Смертельный гамбит - Уильям Форсчен

Лоса кивнул.

— Ситуация находится под контролем?

— Разумеется. Целиком и полностью, — ответил Вуш. — Я лично об этом позаботился.

— Тогда все в порядке, — тихо произнес Лоса и, повернувшись, проплыл в угол комнаты, чтобы продолжить медитацию, посвященную Внутреннему Поиску.

Все эти события причиняют слишком много беспокойства, подумал Лоса, но все же созданный им план был самым хитроумным из всех, что когда-либо приходили ему в голову, и если он мог позволить себе что-нибудь почувствовать, то в данный момент испытывал бы гордость за свою изобретательность.

— Такаси, сзади!

Там, где находился его старый соратник, произошло какое-то движение. Раздался слабый свист — звук меча, смертоносной дугой прорезавшего воздух, а затем глухой удар лезвия, прошедшего сквозь ткань и плоть.

Оиси сидел на корточках в темноте, наблюдая за происходящим краем глаза. Кто сейчас был поражен, Такаси или ассасин? Но у него не было времени об этом подумать, поскольку темнота справа от него слабо всколыхнулась. Это движение можно было скорее почувствовать, чем увидеть. Там должен был находиться еще один противник. Сейчас темнота была их врагом. Если бы только он мог добраться до одной из ламп и снова ее зажечь, чтобы посмотреть, жив ли еще Элдин!

Атака произошла внезапно. Элдин вместе с несколькими самураями засиделся допоздна; остальные спали в комнатах на верхнем этаже, превращенном в казарму.

С самого начала у Элдина выработалась привычка бодрствовать по ночам, обсуждая вместе с Зергхом вопросы стратегии и разговаривая с Мари, проводить на ногах еще половину следующего дня, а затем уже спать.

Оиси постоянно просил его менять свой распорядок, никогда не спать два раза подряд в одной и той же комнате, делать все в разной последовательности и в разное время. Но Элдин только посмеивался над его предостережениями в своей обычной самоироничной манере.

Оиси мог только благодарить богов за то, что какое-то внутреннее чувство разбудило его среди ночи и заставило спуститься по лестнице, чтобы проверить посты. Как только он оказался в главном зале таверны, несколько фигур в черном выскочили из кухни. Трое из них устремились прямо к Элдину. В тот же момент, когда он бросился на защиту Элдина, единственная лампа, горевшая в комнате, перевернулась.

Справа от себя Оиси снова заметил слабое движение, а в углу, где находился Такаси, слышались звуки борьбы, сопровождаемые учащенным дыханием. Дверь наверх была закрыта, из-за нее доносился лязг оружия. Оиси испытывал соблазн броситься к двери и освободить лестницу для своих людей, но прежде всего ему было необходимо добраться до Элдина.

Опять он почувствовал движение призрачной тени, темной как ночь.

Положив на пол длинный меч, Оиси сжал в руке более короткий клинок и, беззвучно прокравшись по комнате, расположился между тенью и тем углом, где он в последний раз видел Элдина.

Тень совершила длинный прыжок. Разрубив перед собой воздух, Оиси упал на спину и перекатился через голову. Только слабый свист, сопровождающий движение клинка, позволил ему уклониться от удара. Лезвие прошло на волосок от его плеча, и в следующее мгновение Оиси снова оказался на полу.

Тень находилась над ним, совершая колющие и рубящие удары.

Оиси резко выбросил вперед ногу, но она пришлась в пустоту. Он снова нанес удар ногой и на этот раз почувствовал, как его пятка пришла в соприкосновение с костью. Раздался глухой стон. Противник нырнул вперед и вонзил клинок в доски пола на расстоянии нескольких дюймов от его горла. Оиси сделал короткий взмах собственным клинком, пришедшимся в чью-то плоть. Горячая липкая жидкости брызнула в глаза Оиси, когда ассасин сжал голой ладонью лезвие, пытаясь вырвать у него короткий меч.

Оиси свободной рукой схватил противника за горло. Раздался леденящий душу треск, когда Оиси раздавил ему трахею, после чего последовало слабое бульканье. Рука, сжимавшая лезвие, сразу же ослабла. Оиси поднял меч и быстрым точным движением рубанул перед собой в горизонтальной плоскости. Поток хлынувшей крови залил Оиси лицо, и тело над ним обмякло.

Внезапно у его горла оказался кинжал, и в то же мгновение Оиси понял, что смерть пришла за ним. Чудо, продлившее его жизнь на несколько десятков дней, подошло к концу. Сейчас он отправится в мир, куда каждый держит путь с момента своего рождения, и вся эта странная суета останется позади. В течение долгого, растянувшегося во времени мгновения он ждал холодного поцелуя стали, но кинжал остался на месте.

— Самурай? — прошептал голос у его уха. Это был Элдин.

На долю секунды Оиси охватило чувство гнева. Как, черт возьми, ему защищать этого человека, если он сам не хочет выполнять элементарных правил предосторожности? Настоящий сюзерен без колебаний перерезал бы ему горло, не оставляя места для случайности. Если окажется, что по ошибке был убит собственный охранник, то такова цена за то, чтобы сохранить жизнь господина. И все же возвращение из бездны, куда он уже начал падать, заставило Оиси испытать чувство странного облегчения.

— Оиси, — прошептал он в ответ, и лезвие ушло в сторону.

Оиси сбросил с себя истекающий кровью труп, и Элдин опустился на корточки рядом с ним. Плавным движением, словно бы опасаясь его испугать, Оиси поднес ладонь к лицу Элдина и закрыл ему рот, подав знак сохранять молчание. Элдин в ответ кивнул.

Двигаясь все так же медленно и плавно, Оиси отвел Элдина обратно в угол. Бой на лестнице продолжался. Из-за внезапно наступившей темноты Оиси не мог точно определить, сколько ассасинов ворвалось в зал таверны. Кроме того, дверь на улицу могла остаться открытой, и не исключено, что новая волна нападавших уже просочилась в здание.

— Оиси, не двигайся!

Это был голос Такаси. Значит, он справился со своим противником. Такаси осторожно поднялся на ноги, его фигура была едва различима. Он направился к двери, ведущей на второй этаж. Оиси уже собрался закричать, предупреждая его, но Такаси среагировал быстрее. Его меч снова со свистом прорезал воздух, на этот раз разрубив туловище врага на две части, и Оиси услышал возглас удовлетворения, когда его соратник обратным движением клинка разрубил тело в верхней части еще раз до того, как оно коснулось пола.

Добравшись до двери, Такаси с громким криком рванул ее на себя.

Поток света залил комнату, и Такаси бросился вверх по лестнице, нанося удар по вражеским силам с тыла. Самураи, сражающиеся наверху, встретили его появление радостными возгласами. Оиси горел желанием присоединиться к стычке, но он знал, что должен оставаться рядом с Элдином. При свете, падавшей через открытую дверь, появилась возможность осмотреть все пространство большого зала. Он увидел тела нескольких своих человек, лежащих бездыханными в лужах крови, и убитого им врага, распростертого на полу на расстоянии вытянутой руки.

Он посмотрел на Элдина, который сидел на корточках, прислонившись спиной к стене. В его руке был зажат кинжал ассасина, выпачканный кровью. В первый раз Оиси увидел тонкие алые струйки, катящиеся от волос по лицу Элдина. Если клинок, нанесший ему рану, был отравлен, то уже ничего нельзя было сделать. Внезапно на лице Элдина появилось настороженное выражение, и он выставил кинжал перед собой.

Оиси оглянулся. Один из ассасинов прорвался мимо Такаси и на долю секунды замер посередине комнаты. Оиси уже собрался на него напасть, но затем понял, что хотя он видит врага, тот не. видит его, поскольку только что сражался на свету и еще не успел привыкнуть к тусклому освещению главного зала. Он должен был оставаться рядом с Элдином на тот случай, если поблизости притаился еще один убийца.

Одинокий ассасин повернулся и бросился к двери, ведущей на кухню. Через несколько секунд раздался сдавленный стон, и дверь снова широко распахнулась. Оиси насторожился, приготовившись встретить новую волну атаки. Но это был тот же человек, который пытался скрыться мгновением раньше. Нож для разделки мяса по рукоятку вошел ему в грудь, и кончик длинного лезвия торчал из спины. Пошатавшись из стороны в сторону, он тяжело рухнул на стойку бара.

Следом за ним в зале появилась Мари. Ее правая рука была испачкана кровью, а на лице застыло выражение мрачного удовлетворения.

— Нужно лучше охранять черный ход, — спокойно произнесла она. — Я удерживала этих ублюдков последние несколько минут, пока твои мальчики забавлялись здесь своими играми.

Бросив на нее недоверчивый взгляд, Оиси выпрямился в полный рост.

— Такаси, сначала проверь эту комнату, а затем прочеши все здание. Назначь своих людей.

Пока его заместитель отдавал команды, Оиси повернулся к Элдину.

Элдин медленно поднялся на ноги. Оиси быстрым движением смахнул кровь с его лица и увидел свежие струйки, сочащиеся из раны, надрезавшей левое ухо и протянувшейся от щеки до затылка. Рана выглядела достаточно скверно, но, насколько мог судить Оиси, она не была серьезной. Он внимательно наблюдал за Элдином, опасаясь увидеть начало конвульсий, но ничего похожего не происходило.