История Украины. Южнорусские земли от первых киевских князей до Иосифа Сталина - Уильям Аллен

Царю Алексею Михайловичу пришлось заняться судьбой многочисленного православного народа, которого притесняла польская знать. «Династия Романовых, — отмечал Парес, — вовсе не добивалась от украинцев этой просьбы; царю было важнее поднять истощенную Россию, чем помогать слабым… Однако новая династия в России не хуже старой понимала свою историческую миссию — добиться воссоединения всех русских, которая так живо занимала умы обоих Иванов и тех, кто выражал мнение людей того времени».

В Польше весной 1653 г. сейм, многим депутатам которого из-за непрекращавшейся анархии на Украине грозило разорение, наконец решился и выделил 17 миллионов гульденов для набора 60-тысячного войска, которое должно было положить конец казацкой вольности.

А тем временем из Москвы выехало «великое посольство» — в его состав вошли князь Репнин-Оболенский и боярин Хитрово, — предлогом для которого стало улаживание вопроса о мелких стычках на границе. На самом же деле московские послы, приехавшие во Львов в июле, должны были сообщить полякам о том, что царь желает помирить казаков и короля. Послы заявили, что в течение пяти лет гетман и все казаки постоянно жаловались ему на то, что их угнетали на своих же собственных землях, что православную церковь преследовали и унижали и что Зборовское и Белоцерковское соглашения не выполнялись. Король и польский сенат в своем ответном письме обвинили Хмельницкого в измене, союзе с крымскими татарами и переговорах с турками.

Московские требования носили ультимативный характер, однако умный патриарх Никон старался выиграть время. В Москву постоянно поступали сведения о том, что шведский король Карл X готовился к войне с Польшей.

Летом 1653 г. по всей Украине происходили стычки. В августе казаки Хмельницкого встретились с армией Яна-Казимира у Жванцов, к югу от Каменец-Подольского. Хан Ислам-Гирей в третий раз бросил гетмана на поле боя. Татарские отряды рассеялись по стране и стали грабить ее, не разбирая, где польские поместья, а где села крестьян. Воспользовавшись отсутствием запорожцев, татары появились на Днепре и, как в прежние времена, увели в полон тысячи мужчин и женщин. Поляки пострадали не меньше, чем украинцы: согласно подсчетам того времени, на невольничьи рынки Крыма было приведено более 5 тысяч женщин и девочек благородного происхождения из городов и поместий Волыни и с притоков Припяти. Узнав об этом, армии короля и гетмана постепенно рассеялись по своим территориям в попытке догнать татарские орды. Но тем удалось ускользнуть вместе с добычей.

В конце сентября 1653 г. посольство вернулось из Львова в Москву, и 1 октября царь Алексей Михайлович собрал Земский собор, на котором получил от бояр и духовенства разрешение «принять гетмана Богдана Хмельницкого, всех запорожских казаков, войска, города и земли в состав Московского государства, не только из уважения к вере, которую оно разделяет с Малой Россией, но и по причине опасности, угрожающей ей от Польши и Литвы, а также от Турции и татар».

9 октября боярин Василий Бутурлин, придворный Иван Алферьев и дьяк Иларион Лопухин получили приказ «отправляться к гетману по монаршему срочному делу». Из-за татарских бесчинств отъезд посольства был отложен, и оно появилось в Переяславе только накануне Нового года. Стали ждать гетмана, который еще не приехал с правого берега Днепра. Он прибыл 6 января в сопровождении казацкого генерального писаря Выговского, а также многочисленных полковников и старост. На следующий день Хмельницкий «частным образом» посетил московских послов. 8 января все полковники и старосты собрались в доме на тайный совет, а позже в тот же день собралась Рада, на которой присутствовало большое число казаков разного ранга. Гетман Хмельницкий произнес речь, заявив, что пришло время выбрать из четырех государей: польского короля, турецкого султана, хана крымского и царя московского. Решения гетмана и старост было уже всем известно, поэтому Рада ответила: «Желаем идти под царя, который принадлежит к Восточной православной церкви. Помоги нам, Бог, сделай нас сильными и едиными на все времена!»

Примечания и дополнения к главе 3

Герберштейн называет Путивль пограничным городом, «откуда путешественники направляются дальше в путешествие через Дикое Поле в Крым, называемый по-латыни Таврией». Курск, существовавший еще в годы Киевской Руси, к концу XV в. был перенесен на другое место и перестроен. Место, где он стоял раньше, заросло густым лесом.

В конце XV — начале XVI в. в верхнем течении рек Сейм, Псёл и Ворскла стали возникать отдельные русские поселения. Позже жители этих сел смешались, вероятно, с тюркскими кочевыми племенами. Дорошенко отмечает, что в некоторых районах Полтавской губернии ему встречались люди тюркского типа.

Один из самых древних авторов, изучавший вопрос о происхождении украинских казаков, оказался ближе всего к истине. Это был Мартин Бельский, протестант, племянник казацкого старосты и автор «Польской хроники», написанной им в 1597 г. По мнению Бельского, казаки были выходцами из нижних слоев коренного украинского населения. Эту идею разделял французский военный инженер Боплан, автор «Описания Украины» (XVII в.). Писатели XVII–XIX вв. предлагали совершенно фантастические версии происхождения казаков.

Пясецкий и Каховский утверждали, что название «казак» появилось потому, что в бою «они были легки и проворны, словно дикие козы». Грябянка, казацкий летописец XVIII в., называл казаков потомками хазар, а Симоновский утверждал, что они пришли с Кавказа, полагая, что там есть область Хиркания, а «хиркус» означает «коза».

В XIX в. широко распространилось мнение, что казаки не имеют славянских корней. Русские историки Карамзин, Миллер и Соловьев считали их потомками каракалпаков, другие — торков или половцев. Бантыш-Каменский называл их черкесами, осевшими на берегах Днепра (значительное число таковых действительно поселилось в Северном Причерноморье, как утверждает Марков в «Очерках Крыма»). Любовский высказал мысль о том, что казаки — это обрусевшие татары.

Во второй половине XIX в. Антонович и Кулиш выдвинули теорию о том, что характерные черты казаков появились не из-за их этнических особенностей, а под воздействием определенных социальных условий.

Яблоновский, польский ученый, изучавший историю Украины, пришел к следующему заключению: «В конце XV в. литовские князья, укрепившиеся в Киеве, стали привлекать в пограничные регионы татар, которые поступали к ним на службу; к ним присоединялись люди, являвшиеся потомками бродяг, рассеявшихся по степи уже в XII в. Среди них могли быть и торки и каракалпаки. В XVI в. начал решительно преобладать славянский элемент, в результате чего сформировалась особая национальность Украины, заселившая степь».

Украинские казаки «появляются в истории» относительно поздно — около 1500 г. Историки донских казаков, с некоторой долей справедливости, утверждают, что донские казаки существовали уже в домонгольский период и служили Золотой Орде. Ученые считают, что прихожанами православной епархии, основанной ханом Берке в Сарае и называвшейся Сарайской и Донской епархией, были в основном казаки, поселившиеся на берегах Дона и Хопра (см.: Быкадоров И.Ф. История казачества).

Среди рязанских казаков, охранявших границы Московии, несомненно находилось много татар. В 1452 г. Василий II предложил татарам селиться по берегам Оки, на землях финского племени мещера. Вместе с простыми татарами пришли их мурзы или князья, включая и Касима, члена ханской династии, правившей в Казани. Это был основатель Касимовского княжества. В XV–XVI вв. московские князья охотно принимали на службу татарскую знать и даровали ей земли. В XV–XVII вв. в официальных документах упоминается 120 знатных семей татарского происхождения, среди которых были Апраксины, Бахметьевы, Бибиковы, Головины, Муратовы, Нарышкины, Сабуровы, Тургеневы, Уваровы, Урусовы и Юсуповы. Господствующее на Западе убеждение, что татарский элемент на севере России был сильнее, чем на юге, не соответствует истине. Из полемических соображений польские и украинские пропагандисты постоянно заявляли, что московиты «скорее татары, чем славяне». На самом деле у крестьян Северной и Северо-Восточной Руси очень велика примесь финской крови, а во многих местах финский этнический элемент преобладает над славянским. Что же касается примеси татарской крови, то это не столько монгольская, сколько тюркская кровь (по оценкам ученых, монголы составляли в войске Чингисхана лишь одну треть, а тюрки — две трети). Татарский элемент гораздо заметнее в южных, чем в северных землях.

В 1550 г. эта граница шла с северо-востока на юго-запад по линии Свияжск на Волге — Алатырь — Темников — Ряжск — Пронск — Епифань — Новосиль — Мценск — Новгород-Северский — Рыльск — Путивль — Чернигов.