Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 - Александр Борисович Шорников

завистливые взгляды встречных воинов. Да и его нынешний статус уже был известен всем заинтересованным лицам в этом городе. Так что особых проблем сейчас у него не возникало.

На рынке, Никитин развернул длинный список, который он составил ещё тогда на новом месте. Пунктов было много — договориться о поставках продовольствия, нанять несколько бригад строителей. Дальше шли бычьи кожи, бараньи шкуры, потом ещё список того, что нужно кузнецам, потом…

Потом было два дня беготни торговли, ругани и приемки товара. Вскоре все фургоны оказались до верху заполнены товарами и, поутру Никитин отослал всех своих наёмников обратно вместе с Гафтом. Вместе с ними уехали две бригады строителей.

Десятнику и Гафту по приезду на базу было поручено сказать Медведю, что бы прислал к нему пятьдесят фургонов с охраной человек сорок не меньше. Никитин хотел проехаться вместе с ним в Тину, посмотреть город, в который он так и не попал год назад.

— Ну и пускай Медведь напишет, что ещё там надо! Поняли?

— Понятно капитан! — вразброд ответили оба.

Хлопнув десятника и Гафта по плечу, он махнул рукой работникам. Те открыли ворота, и фургоны, объехав по дуге частокол, одни за другим стали выезжать на дорогу, Сергей помахал им вслед и пошел обратно домой.

— Вроде бы всё подкупил?! Или не всё? — подумал он, поднимаясь в свой кабинет.

Землянин вытащил большую стопку вощёных дощечек с записями и стал проглядывать.

— Вроде бы всё, фургоны и так забиты под потолок. Одно только плохо. — он остановился взглядом на отметки около меди.

Мало было меди в городе. Придётся ехать в Тину, пока этот металл не вздорожал. Или может быть в Ка-Ато потом заглянуть, там есть свои местные рудники и цены на металл были традиционно дешевле чем в Тине.

Землянин убрал таблички, написанные по-русски и деревянный заточенный стержень в стол, и вытянулся в кресле.

— Эх, не дадут мне, расслабится здесь. Придется вскоре возвращаться обратно. Сколько мне ещё осталось блаженствовать так? Семь дней туда, пару дней на сборы и ещё семь дней сюда и здесь дня четыре. Итого — двадцать дней на личную жизнь. Негусто.

Ну, нравилось ему в Линте! Люди и не люди здесь были, что ли спокойнее. Не было здесь и такой тесноты и нищеты как в городах, которые он посещал… Никитин вспомнил Бартхеш, его жрецов и пауков. Брр… вот мерзость то!

— А да ладно пёс с ним с этим городом и пауками! — встрепенулся Сергей и посмотрел в окно солнышко, уже ощутимо поднялось над горизонтом. — Пора завтракать, брать Линду с детишками и идти на рынок, посмотреть в очередной раз, что нужно для дома и семьи.

Он резко поднялся с кресла и стал собираться. Вчера десятник Чабо попавшийся ему навстречу сказал, что сегодня утром приехали купцы с тремя десятками фургонов из Таринты и скоро их товары должны были появиться на рынке.

Быстро позавтракав, они с Линдой под ручку отправились на рынок. Им уже не хмыкали с идиотскими ухмылками вслед, а почтительно кланялись. Никитин вежливо кивал в ответ. С более именитыми личностями он здоровался, приподняв шляпу, церемония для этого городка удивительная. За ним сразу увязалось много праздной публики, которая крутила головами и, ахая от той непринужденности, с которой он снимал шляпу.

Пару дней спустя у него уже появились подражатели, которые обзавелись чем-то похожим на его соломенную шляпу и теперь пытались копировать его манеры. Получалось это довольно забавно и смешно, но всем понравилось и чувствовалось, что этот обычай здесь приживется.

Они миновали полупустые ряды торговцем лесом, те с надеждой проводил их взглядом. Вдруг купят и вновь лица купцов погрузились в томительное ожидание, когда они прошли мимо. Никитин выглядывал новые лица. Ага, вот и старые знакомые, появились — купцы-нинсы у которых он тогда купил украшение для Линды. Украшение и селитру. Сергей потянул в этом направлении Линду.

Торговец, подслеповато щурясь, вгляделся в него и заулыбался признав.

— О какая честь для бедного торговца молодой господин!

Никитин вежливо приподнял шляпу и слегка поклонился, кустистые брови торговца удивлённо поползли вверх от такого церемониала. Но обычаев много мир велик и лицо торговца вновь превратилось в радушную маску.

Выслушав жалобы торговца на плохую торговлю, он попросил того показать свои товары. Уже знакомые раковины, драгоценные и полудрагоценные камни он взглянул мельком, его сейчас в основном интересовала селитра. Селитра у него была и довольно много примерно восемьсот бихов.

Землянин быстро прикинул вес. Один бих в переводе на земные мерки тянул примерно на килограмм двести грамм, так что селитры у него были под тонну. Изрядно! Торговец долго и со вкусом рассказывал о тяжёлой дороге, горах, где её добывают, о разбойниках, которые везде подстерегают путников. Потом торговец плавно прошёлся по их правителю, что повысил налоги…

Никитин слушал, лениво кивая, потом, дождавшись когда тот, на мгновение остановился что бы снова набрать воздуха, вежливо поинтересовался ценой.

— Пять! — мягко выдохнул торговец и впился в него своими светлыми глазами.

Сергей покачал головой и предложил свою цену. Нинс подпрыгнул, услышав эту цену, и понеслось. Минут двадцать они азартно спорили, переходя то на торговый то на язык нинсов. Наконец Никитин договорился, что возьмёт всю селитру за три золотые монеты за бих, вручил небольшой задаток и договорился, что товар привезут к нему, сегодня.

Сергей ещё прошелся мимо товаров купца, разглядывая, разложенные минералы и корешки, тот старательно объяснял ему, но Никитин так ничего знакомого для себя не углядел. Что поделаешь минералогия — это целая наука, и он был в ней не силён. Быть может, эти невзрачные минералы содержали в себе вольфрам или алюминий, а может быть это просто красивые пустышки.

Хотя вот эта порода похожая на золото, он задумчиво взвесил её на руке. Нет, не золото, скорее всего цинк, решил он. А где цинк там и латунь можно сварганить, но это потом прикупим, когда обустроимся…Нельзя объять необъятное, с этой грустной мыслью землянин уже было, собрался раскланяться с торговцами, но вдруг ему вспомнилась, что у них может быть сера.

— Уважаемый, нет ли у вас такого, — он выразительно щёлкнул пальцами — ну которое пахнет тухлыми яйцами?

Нинсы коротко посовещались, и вскоре один из них вытащил плотно закрытый кувшин, от которого тянуло на редкость неприятно. Здесь торговцы решили несколько взять реванш, и сера ушла за восемь золотых за бих, серы у них оказалось килограмм двадцать.

Так нежданно-негаданно у Никитина появились все ингредиенты для изготовления чёрного пороха. Не хватало, правда,