"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

Грохот и яркая вспышка дезориентировали Арахну. Клацая лапами, злобно шипя и пялясь невидящими глазами в ослепительно белое марево, паучиха попятилась в дом. Поток направленного пси-излучения иссяк, словно перекрытый плотиной ручей.

Балабол вздрогнул. В ушах стоял звон, перед глазами плавала разноцветная рябь. Рядом трясли головами наемники, не понимая, что с ними происходит.

Зрение постепенно возвращалось в норму. Когда муть перед глазами рассеялась, путники увидели шипящую паучиху. Та дергала верхними конечностями, словно отмахивалась от невидимых пчел и била роговым наконечником гибкого хвоста по полу. Залитые слизью черные глаза сверкали, как отполированные до блеска антрацитовые бусины.

– Едрить твою кочерыжку! Это что за уродина?! – Балабол вытащил пистолет из кармана камуфляжной куртки.

– Это та жуткая тварь из затерянной в снегах базы! – воскликнула Лань, непроизвольно делая шаг назад.

– Точно, это та чувырла, – кивнул Потапыч. – А я думал, она сдохла.

– О чем вы, нюхач подери, говорите?!

Балабол вскинул пистолет на уровень глаз и нажал на спусковой крючок. «Макар» захлопал, дергаясь в руке. Пули попали в голову паучихи. Четыре глаза из черных блестящих бусин превратились в истекающие красной сукровицей дыры. Арахна издала визгливый крик и скрестила две пары верхних конечностей перед собой. Наконечник хвоста метнулся вперед, словно гарпун из китобойной пушки, рассек воздух в сантиметре от курящегося дымком дульного среза ПМ и скрылся за телом паучихи.

– О том, что не мы одни свалили оттуда! – рявкнул наемник. – Бежим, пока тварь нас не проткнула, как гребаных жуков!

Он развернулся и первым помчался прочь от жуткого дома. Лань рванула за ним. Балабол сжег последние патроны в обойме, мельком отметив, как кусочки свинца высекли искры из природной брони защищающих голову конечностей паучихи, и бросился догонять попутчиков.

– Ну наконец-то! – Крапленый высунулся из окна по пояс и закричал, размахивая руками: – Сюда! Ко мне!

Потапыч услышал крики, поднял голову и увидел человека в окне второго этажа. Незнакомец махал руками, сжимая в одной из них «Абакан» с подствольным гранатометом. Бородач сделал правильные выводы и со всех ног рванул к дому с ржавым флюгером на крыше. Лань и Балабол последовали примеру товарища.

Арахна оправилась от первого шока и яростно заверещала, когда увидела убегающих от нее людишек. Злость вперемешку с отчаянием захлестнули ее с головой. Столько сил и времени ушло на то, чтобы заманить мерзавцев в свои сети. Неужели она останется ни с чем? Этому не бывать! Клацая конечностями, Арахна выскочила из дома и припустила за беглецами.

Крапленый заметил несущуюся за сталкерами паучиху, хотел выпустить по ней длинную очередь из автомата, но передумал. Балабол стрелял в Арахну из пистолета с минимального расстояния. Пули не причинили той серьезного вреда. Где гарантия, что сейчас будет иначе? Свето-шумовая граната доказала свою эффективность. Тварь на время выпала из реальности, значит, надо снова использовать «слеповуху», только на этот раз прицельно бить в голову.

Крапленый вытащил боеприпас из другого кармашка разгрузки.

– Ну, милая, не подведи. – Он смачно поцеловал холодный бок металлической рубашки и вставил гранату в жерло гранатомета. Обрезиненный затыльник приклада удобно лег в ложбинку рядом с плечевым суставом. Хранитель задержал дыхание, прицелился и выжал кончиком указательного пальца спусковой крючок.

«Абакан» мягко толкнул в плечо. Граната сверкнула на солнце серебристой искрой и через считаные мгновения превратилась в ослепительный грохочущий шар аккурат посреди уродливой головы паучихи. Крапленый перезарядил подствольник, снова встряхнул мозги жуткому созданию, а потом сделал это еще дважды.

Арахна не только ослепла и оглохла на время, но и потеряла ориентацию в пространстве. Конечности заплетались. Она сделала несколько неуверенных шагов и тяжело осела на землю. Голова кружилась. Паучиха попробовала уловить биоритмы людишек и того странного типа, но ничего не почувствовала, кроме черной звенящей пустоты.

Тем временем беглецы добрались до двухэтажного дома. Услышав топот ног по лестнице, Крапленый выбежал из комнаты, стрелой пронесся по короткому коридору, выскочил на лестничную площадку и перегнулся через перила:

– Стойте! Тварь скоро придет в себя. Надо уходить.

– Крапленый?! Ты что здесь делаешь? – удивился Балабол. Он стоял на лестнице, держась одной рукой за перила, а в другой сжимал пистолет со сдвинутой назад затворной рамой. Оголенный ствол указующим перстом смотрел в потолочное перекрытие. Грудь сталкера вздымалась и опадала: проводник жадно глотал ртом воздух, шумно выдыхая через ноздри. На две ступеньки выше него пыхтели, как паровозы, Потапыч с Ланью.

– По вашу душу явился, – сказал правду Крапленый. – Меня за вами Болотный Лекарь послал. Ну, чего встали?! Живо уносим ноги отсюда.

Хранитель метнулся к лестнице, застучал подошвами армейских ботинок по ступенькам. Сталкеры развернулись, побежали вниз. Вскоре небольшой отряд оказался на улице.

– Куда рванем? – поинтересовался Потапыч, глядя на попытки паучихи подняться с земли. Пыль вокруг нее клубилась столбом, оседала на конечностях и на теле толстым слоем серого налета, смешивалась с потоками слизи, темнея бесформенными комочками по бокам бугристой головы.

Лань и Балабол посмотрели на Крапленого. Не сговариваясь, отважная троица решила отдать бразды правления новому участнику их малочисленной группы.

– Да хоть туда, – Крапленый махнул рукой в сторону стоящего по диагонали от них здания с обломками шифера на двускатной крыше. – Там обсудим, что дальше делать.

Сталкер, наемники и Хранитель перебежали через дорогу. Осторожно пробрались сквозь разросшиеся вокруг дома кусты ирги и черноплодной рябины. Доски лишенного навеса крыльца давно прогнили и превратились в труху. Потапыч и Балабол помогли Лани забраться в дом, залезли в него сами и подождали, когда к ним присоединится Крапленый.

В доме пахло влажностью и тленом. Обои почернели от плесени и пошли пузырями. Разбухший от сырости потолок выпирал горбом. Местами потолочные доски отвалились, выставляя напоказ грязные клочья стекловаты.

Отчаянная четверка пробралась в дальнюю комнату. Отсюда окна выходили на улицу, где бесновалась в пыли паучиха.

– Я так понял, убить ее не получится, – свистящим шепотом сказал Балабол.

– И что дальше? Так и будем прятаться? Рано или поздно тварь доберется до нас, и тогда… – Потапыч провел большим пальцем по горлу. Жесткая щетина затрещала под ногтем.

– Так себе перспектива. – Лань печально вздохнула и закрыла глаза руками.

Мужчины переглянулись.

«Женских слез нам тут не хватало», – подумал недовольно Крапленый и сказал вслух:

– Есть у меня один вариант. Рискованный, правда, но другого выхода не вижу. – Он посмотрел на Потапыча: – Ты хорошо стреляешь?

– Ну так, неплохо.

– Надо попасть в «пушинку», когда я брошу в паучиху связку артефактов. Сможешь?

Потапыч ответил вопросом на вопрос:

– А почему именно в «пушинку»?

– Потому что любой артефакт – это сгусток аномальной энергии. Точным выстрелом в «пушинку» ты высвободишь сконцентрированную внутри нее мощь, а «созвездие» превратит новоявленную гравитационную аномалию в портал. Другими словами, любой арт можно превратить в породившую его ловушку, но не каждый артефакт способен стать катализатором перехода аномалии из одного качественного состояния в другое. Понял, почему надо стрелять в «пушинку»? – Потапыч кивнул. – Сможешь это сделать? – Снова кивок. – Отлично. Тогда ты, Балабол, поработаешь приманкой. Заставь ее подобраться поближе к нам. Главное, отпрыгни в сторону, когда я крикну: «Давай!»

– Вот всегда так, – недовольно пробурчал Балабол. – У всех дело как дело, а мне в самое пекло лезть.

– Не ворчи, – улыбнулся Крапленый. – Ты прыткий, как заяц. Кому бежать, как не тебе?

Балабол фыркнул, достал из нагрудного кармана запасную обойму и перезарядил пистолет. Он держал его в руке с тех пор, как расстрелял патроны в надежде серьезно ранить паучиху.