его по щеке рукояткой пистолета.

— Так кто нажал на курок?

Мик был уверен: парень врет, что не причастен к убийству, он видел две тени и вспышки выстрелов из двух пистолетов. Значит, стрелял Винни и еще один бандит. Но кто?

Парень низко опустил голову и пробормотал что-то невнятное.

— Что ты сказал?

Похоже, у Винни начинался болевой шок, его била дрожь, по телу пробегали судороги. В глазах стояли слезы.

— Это был сам Джино, — прошептал он. — Господи, как больно! Хозяин стрелял в твоего деда. Он называл его поганым сицилийцем, который вперся на его территорию, завел дружбу с его врагами. Он возненавидел его с самого начала. Хочешь знать почему? Потому что старик Чезаре сначала пошел на поклон к Черному Полу Маттачино, а не к Джино. Вот он и затаил обиду, долго-долго ждал своего часа и дождался! Хозяин видел, что твой дед — прекрасный организатор, и решил подождать, пока он все наладит, а потом укокошить старика и воспользоваться его трудами.

Говоря все это, парень старался незаметно добраться до пистолета Мика. Тот все прекрасно видел, но, притворившись простаком, позволил Винни дотронуться рукой до оружия и тут же вонзил ему в грудь страшное лезвие ножа. Должно быть, он перерезал основную артерию, потому что из раны тут же фонтаном хлынула кровь, и Мику пришлось отскочить в сторону, чтобы не запачкаться. Глаза Винни расширились от ужаса. Он беззвучно открывал и закрывал рот, словно рыба, выброшенная на берег. Несколько раз парень тщетно пытался зажать рану, но через мгновение замертво свалился на землю.

Мик удивился, как спокойно и хладнокровно он все это сделал, а ведь ему никогда прежде не приходилось убивать людей. Он даже не помышлял об этом! А сейчас его руки обагрены кровью другого человека, а он не чувствует никакого страха, как будто убийство для него стало обычным и естественным делом. Мальчик понял, что за эти несколько минут стал совершенно другим. Он обтер лезвие ножа о край одежды Винни и вынул у него из кармана ключи от «кугара». Машина была припаркована совсем рядом. Мик осторожно обошел ее и открыл крышку багажника. Вернувшись в переулок и убедившись, что рядом никого нет, он подтащил труп Винни к машине и запихнул его в багажник, захлопнул крышку и исчез с места преступления.

Когда Мик подъехал к бухте Овечья Голова, моросил мелкий дождик. Он остановил «кугар» и некоторое время сидел неподвижно, вслушиваясь в монотонный гул реактивных двигателей, который доносился из аэропорта. Здесь, у берега, неповторимо пахло чем-то сладковатым и нежным. Может, это пахли тела несчастных, убитых и затопленных здесь дедом и Джино Скальфой?

Скальфа уже был там, в бухте. Как и рассказывал дед, он стоял у кромки воды и всматривался в глубину бухты. Мик несколько раз нажал на гудок, и Джино медленно повернул к нему голову.

— Эй, Винни, что ты тут делаешь? Я тебе сегодня звонил, но у тебя никто не снял трубку.

Мик вышел из машины и подошел ближе к заплывшему жиром дону.

— Да это вовсе не Винни! — прорычал старик и сморщил лоб, пытаясь вспомнить лицо мальчика. — Мы знакомы?

— Меня послал ваш водитель, — ответил Мик, пытаясь рассеять опасения Джино и выиграть тем самым для себя драгоценные мгновения. Затем выхватил пистолет и прижал его дуло к жирной груди старика.

— Меня зовут Мик Леонфорте, — сказал мальчик и нажал на курок.

Пуля прошила Скальфу насквозь, разорвав его сердце. Старик рухнул на колени, но делать второй выстрел было не нужно — он уже умер.

Вокруг с криком кружились чайки, потревоженные выстрелом и запахом крови. Мик почувствовал боль в руке от сильной отдачи. Когда Скальфа упал лицом в песок, он кинул пистолет в воду. Место было довольно пустынным, и, похоже, никто не обратил внимания на выстрел, прозвучавший как сильный выхлоп отработанных газов. Мальчик подтащил труп старика к «кугару» и, открыв крышку багажника, с трудом запихнул его рядом с Винни. Вокруг никого не было, только высоко в небе бесшумно двигался огромный лайнер. Внезапно его реактивные двигатели взревели — и это показалось Мику предзнаменованием свыше.

— Что? Что ты сделал? — Чезаре изумленно помотал головой. — Ты что мне сказки рассказываешь?

Стоя в мрачном вестибюле похоронного бюро, Мик снова стал рассказывать, как он очутился на крыше в ту ночь, когда убили их деда, как он сумел с помощью телескопа разглядеть номер машины, где, по его предположению, сидели убийцы, как он прирезал Винни, а потом отправился в бухту Овечья Голова.

— И ты хочешь, засранец, чтобы я поверил в то, что ты укокошил Винни и Джино Скальфа? — Чезаре всплеснул руками. — Ну ты и козел! Здорово сказки рассказываешь! Литератор!