Взломанные небеса - Эл Робертсон

Джек отрицательно покачал головой. В поезде он выбрал место так, чтобы сидеть спиной к Бородавке. За окном виднелись низкие крыши Дока. Позади них возвышался огромный порт – детище Сандала. Порт был сплошь усеян крохотными движущимися точками: докеры разгружали контейнеровозы, отсоединяя блоки и оставляя их дрейфовать в пространстве. Вдали висели три «снежинки». Их неподвижность лишь подчеркивала суматоху у Хребта. Две «снежинки» висели в тени Станции. Но третья оказалась под лучами Солнца – и вспыхнула вязью золотых огней. Свет плясал и искрился в сложнейшем лабиринте тысяч зеркал. Джеку вспомнились война и страх, с каким он приближался к такой громаде, чтобы раствориться в тесных закоулках огромного разума «снежинки».

Проходивший мимо пассажир задел Джека, вернув к реальности. Огни Хребта почти уже погасли. Док проваливался в ночь – свое самое естественное, подлинное состояние. За окном проплыл выжженный пустырь, мертвое пятно среди города. В вагонах зажглись желтые матовые лампы. Окно рядом с Джеком превратилось в зеркало: в нем отражалось лицо бесконечно уставшего человека, но так и не достигшего того состояния покоя и безразличия, какое обычно приносит крайняя усталость.

«Эй, Джеки-малыш, тебе нужно побриться! Когда я возьму свое, я уж позабочусь о том, чтобы выглядеть прилично».

При мысли о лаковом деревянном подбородке паяца Джека передернуло. Вагон наполнился пассажирами. На каждой остановке их заходило все больше. Все в убогой одежде, сущих лохмотьях, испещренных сетевыми символами. Грубо обметанные края обтрепались, неряшливые швы расползались, не хватало пуговиц. Все несуразное, не по фигуре и размеру. Но в сети этого не видно. Сетевые символы доставляют с далеких серверов прекрасные обманчивые видения. Джек представил радугу ярких цветов и вспомнил о сверкавшей под солнцем «снежинке». Интересно, сколько людей на этом поезде позволяют себе увидеть огромных холодных гостей? А из увидевших сколько понимают их красоту? Наверное, никто.

От собравшейся толпы в вагоне стало тепло. Выходить причин нет. Джек задремал.

«Сходил бы ты отлить, – буркнул Фист. – А то ведь в штаны наделаешь».

Вагон потихоньку пустел, жители пригорода выходили на остановках. Поезд, качаясь, катился по кругу. Джеку приснился Королевство: бог поздравлял его с честью стать хозяином паяца и, как обычно, источал любовь ко всему человечеству.

«Я построил всем вам жилище в космосе, – вещал он, энергично размахивая в воздухе крепкой рабочей рукой. – А теперь вы должны защитить его!»

Джека разбудила транспортная служба безопасности. Ему посветили в глаз, сканируя сетчатку, чтобы удостоверить личность. Внезапный свет в глаза – как удар кулаком. Джека спросили, куда он едет. Ответить он не смог, и его вытолкали из вагона на перрон. Джек попытался забраться обратно, но получил от охранника увесистую оплеуху. Утыканная шипами перчатка рассекла щеку. Броня на охранниках уж точно не была виртуальной.

«Джек, не порти свое красивое личико, – предупредил паяц. – А то новому хозяину не понравится».

Вокруг высились безликие металлические строения. Суетились, толпились люди. Потогоны дергали их за рукава, возникая рядом, словно постыдные воспоминания. Джек старался не думать о родителях, но прошлое крепко зацепило его ядовитыми крючьями. А так хотелось забыть! Возвращаться в «Уши» желания не было. Но где еще найти бар настолько захудалый, чтобы он согласился обслуживать выброшенного из сети человека? Лицензия не позволяет винным магазинам обслуживать клиентов вне сети. Но Джек все равно попробовал и смирился лишь после нескольких отказов.

«Отель-то всегда остается, – прошептал Фист. – Уж они тебе продадут что-нибудь. Да и будешь в безопасности».

– О, привет! – обрадовался Чарли, увидев вошедшего в холл Форстера. – Здорово видеть вас снова!

И он протянул руку. Джек ответил на рукопожатие.

«Ишь, разболтался! – фыркнул Фист. – Наверняка уже накатил. Он тебе поможет».

– А, я сегодня на джине! – сообщил Чарли в ответ на вопрос о выпивке. – Но принял всего парочку, не больше!

Он покачнулся:

– Только чтобы настроение улучшить. Ну вы же меня понимаете, да? А хотите немножко виски? Уверен, оно вас взбодрит!

– Мне подождать здесь? – уточнил Джек.

– Нет. Идите наверх, расслабьтесь. Вашу бутылочку доставят прямо в комнату. Личный сервис!

Чарли сдержал слово. Десять минут – и он радостно возвестил о себе, барабаня в дверь:

– Э-ге-гей! А вот и мы.

Он сунул Джеку бутылку и прошептал заговорщицки:

– Если желаете чего-нибудь покрепче, то у меня есть верный дружок. Он поможет.

– Спасибо – нет, – ответил Джек.

– Простите, должен был спросить! Я-то в доле.

Чарли потопал назад. Его смазанные бриллиантином волосы блестели в свете ламп. Перед тем как скрыться за углом, он обернулся и благодушно помахал рукой на прощание.

«Что за странный тип», – подумал Джек.

«Неблагодарный ты! Он же доставил тебе чертову выпивку! – тут же укоризненно отозвался паяц.

Очень скоро Джек был уже мертвецки пьян. Вкус дешевого виски полностью соответствовал цене. Но жгучая мерзкая кислота перестала ощущаться после нескольких глотков. Джек больше не морщился – пойло укачало рассудок, размыло мир вокруг. Вместе с хозяином опьянел и Фист. Он бродил, шатаясь, по комнате, сотворил себе крошечный хрустальный стаканчик и виртуально выпивал за компанию с Джеком. На паяце возник парадный фрак, сделавший Фиста стройнее и выше на вид.

«Ты бы порез свой обработал!» – посоветовал он недовольным визгливым голосом.

Джек вспомнил о ране – и тут же вернулась пульсирующая слабая боль.

«Я не хочу такой гадости на себе!» – добавил паяц.

Он ткнул трясущимся пальцем в сторону хозяина, зашатался, наткнулся на кресло и с громким стуком грохнулся на пол. Стаканчик покатился по полу, оставляя мокрый след.

«Д-дерьмо!» – пробормотал Фист заплетающимся языком.

Стакан и мокрое пятно исчезли. Форстер прикончил очередную порцию и налил новую. Лежавший ничком Фист приподнялся на локтях, и в голове Джека запищал пьяный голосок:

«Я думал, меня ждет парочка спокойных приятных месяцев. Наивный я. Что ты будешь сидеть тихо, никуда и ни к кому не будешь таскаться, просто будешь себе ждать, пока малыш Хьюго станет настоящим. Но нет, тебе захотелось поиграть в детектива! Что за эгоистичный мудак!»

Джек швырнул в паяца стакан. Тот пролетел насквозь, ударился о стену и отскочил. Покачиваясь, Джек встал и отодвинул кресло.

«Эй, потише!» – взвизгнул Фист.

Форстер, шатаясь, двинулся к паяцу. Тот пополз прочь. Мир перед глазами Джека покачнулся, и он упал на колени. Собравшись, он включил протоколы, заставлявшие Фиста отзываться на действия в реальном мире, и схватил паяца. Тот взвыл и замолотил по руке кукловода крошечными кулачками. Джек одной рукой сдавил ему грудь, а второй вцепился в шею и принялся колотить паяца затылком об пол.