Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав

– Я серьёзно.

Она продолжила его игнорировать.

– Ладно. Расскажешь позже. Я тебя заставлю.

– Кх… Ага, обязательно, – хихикнула Монье, даже не оборачиваясь к Андрею.

Может, он что‑то ответил бы ей, но ему показалось, что он услышал какой‑то странный звук. Вспомнив о предупреждении Косаря Андрей, оглянувшись на Сандрин, поспешил к проходу. Остановившись возле угла, он осторожно выглянул из‑за него. Сразу за аркой находился широкий коридор, уходящий куда‑то в темноту и разглядеть там ничего не удавалось, но слух уловил слабое шарканье приближающихся шагов. Чёрт, как же вовремя он подошёл! Однако звук внезапно прекратился, и сколько Андрей ни вслушивался – ничего больше не слышал.

Послышалось? А, может, они его заметили и теперь просто крадутся и поэтому он не слышит? А если да, то кто это: сектанты или люди блондинки? Впрочем, Косарь сказал, что его бойцов здесь больше нет. Что ж, если соврал – пусть пеняет на себя.

И Андрей бросил в коридор гранату, которая давно успела ему смертельно надоесть. Гулкий взрыв эхом пронёсся по коридору и заполнил помещение, почти полностью заглушив хруст упорно вгрызающихся в бетон осколков. Андрея оглушило, но гораздо хуже пришлось тем, кто был в коридоре.

Последовавшие оттуда вслед за взрывом крики и вопли по мере того, как проходило оглушение, становились всё громче и подтвердили, что слух его не подвёл. Подзадоренный успехом Андрей отправил в коридор вторую гранату. Затем, секунд через двадцать – третью. Ещё одну Андрей оставил про запас.

Его снова оглушило, в этот раз сильнее, и на некоторое время он вообще перестал что‑либо слышать. Сколько бы там ни было противников – всех он точно не убил. Сектанты из коридора открыли шквальный хаотичный огонь. Конечно, если это были они. Андрей слышал выстрелы, будто они доносились откуда‑то очень издалека, но постепенно стрельба становилась всё громче, и он невольно подумал, что противник приближается. Пришлось ему высовывать из‑за угла оружие и наугад стрелять в темноту, но какой это давало эффект узнать он не мог.

Монье несколько раз внимательно и с недоверием смотрела на него, пока он защищал её и добровольно помогал выполнить задание. Когда у Андрея закончились патроны, и он повернулся, чтобы вставить новый магазин, парень заметил её беглый взгляд, но у него не было времени думать о том, что он означает.

Враги напирали, не давая передышки. Андрей выбросил последнюю гранату и, прильнув спиной к стене у входа, после взрыва крикнул, обращаясь к Монье.

– Сколько до взрыва?!

Ответа он не расслышал.

– Я ни черта не слышу! Повтори громче или покажи на пальцах!

– Пять с половиной минут! – ответила Сандрин и показала ему растопыренную пятерню.

И сразу же вскрикнула от неожиданности, потому что в стену рядом с Андреем попала реактивная граната, пущенная сектантами. Взрывная волна отбросила парня в сторону, будто манекен, и обдала кучей осколков бетона и, вероятно, не только его.

Андрей с трудом поднялся, тряся головой, но дополз на четвереньках обратно к проходу и выпустил в ответ весь магазин. Затем поднялся на ноги и, пошатываясь, как мог поспешил к Сандрин. Лицо у него было всё в крови. Правое бедро тоже, но из‑за адреналина он пока что не чувствовал боли.

– Всё, надо валить.

– Я не закончила…

Он не услышал ответ, но интуитивно догадался, каким он может быть.

– Если ты не успела – тогда оставайся и умри. Я сделал всё, что мог.

Она одарила его злым взглядом, но он следил за проходом и не обратил на неё внимания.

– Малолетний дебил! Всё из‑за тебя!

Выругавшись, Сандрин нажала несколько кнопок и достала из терминала какой‑то предмет. Таймер показывал четыре минуты и пятьдесят пять секунд.

Андрей проигнорировал её оскорбления или просто не разобрал и стал медленно отступать к лифту, не убирая автомат от плеча и стараясь наблюдать и за Монье, и за выходом из коридора.

Ему показалось, что в пыли в проходе показался силуэт человека, и Андрей, не раздумывая, выстрелил короткой очередью. Человек крутнулся вокруг своей оси и грохнулся на землю, не издав ни звука. Тем временем двери лифта позади него открылись, и Сандрин вошла внутрь. Андрея посетила мысль, что она и правда сейчас его бросит. Он развернулся и побежал к лифту.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В этот момент из коридора в зал ворвались сразу трое сектантов. Заметив убегающего Андрея, они рванули за ним, на ходу стреляя из автоматов. Когда парень был уже почти у самого лифта, он увидел, как двери начали закрываться. Монье стояла внутри и равнодушно смотрела на него, но в её взгляде не было тех торжества или злорадства, которые часто проявляются у людей в моменты, когда они осуществляют свою месть. Возможно, она рассчитывала, что он успеет, или действительно собралась бросить его, но при этом не успела или не посчитала нужным нацепить на лицо нужное выражение – в любом случае ничего у неё не вышло.

Одна из пуль, в изобилии летящих в Андрея, с глухим звоном скользнула по его шлему. Он, возможно, навалил бы в штаны от осознания, что чудом остался жив, если бы другая пуля сразу же грубо не толкнула его в бронежилет, и парень уже не побежал, а полетел вперед, упав прямо в лифт. При этом ноги его почти полностью оставались в коридоре. Вряд ли лифт мог ему навредить, но то, что он так никуда не уедет сомнений не вызывало – двери пнули его по бёдрам и начали открываться обратно.

Монье, взвыв то ли от злости, то ли от отчаяния, ухватила стонущего парня за шиворот и затащила внутрь. Затем стала неистово жать на кнопку закрытия дверей. Пули врывались в кабину, дырявили её, но Монье пряталась сбоку и потому пока оставалась вне линии огня. Андрей на карачках отполз ближе к ней и кряхтел, приходя в себя. Тем временем двери закрылись, но лифт никуда не поехал.

Сандрин залипла, наблюдая, как дрожат двери под напором пуль, изредка выгибаясь бугорками, и потому не сразу сообразила, почему лифт не двигается. Нажав, наконец, кнопку, она привела кабину в движение.

Андрей ощущал сильную боль в спине, но был не в силах разобраться насколько всё серьёзно. В ушах всё ещё стоял звон, а голова болела, но он вдруг ощутил прикосновение ладоней к своему лицу: одна обхватила его подбородок, другая прижалась к виску. Он не успел понять, что всё это означает, потому что через пару секунд ладони исчезли, и Андрей даже не был уверен, что всё это ему не показалось.

Дышать было трудно, но он, несмотря на это, сумел подняться на ноги. Казалось, что они должны были бы уже приехать на нужный этаж, потому что вниз они спускались намного быстрее. Монье стояла в напряженном ожидании и не обращала на Андрея никакого внимания. Пока парень приходил в себя, лифт внезапно сильно тряхнуло, и Андрей снова оказался на полу, на этот раз вместе с Сандрин. Бог его знает, что там учинили сектанты, но под лифтом точно что‑то взорвалось. В итоге кабину перекосило, и она застряла, погрузившись в полную темноту.

Пассажиры поднялись на ноги – Сандрин почти мгновенно, а Андрей с заметным опозданием и тяжестью. Она достала откуда‑то фонарик и осветила кабину. Где‑то под ногами что‑то загудело и зашлось трелью, а пол будто начал дрожать. Наверное, снизу по ним стреляли.

– Чёртово дерьмо! – крикнула Сандрин и прижалась к стенке лифта, с опаской глядя на пол.

Андрей же, несмотря на свое состояние, сразу предпринял попытку открыть двери руками, но они, разумеется, не поддались.

Тогда он бегло осмотрел двери немного затуманенным взглядом и заметил, что внизу их, как и лифт, немного перекосило, но в образовавшееся отверстие можно было просунуть разве что палец или два.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Андрей быстро сориентировался и вставил ствол автомата в проём, действуя им, как рычагом и помогая себе ногами. Приложив серьёзные усилия, он смог развести двери настолько, чтобы туда мог втиснуться человек. Дело, правда, усложнялось ещё и тем, что лифт застрял между этажами, и Андрей не знал, сможет ли он пролезть в образовавшееся отверстие. В том, что в него пролезет блондинка, он почти не сомневался. Сектанты внизу продолжали неистовствовать и безрезультатно стрелять по кабине, но пули не пробивали металлическое дно лифта. Главным вопросом было: когда же они догадаются выстрелить из чего‑то посерьёзнее.