Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

— После того как мы наберем в душу необходимые ей качества, то мы навсегда покидаем материальный мир и дальше развиваемся в невидимом для глаз мире.

Жрица довольно долго молчала, переваривая услышанное и, наконец, сказала:

— Великая Мать дала тебе тело…

— Да это действительно так — согласился с ней Никитин — Великая Мать в нашем представлении — это вся земля, которая обладает своим разумом и помогает всему живому производить тела. Но не стоит забывать, что тело без души не может существовать. А душу может создать только Единый. Его помощники вкладывают душу в тело при рождении ребёнка.

— А животные, растения… — перебила его Мать. — У них есть душа?

— Да есть. Правда, они небольшие по сравнению с человеческой, но проходя через цепочку смертей и рождений эти души постепенно увеличиваются в размерах. Души животных могут быть вложены в человеческие тела. При этом их несколько модернизируют, тут он невольно сбился на русский язык, ну… в общем увеличивают в размерах.

Жрица ещё долго расспрашивала его. Только часа два спустя она уже сама, изрядно подустав, отпустила его, коротко благословив его на прощание. Никитин коротко поклонился, передал свой дар храму прислуге, вышел во двор и зажмурился от солнечных лучей, бьющих ему в глаза. Он устало потёр глаза и, не удержавшись, зевнул — разговор со жрицей его несколько утомил.

Около капища, тем временем, собралась небольшая группа людей, мужчин и женщин с сумрачными лицами. Некоторые из женщин плакали. Никитин подошёл поближе и увидел плотно стянутое узкими кусками материи небольшое детское тело. Мельком взглянув на смуглое лицо умершего ребёнка, он мысленно произнёс молитву и направился к выходу.

Выбравшись на улицу, Сергей направился домой, часто отвечая на приветствия прохожих.

— Что то я стал пользоваться здесь слишком большой популярностью! — весело подумал он раскланиваясь с знакомыми купцами.

Попутно он решил завернуть в трактир наёмников. Он уже заранее кривился от того что там окажутся множество его знакомых, которые будут приставать с выпивкой или предлагать поучаствовать в их авантюрах.

К счастью в трактире в это время никого не оказалось, землянин быстро переговорил с трактирщиком и, обменявшись информацией, они через пару часов, расстались довольные друг другом.

Можно было конечно не показываться здесь, но с наёмниками нужно было поддерживать хорошие отношения, да и трактирщик мог много чего интересного рассказать и что немаловажно и посодействовать кое в чём.

Вот и сейчас стоило землянину намекнуть, что ему нужно олово, как на следующий день ему домой принесли килограмм тридцать металла, правда, запросили несколько дороговато, но в городе его вообще в продаже не было, а через трактирщика его можно было достать.

— Вот так вот и обрастаешь связями от кера до трактирщика. — усмехнулся землянин, выходя из трактира.

Дома Линда едва дождавшись пока он, перекусит, начала сразу закидывать его наводящими вопросами о его визите к Матери. Никитин ничего особо не скрывал и вскоре, женщина успокоилась. В теологических спорах она плохо разбиралась, но одно уразумела, что Мать не гневается на него, за то, что он не поклоняется Великой Матери Арне.

От её назойливых вопросов его спасла Гита, которая с недовольной гримасой на лице, известила, что у калитки его ожидает очередной купец. Никитин со вздохом поднялся, ухватил по дороге пару долек жареного картофеля и, кинув их в рот, пошел к калитке вести переговоры с клиентом.

Приглашать малознакомых людей в дом, здесь было не принято, только близкие друзья и родственники удостаивались этой чести. С этим купцом Никитин разобрался довольно быстро, у него была только смола и Сергей, недолго думая, купил все его запасы. Договорились, что товар он заберет, когда придёт его караван. Ударили по рукам и, получив задаток обрадованный купец, понёсся назад по переулку.

— Офис мне, что ли здесь завести, надоело уже бегать туда-сюда да и эти ходоки уже надоели! — подумал Никитин, идя к дому. — Посажу приказчика, пускай принимает предложения и образцы товара.

Этой мыслью он поделился с Линдой, которая к его удивлению одобрила его идею. У нее, оказывается, был на примете, кто-то из дальних родственников, который вроде бы знал письмо и счёт.

Кликнув Гиту, она подробно описала ей, куда следует пойти и вскоре служанка притащила рыжего парня, немного похожего на Гафта, только постарше лет на пять. Парень коротко поклонился, в его глазах читалось сомнение, Никитин был младше его и как-то не тянул на возможного работодателя.

Сергей усмехнулся и стал задавать наводящие вопросы, парень быстро проникся и вскоре стал посматривать на него с должным уважением.

Звали его Буктом. Грамоте он был действительно обучен, довольно сносно писал и читал на торговом, умел считать до тысячи. Паренёк был смышлёный, знал большинство торговцев городских и приезжих. Никитину он понравился. Услышав, что, задумал Сергей, Букт с ходу предложил несколько вариантов.

У него на примете была одна лавка, владелец которой не так давно разорился и, можно было выкупить у города этот домик не так дорого. Он тут же потащил землянина в торговые ряды и запетлял между грудами выставленных на продажу брёвен. Небольшой домик находился не на главном, самом дорогом проходе на рынке, а на другом проходе поменьше, где торговали торговцы победнее.

Остановившись перед домиком, парень на несколько минут отбежал и вскоре вернулся со старшиной этого ряда. Старшина хмуро шёл за ним, ругая парнишку, который шёл рядом с ним. Увидев Сергея, старшина сразу заулыбался, вспомнив его.

Никитин тоже узнал это лицо, тот был тогда среди купцов на том сборище у кера. Вежливо раскланявшись, друг с другом, старшина без долгих слов отворил нехитрую деревянную задвижку и, разорвав полоску кожи, запечатанную смолой, пригласил их войти в дом.

Землянин, пригнувшись у порога, вошёл во внутрь. Первое что ему бросилось в глаза так это отсутствие второго этажа. Из двух узких прорезанных в стене окошек лился солнечный свет, высвечивая толстые слеги вверху, на которых внахлёст шли толстые дощечки, посаженные на клей. Сверху всё это было закрыто толстыми пластами коры тоже посаженой на клей.

Он шагнул вперёд и чуть не споткнулся о камень, валявшийся на глиняном полу. В доме сильно пахло канифолью, на полу валялись рассыпавшиеся небольшие куски смолы, подошвы сапог временами прилипали к деревянному полу.

Сергей обошёл строение, постучал по стенам прикидывая, не ветхое ли? Вроде всё было нормально. Сбоку была небольшая комната, где валялись старые прохудившиеся мешки. Юркая серая тень выскользнула из-под мешка, резво пересекла комнату и исчезла в углу. Землянин