"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра

Викран поджал губы.

– Считаешь, оно того стоит?

– Если тебе нужен мой совет, то я его уже высказал. А если хочешь услышать, что я об этом думаю, то… знаешь, за последнее время мое мнение о твоих сородичах сильно улучшилось. По крайней мере, об одном из них. Настолько, что я, пожалуй, не откажусь побеседовать с ним еще раз.

Боевой маг тяжело вздохнул.

– Хорошо. Если ты так считаешь, то я согласен.

Лер Совенарэ тонко улыбнулся и протянул руку.

– А я и не сомневался.

Эпилог

Он вернулся в оживленно бурлящую академию далеко за полночь. Сперва собирался нарушить давнее правило и порадовать Айру какой-нибудь мелочью вроде танца или прогулки. Даже усмехнулся про себя, представив, какие лица при этом станут у учеников, когда его увидят на Балу. Но подобной жертвы, к счастью, не потребовалось: Айра уже покинула танцевальную залу и вообще пределы освещенной территории.

Он намеренно дал ей время наговориться с друзьями и неожиданно обретенным братом. Намеренно остался в стороне, желая предоставить выбор именно ей. Желая доставить ей удовольствие, поскольку понимал, что в его присутствии ни с Бриером, ни с Кергом или Дакралом никакого веселья не получится. Да и Вэйр, надо сказать, все еще чувствовал себя довольно скованно.

Кажется, известие о смене статуса боевого мага выбило его из колеи. Так что Викран не стал им мешать: он хотел, чтобы свой второй Бал Айра провела так, как положено, – весело, со смехом, с танцами и кавалерами, которых вокруг нее, к его странной гордости, крутилось весьма немало.

Викран, идя по ярко освещенному парку, слабо улыбнулся: сейчас он, как и когда-то давно, шел, почти не разбирая дороги. Думая о ней. Слыша в голове ее голос. Чувствуя всем существом ее легкий запах. И постоянно ощущая взволнованное биение ее сердца. Правда, теперь в нем не было страха. Не таилось тревожное ожидание. Не мешалось беспокойство, не пряталась твердая решимость, не плескалась тоска и не билась пугливая мысль о предстоящем побеге.

Она ждала его – это правда. И на этот раз ждала с затаенной надеждой. Ждала давно и с внутренним трепетом. Одна. С такой же улыбкой, какая играла сейчас на его губах.

Викран прикрыл глаза, следуя в темноте за ведомым только ему одному ориентиром. Почти как в ту ночь, когда она разбила его окно и вырвалась на свободу гордой соколицей. Он слышал ее непрерывно. Ощущал каждый ее вздох. И теперь, будто дикий зверь, шел по свежему следу, уже не обращая внимания, куда ступают его лапы, какие чащи мелькают перед его взором, что за лица проносятся мимо и что за стены встают у него на пути.

Он даже не задумался, когда сотворил короткий портал. Машинально установив место, рассеянно щелкнул пальцами и быстро шагнул, не сразу увидев, куда именно привела его маячившая перед глазами нить. А потом удивленно поднял голову и в немом изумлении уставился на закрытые двери своей собственной башни, после чего сильно вздрогнул и коротко выдохнул:

– Айра…

И вот тогда наконец услышал долгожданный ответ – на грани ощущений, на границе сознания, как легкий зов, полный едва заметного нетерпения. Ласковый, нежный, трепещущий. Немного смущенный, но от этого еще более заманчивый. Такой, каким должен быть зов любящей девушки, пришедшей на встречу с возлюбленным. И было в нем столько тепла, столько затаенной надежды, что Викран неверяще замер.

– Иди, – вдруг со смешком посоветовал кто-то внутри. Кто-то мудрый, опытный, много поживший. – Нехорошо заставлять себя ждать. И совсем уж неприлично тянуть с неизбежным, отговариваясь какими-то глупостями. Ты ведь любишь ее? Хочешь быть рядом? Хочешь стать ближе и познать ее до конца? Так иди же, неразумный, пока она желает того же! Иди и скажи, что принадлежишь ей всей душой! Ты ведь мужчина? Так докажи наконец свои чувства! И сделай так, чтобы она никогда об этом не пожалела!

Спохватившись, что действительно заставил ее ждать, маг рывком распахнул дверь, черной птицей взлетел по крутой лестнице. Слыша в голове все тот же насмешливый голос, в подробностях объясняющий его ошибки, сбросил с плеч мешающийся плащ и уронил на кресло ненужные ножны. Наконец, ослабил завязки внезапно ставшего тугим ворота, ненароком коснувшись дремлющей Кеари. На одном дыхании промчался сквозь череду пустующих комнат, а потом с громко бьющимся сердцем подошел к собственной спальне.

Айра…

Нет, это глупо… нелепо… просто безумие – бояться того, чего просто не могло и не должно было случиться. Но недавнее прошлое так и не успело отпустить его на свободу.

Викран, старательно отгоняя от себя видение исчезающей во тьме соколицы, несколько секунд стоял посреди пустого кабинета и лишь потом заставил себя толкнуть тяжелые створки, подспудно опасаясь увидеть такую же безрадостную картину, что уже видел однажды. В такую же темную и непроглядную ночь…

Спальня, как и тогда, пустовала.

Он кинул быстрый взгляд на пол, аккуратно застеленную постель, на невысокий стол у окна, где, против ожиданий, не появилось никакой записки. Наконец недоверчиво посмотрел на горящую на подоконнике свечу – уже не тот жалкий огрызок, ритмично повторяющий биение его уставшего сердца, а самую обычную, восковую, совсем новую, у которой не так давно появилась высокая и гордая соседка. Наконец подметил неясную тень за отдернутой шторой и с невыразимым облегчением шагнул на балкон.

– Айра!

Она быстро обернулась, и у него невольно защемило сердце.

Всевышний… как же она была красива! Удивительно нежная, беззащитная в своем открытом платье… том же самом, в котором он видел ее и тогда. В подаренном им, безумно дорогом, но при этом полном достоинства и скромного обаяния платье, лучше которого, наверное, для нее просто не создали на этом свете. И эта лиловая прядка в ее свободно распущенных волосах. Тонкий стан, подчеркнутый узким плетеным ремешком. Открытая шея, словно бы созданная для поцелуев. Рвущийся на ветру подол. Взволнованно вздымающаяся грудь. Приоткрытые в мягкой улыбке губы. И глаза… ее неповторимые, сияющие, невероятно ярко блистающие глаза, в которых отражаются все звезды этого мира.

Она только улыбнулась, когда у него внезапно охрип голос, неровно стукнуло сердце, а руки сами собой обвились вокруг ее талии. Молча прижалась в ответ, обняла, прильнула. И так выразительно вздохнула, пряча лицо у него на груди, что суровый маг неожиданно смешался и сказал совсем не то, что собирался:

– Тебя приглашают в Западный лес в качестве почетной гостьи.

– Что? – удивленно вскинулась Айра.

– Виоран пригласил, – неловко отвел глаза Викран. – Лично. Безо всяких условий и ограничений.

– А ты?

– И меня, – вздохнул маг, с наслаждением вдыхая аромат ее волос. – Только не на правах гостя, а в качестве полноценного члена рода Эльтариа, к которому принадлежал когда-то мой отец.

– Тебя что, приняли в род?! – на мгновение отстранилась девушка, неверяще глядя снизу вверх.

– Нет. Вернее, да. Только я об этом не знал: оказывается, Виоран провел ритуал сразу после моего рождения. Втайне от старейшин и остального леса. Эльфы… – Викран странно дернул щекой, – сказал один мой друг, очень трепетно относятся к узам крови. И Виоран, как выяснилось, не исключение.

Айра слегка нахмурилась.

– Тогда почему он вспомнил об этом только сейчас?

– Потому что только сейчас он нашел способ донести до меня эту правду так, чтобы я ее понял.

– А что ему мешало сделать это раньше?

– Такое предложение делается лишь в раз в жизни, любовь моя. И в любое иное время я бы от него непременно отказался.

– Из-за того, что он вынудил тебя уйти из леса?

Викран качнул головой.

– Для леса немыслимо принять в род полукровку. И для меня никто бы не сделал исключение. Не тогда. А если бы старейшин на это вынудили, думаю, я не дожил бы до совершеннолетия. В этом свете самым лучшим было отослать меня прочь. Но просто так Виоран не мог этого сделать: Совет уже принял решение, согласно которому я обязан был изучать их искусство, а по достижении совершеннолетия принять частичное посвящение. Но не в свой род, а в один из самых слабых, чтобы и приличия соблюсти, и обещания моему отцу не нарушить. Был бы я простым эльфом, со мной бы не церемонились. Но поскольку Эльтариа стоят слишком высоко, Виоран на это не пошел. Вернее, он пошел против воли Совета с самого начала, проведя совсем другой ритуал, объединив во мне не две, как обычно делается, а все четыре стихии. Понимаешь, я не наследовал эту особенность от родителей! Ее не было у меня при рождении. Четыре стихии в моем даре – это исключительно его идея и единственно его заслуга! Он потратил на это свой собственный дар! Это был огромный риск для главы рода и молодого старейшины. Именно Виоран стал инициатором моего обучения под предлогом необычного дара и того, что этот дар в будущем способен принести лесу немало пользы. А потом сумел сделать так, чтобы перед вторым посвящением я добровольно отказался от этой чести. Рассказал о родителях ту правду, которую я не смог бы спокойно вынести. Намеренно выставил все в таком свете, чтобы я ушел добровольно. Он сделал все, чтобы мой уход как можно дольше оставался незамеченным. Одновременно с этим отправил зов директору академии с просьбой взять меня под опеку и все годы, что я учился, оплачивал это обучение, никого не ставя в известность.