Жертвы Сименона - Наталья Никольская

– Да спился совсем – вот в каком. Как еще я должен был понимать эти слова, если речь идет об алкоголике? Жена-то от Васьки давным-давно ушла, вот тут он резко под горку покатился. Семьи нет, работы нет… Сидел на своем дальнем хуторе, как медведь в берлоге, да самогонку гнал. Славная жизнь, ничего не скажешь!

– Это Дмитрий вам рассказал про брата?

– Ну да, кто ж еще? Сам Дима, мне показалось, очень мало изменился за те двенадцать лет, что я его не видел. Я имею в виду, внешне. Только… дерганый стал какой-то, напряженный. Соседка в дверь позвонила, а он подскочил, чашку разбил… Нервы, говорит, простите… Чаю выпил, захотел фотографии посмотреть – вот как вы, Поля. А сам минут через сорок засобирался: спешу, говорит. Вот времечко, Господи! Все на нервах, все куда-то спешат…

Вспомнив внезапно о главном, старик перебил сам себя.

– Значит, вы думаете, он затем и попросил альбом с фотографиями, чтобы… Но зачем, Поля? Зачем было Диме красть у меня старый снимок, который он сам же мне подарил?!

– Петр Петрович, миленький! – взмолилась я вместо ответа. – Ради Бога: когда к вам приходил Дмитрий Загорулько?

Он взглянул мне прямо в глаза.

– Вы ведь не из газеты. Правда, Поля?

Я смущенно опустила свои.

– Простите меня, Петр Петрович! У меня не было другого выхода. Если б я просто пришла к вам с улицы и сказала, что мне надо кое о чем вас спросить – вряд ли вы стали бы откровенничать о людях, которых любите… А как вы догадались?

– Просто интуиция. Понимаете, я… Я действительно люблю Диму, и мне не хотелось бы… Скажите, Поля: он что-то натворил. Да?

– Возможно. Но пока это лишь предположение. Многое, если не все, будет зависеть от вашего ответа, Петр Петрович! Пожалуйста, припомните точно, когда вас посетил ваш ученик. И еще один вопрос, вы только не удивляйтесь… Вы уверены, что то был именно Дмитрий Загорулько, а не его брат Василий? Это очень важно, поверьте!

Старик качал головой, снова глядя куда-то вдаль. Ответил он не сразу.

– Я вам верю, Поля. Приходил ко мне Дима, я уверен. Было жарко, он расстегнул рубашку, и мне в глаза бросились старые шрамы – отметины той аварии…Это было позавчера.

– Позавчера, в среду?!

– Именно. В среду в три часа мне надо было быть в мэрии, на встрече ветеранов спорта. Я еще подумал, что из-за неожиданного визита Димы могу опоздать, но только он не засиделся… Когда он позвонил, по радио как раз начиналась программа «В рабочий полдень». Поля… Ради Бога: что он сделал?

Вот теперь я могла ответить на этот вопрос со всей определенностью. Точка в расследовании была поставлена! Я могла бы сказать этому славному человеку, что в минувшую среду к нему приходил убийца. Либо… Либо призрак – одно из двух! Потому что по официальной версии Дмитрий Иванович Загорулько, тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года рождения, русский, уроженец поселка Александрово Поле Тарасовской области, погиб днем раньше в автомобильной катастрофе. Труп погибшего сильно обгорел…

«…Дорогому учителю от ученика, которого вы никогда не опознаете»… Расчет был верен, Дмитрий Иванович: того, кто умер и похоронен, опознать нельзя. Но живого – можно!

Через неделю, в воскресенье, мы с Ольгой сидели под зонтиком уличного кафе на нашем «тарасовском Арбате». Стояла чудная погода – второе «бабье лето»! – и предприимчивые дельцы решили продлить сезон обслуживания под открытым небом. А мы с сестренкой решили воспользоваться небесной благодатью и выползти из душных квартир на воздух: людей посмотреть, а главное – себя показать. Ведь, несмотря на известные потери, которые обе мы понесли в ходе расследования по так называемому «делу Палискиене», нам обеим все еще было что показывать, черт возьми!

Все основные «моменты истины» – покушение на мою жизнь, московская «одиссея» Ольги Андреевны, смерть Дрюни Старостина и, конечно, сенсационный арест «Менделеева»-Загорулько и его жены, – все это было давным-давно рассказано и пересказано, обсуждено и утверждено, объахано и объохано. На мое удивление, сестра всего только раз попыталась упасть в обморок, «переваривая» эти новости. Должно быть, «этапы большого пути» ее все-таки закалили.

Мы ждали Жору Овсянникова. Он был так замотан в последнюю неделю, что просто валился с ног, и даже я не рисковала отнимать время у старшего следователя УВД. Но сегодня он сам пообещал выкроить полчасика, чтобы поделиться последними новостями, и мы договорились о встрече в этой кафешке.

Как настоящая «персона грата», Жора даже позволил себе опоздать на свидание – ровно на пять минут.

– Ого, армянский коньячок! Какое искушение для бедного майора, Оленька.

– Что значит – «искушение»? Разве ты не выпьешь со мной?! – Физиономия моей сестрицы вытянулась.

– Увы, дорогая! Я опять при исполнении.

– Как, в воскресенье?!

– Что поделать! Мне сейчас позвонили, что ваш попутчик, Ольга Андреевна, просится на допрос. Когда сидишь в КПЗ впервые в жизни, никогда нельзя знать заранее, когда на тебя навалится приступ откровенности. Вот и приходится ловить момент, девочки!

Жора подмигнул Ольге и потянулся к бутылке.

– Ну, разве одну капельку, дорогая! Надеюсь, у моего подследственного нет аллергии на спиртное, как у твоей сестры? Хоть он и трезвенник, но…

– Пусть не прикидывается! – отрубила Ольга. – Я сама видела, какой он «трезвенник». Тогда, в поезде.

– Ну, знаешь! Как говаривал один известный киногерой, за чужой счет пьют даже язвенники и трезвенники. Должно быть, опыт, приобретенный в твоей компании, Оленька, пригодился Загорулько позже, когда ему пришла недурная мысль выдать себя за погибшего брата. Между прочим, говорят, при аресте он довольно убедительно разыгрывал горького пьяницу. Даже в белую горячку впал… Но когда его осмотрели медики, сразу чудесным образом вышел из запоя.

– Он признался?! – в один голос выпалили мы с Ольгой.

– В убийстве Старостина и нападении на Поленьку – то есть на Оленьку! – пока еще нет. Он не дурак, и прекрасно понимает, что по этим эпизодам мы пока не располагаем убедительными доказательствами его вины. С него вполне хватит и Палискиене: ведь билетик-то у него нашли!

– Да неужели?! – опередила меня сестра. – Откуда же Загорулько узнал про билет? Ведь Айседора никому, даже мне…

– Пить надо меньше, радость моя! – насмешливо прервал ее Овсянников. – Между прочим, Палискиене объявила о своем выигрыше во всеуслышание, в ресторане. Вы даже тост подняли за Асину удачу.

– Не может быть! Врет он все, этот Загорулько!

– Ну что ж, ты сможешь уличить его в этом во время очной ставки, Ольга Андреевна. Она вам еще предстоит. Только на твоем месте я бы не был так самоуверен: по-видимому, подследственный не врет. Как иначе он мог узнать про билет, если не от самой Айседоры? Кстати, сразу становится понятным, зачем убийца стал убирать свидетелей: чтобы скрыть мотив преступления и пустить следствие по ложному следу. Это же ясно как дважды два!

– Тебе, может, и ясно, а мне – нет! – горячилась сестренка. – Ты думаешь, я совсем сумасшедшая?! Да как я могла пропустить такое мимо ушей?

Я поспешила на помощь Жоре, который начал уже покрываться красными пятнами.

– Дорогая, возможно, ты выходила, и поэтому не помнишь? А у Загорулько тоже все смешалось в голове: кто слышал про билет и кто не слышал, ведь и он был «под мухой»… Вот он и решил заняться сперва Старостиным, который был для него гораздо опаснее, а тебя оставить напоследок!

– А почему это Дрюня был для убийцы опаснее меня? Что я – не свидетель, что ли? – еще пуще обиделась Ольга.

– Да потому, черт тебя возьми, что Дрюня не падал под стол, а все слышал и все соображал! И еще потому, что они с Загорулько наверняка выяснили в ходе застолья, что у них было в прошлом общее увлечение – альпинизм, и остался общий знакомый – Петр Петрович Некрасов. Да мало ли о чем успел по-свойски проболтаться будущий убийца! А значит, Старостин стал для него «бомбой замедленного действия», и ее требовалось срочно обезвредить. До того, как Дрюня начнет давать показания.

– Поленька, ты у нас, как всегда, права! – Жорина ладонь мягко накрыла под столом мою руку. – После того как этот любитель детективов задушил актрису, у него не было другого выхода, кроме как убить двух других свидетелей. И первым по значимости шел, безусловно, бизнесмен – ты уж не обижайся, Ольга Андреевна! Я думаю, Загорулько позвонил ему – ведь мы выяснили, что кто-то звонил на сотовый Старостина непосредственно перед тем, как тот скрылся в неизвестном направлении. Наплел что-то, скорее всего, попросил подвезти за город. А там оглушил ничего не подозревающего парня и спустил в Волгу… Сволочь!

Жора залпом опрокинул в себя рюмку коньяку.

– Никуда он не денется, голубчик! Припрем уликами – расскажет и про Старостина, и про покушение на Олю. То есть на Полю…