История первой любви - Джина Гербер

Они пересекли холл и остановились перед дверью, из-за которой доносились звуки рок-н-ролла. Понизив голос, Билл предупредил:

— Честно говоря, Джефф едва ли будет прыгать от радости, узнав, что его ожидают занятия с репетитором. Так что первое время тебе будет непросто найти с ним общий язык.

— Не беспокойся, — улыбаясь, заверила Стеф. — Я не позволю ребенку запугать себя.

— Надеюсь на тебя, — почти торжественно заявил Билл и, постучавшись, толкнул дверь, которая оказалась не заперта.

— Джефф? К нам пришла миссис Саути.

Сделав глубокий вдох, словно собираясь броситься в холодную воду, Стеф вслед за Биллом вошла в комнату.

Мальчик стоял возле полки, заставленной дорогой аудиоаппаратурой. Огромные наушники висели на его тощей шее, как хомут на шее жеребенка. Вошедших он встретил настороженным и неприветливым взглядом. Да, общаться с ним будет совсем непросто, Стеф мысленно повторила слова Эда. Уже во второй раз на протяжении последних двух часов она спросила себя, не сделала ли ошибку, придя сюда?

— Как я тебя уже предупреждал, миссис Саути пришла, чтобы помочь тебе, Джефф, — услышала она, как сквозь вату, голос Билла. — Она в нашем доме гость, и ты, конечно же, проявишь по отношению к ней уважение и благородство. Точно так же, как тебе хотелось бы, чтобы я обращался с твоими друзьями, которые пришли бы оказать дружескую услугу.

Джефф невесело усмехнулся.

— У меня нет друзей, и я не нуждаюсь ни в чьих услугах.

Стеф почувствовала, как напрягся Билл, и решила, что уж если она здесь, то надо попытаться выполнить свою задачу наилучшим образом. Ей уже не раз приходилось сталкиваться с враждебным отношением подростков, и, зная о трудностях Джеффа с учебой, она нисколько не была обескуражена и удивлена столь неприветливым приемом, оказанным им учителю. Скорее наоборот, в его ситуации это была вполне естественная реакция. Стеф, дружелюбно улыбаясь, шагнула к нему навстречу, поспешив вмешаться в разговор, пока между отцом и сыном не завязалась словесная перепалка.

— Как это, совсем нет друзей? Не может быть. Наверное, ты просто очень разборчив в знакомствах. — Стеф сделала короткую паузу. — Знаешь, мне это ощущение прекрасно известно. Иногда я и сама оказывалась в такой ситуации, когда не с кем было поделиться своими мыслями и все приходилось хранить в себе. Так что, быть может, мы вполне сумеем найти общий язык, а возможно, и стать друзьями.

Джефф, недоверчиво прищурившись, с подозрением рассматривал ее. Несколько мгновений спустя взгляд его смягчился и отразил некоторую растерянность. Похоже, он не знал, что и думать. Стеф подметила вопросительный взгляд мальчика, брошенный в сторону отца, стоявшего за ее спиной. Она не видела выражения лица Билла, но почувствовала по реакции Джеффа, что отец безмолвно подтвердил искренность ее слов. Подросток молча опустил голову и задумался.

Похоже, начало партии осталось за ней. Воодушевленная первым, хотя и маленьким, успехом, Стеф решила предпринять еще один шаг к сближению. Широко улыбаясь, она опять обратилась к мальчику:

— Прежде всего, Джефф, я хотела бы, чтобы мы с тобой поближе познакомились. Сегодня мы не будем заниматься, а только немного побеседуем. Хорошо? Честно говоря, меня никто не зовет миссис Саути, — она могла бы добавить «кроме моих учеников», но не стала этого делать. — Ничего, если ты меня будешь звать просто Стеф? Для краткости.

Лицо Джеффа осталось бесстрастным, но в глазах отразилось смешение растерянности и любопытства. Да, мальчик явно неглуп, подумала Стеф. Она была готова держать пари, что он сейчас говорит себе: валяй, училка. Хочешь играть открыто? Что ж, посмотрим, кто первый отступит.

Билл извинился за то, что вынужден их покинуть, и вышел из комнаты. Оставшись с Джеффом один на один, Стеф предприняла еще одну попытку вызвать его на разговор. Чтобы в дальнейшем успешно с ним работать, ей необходимо было доверие подростка. Ему ведь придется ответить на вопросы достаточно личные, что, учитывая его замкнутый характер, может оказаться совсем не просто.

— У тебя очень уютная комната, — скачала Стеф, осматриваясь.

Как профессиональный психолог она шала, что для установления контакта надо сначала найти тему разговора, интересную для них обоих. Но какую? Она пошла вдоль стен, оклеенных постерами знаменитых певцов рок-н-ролла и кантри. Джефф, по-прежнему не говоря ни слова, опустился на кровать и внимательно наблюдал за ее реакцией, крутя шнур от наушников. Похоже, он ожидал от нее обычных для взрослых людей критических замечаний в адрес своих кумиров — исполнителей современной музыки.

Его упорное молчание уже начинало раздражать Стеф. Ладно, Джефф, погоди, сказала она себе. Ты, значит, любишь музыку, а она, говорят, универсальный язык для всех. Пусть же музыка станет мостиком и для нашего сближения. Надо только найти зацепку.

— Так, Джефф, ты, значит, любишь рок-н-ролл и кантри? — снова обратилась к нему Стеф, чтобы выиграть время.

На ответ она особо не надеялась, да, впрочем, его и не дождалась. Необходимый ключик еще не найден.

Вот оно!

Стеф едва не подпрыгнула от радости, когда ее взгляд упал на большой постер, занимавший самое видное место на противоположной от окна стене. Высокий черноволосый мужчина в обтягивающих джинсах и узких сапогах нежно прижимал гитару к обнаженной мускулистой груди. Энтони Мэльюсибл! Стеф закусила губу, чтобы не рассмеяться. Теперь-то она была уверена, что маленький злюка и недотрога у нее в руках.

Обернувшись к Джеффу, она небрежно обронила:

— Тебе нравится Мэльюсибл? Как бы в ближайшем будущем его дела не съехали под гору. Насколько мне известно, он теперь отказался давать концерты, а это, боюсь, может отрицательно сказаться на продаже его альбомов. Ведь личное обаяние на сцене заменяет ему талант певца, не так ли?

Реакция Джеффа превзошла все ее ожидания. Он буквально взвился под потолок и вне себя от возмущения обрушил на нее целый поток сердитых слов:

— Ну что ты в этом понимаешь?! Тони Мэльюсибл — настоящий король! Он — живая легенда! Ему не нужно прыгать по сцене, чтобы его диски распродавались. Их и так с руками оторвут.

Ну и фанат! — с удовлетворением подумала Стеф. Всю его замкнутость и молчаливость будто рукой сняло. Что ж, надо ковать железо, пока горячо.

— Если он тебе так нравится, думаю, ты был бы не против встретиться с ним лично?

Джефф обиженно насупился, будто его спросили о чем-то настолько невозможном, граничащем с фантастикой, что об этом в столь обыденном тоне просто неприлично и говорить. Помолчав, он возвел глаза к плакату и тяжко вздохнул: