Мой дом. Книга 2 - Николай Яковлевич Дружинин

неизвестным,

Я восхищён и опьянён;

Созданьем не земным, чудесным,

Пленён!.. на вечно – покорён!

… 8 …

Молчала ночь, нам не мешая;

Дома и избы сон объял;

Мы, из моста, ещё не зная,

Любви воздвигли пьедестал.

Слились в едино биотоки,

Две ауры переплелись, -

Она и я – любви истоки! -

На пьедестал тот поднялись.

От сюда, всё и завертелось!..

Нет места робости моей -

Обнять, прижать её хотелось,

Назвать «Любимой!..» поскорей!

… 9 …

Дар речи, вновь, ко мне вернулся:

Свободно дышит моя грудь;

Уверен, я ей, приглянулся:

«Ну, Николаша, смело – в путь!..»

Не отпуская, обнимая,

Мои пенаты обозреть

Веду, уже осознавая:

Ей – у окошечка сидеть!

Сидеть, смотреть на мост,

Где Коля

Околдовал, очаровал:

«Куда девалась моя воля?..

Зачем и как?.. на что нажал?..

Как я в замужество попала?

Что за стихия, ураган?..

Уж свадьба, в шумах, отыграла…

А не рассеялся туман…

Туман ли это?.. Наважденье?..

Я – вот, она!.. Уже жена!..

С трудом, приходит убежденье,

Что жизнь моя, теперь, ина.

Недавно, по ночам, мечтала;

О милом друге – все мечты;

К святым угодникам взывала…

Ан, хлопоты-то, непусты!..

Сижу одна, смотрю в окошко:

Жду, когда Коленька, придёт.

Взгрустнула, вроде бы, немножко:

Млада жена так мужа ждёт.

Мечты в реальность перелились:

Жена и муж это – про нас;

Влюбились – скоро!.. Поженились…

Уже и… Яблоневый Спас!..

Уже и свёкор, и свекровка,

И деверь – братец жениха,

То та, то эта,– мне, золовка;

Я, им – невестка и сноха.

Мы – младшие, в их дружной связке;

Их семьи – детками полны;

По этой жизненной подсказке,

Свою стезю проторим мы!..

Скорее, Коля, появляйся!..

Всё, до моста, мой видит взгляд:

Приветно Розе улыбайся,

Кажи, как встрече нашей рад…

…

Ошеломлённое сознанье

Кладёт логистику на ум,

А сердце знает всё – заранье:

Творит в крови любовный бум.

Во мне всё ярко! напряжённый:

Я вдохновлён и окрылён

И сам не свой, заворожённый –

Потоком страсти унесён!..

Как то шампанское в бокале,

Искрясь и пенясь через край!..

Всё существо, в таком накале! -

Бурлит, клокочет, – не зевай!

… 10 …

Я провернул большое дело:

Барьер из робости сметён;

В моих руках – девичье тело!..

В груди гашу любовный стон!..

Всё будет чинно, благородно –

Не причиню обиды ей -

Мне радостно и превосходно!

Поймать бы взгляд её очей!

Смущенье лик не покидает:

Взор к долу, робкий взмах ресниц, -

Мадонну мне напоминает

С альбомных глянцевых страниц.

… 11 …

Отстали, скрылись мои други;

На данный час я – на коне!..

И это всё – мои заслуги;

Решительность кипит во мне.

Моё подспудное желанье

И мой азартный интерес,-

В ночи еловской – на свиданье –

Придали мне: амурный вес.

Подобно глухарю токую

Я, для тетёрочки своей;

Иль сизарем, томясь, воркую

Я, над голубкою моей.

Иносказательные речи;

За каламбуром – каламбур;

А пред глазами, девы плечи

И в сердце метит мне Амур!

Метанье стрел – его забота;

Должно, черёд метать в меня:

«Мечи!.. твоя, Амур, охота! –

Сегодня, дичью буду я!..»

… 12 …

Пока не всё я понимаю,

Пока не всё я ведаю;

Её смущаю (это знаю) –

Всеядною беседою.

Маг, чародей, волшебник, -

Где вы?

Эй, кто-нибудь, скорей,

Втроём!

Вы, растопите чувства девы;

Да, да! – чарующим огне!

Эй, вы – поборники стихии!..

Вам, вам! – подвластно,

Мне помочь;

Вы – бесшабашные, лихие –

Всё – вам!.. Для вас:

Вот – мы и… ночь!

Вы, негу, радость приготовьте

И в сердце впрысните её!..

Скорее!.. И не прекословьте!..

Пусть сердце бьётся, как моё!..

Но, как мне быть?.. как проявиться?

Как не ударить в грязь лицом?..

Вот и приходиться крутиться

И извиваться – тем ужом…

Я гидом стал, в одно мгновенье,

И в экскурс девушку ввожу:

Сейчас, сейчас свои владенья,

Ей, непременно, покажу!..

С моста, в Светлянку, зашагали…

На тонкой талии рука -

Моя!.. Горит!.. ножки мелькали,

Дресвой дорожною, шурша.

Какая прелесть – эти ножки!..

И чтобы я не излагал,

Но мини-юбка, босоножки! –

Пред взором: ножек – идеал!

За каждым шагом взор стремится:

Так манят ножки белизной!..

В груди моей экстаз томится,

Звенит гитарною струной.

… 13 …

– О, небо!.. звёздное, ночное!..

Восторг мой бурный, видишь ты?

Всё!.. позабыл я о покое –

Вот дева – из моей мечты!

Заказ мой, в точности, исполнен –

Спустилась ангелом с небес;

Я нежностью к ней переполнен –

О, моё чудо из чудес!

Из за пределов горизонта,

С далёких, пенных берегов:

Той Адриатики ли, Понта, -

Послал мне нимфу царь богов.

Весенне-летний сумрак ночи

(Заря встречается с зарёй) -

Он контуры фигуры точит,

В контрасте – с тёмною землёй.

… 14 …

«О, юная ночная фея!

Позвольте так , вас, называть!..

Ведёт нас изб ночных аллея,

Мою усадьбу, созерцать.

Вот тополь – молодой, красивый -

Темнеет крона в небесах;

Упрямый и не прихотливый,

Растущий, словно на дрожжах.

Растёт голубчик, матереет –

Посаженый моей рукой -

Над крышей дома, так и реет,

Качая кроной-головой.

Издалека он на примете:

Ориентир и мой маяк:

И в сумраке, и в белом свете, –

Моей усадьбы, дома – знак.

… 15 …

Вот дом, усадьба,– посмотрите:

Мой пятистенок, мой чертог,–

Он не палац в далёком Крите;

Он, моей родины, исток.

В нём семя чудное принялось,

Былинкой, стебельком растя:

Кричало, плакало, смеялось;

Росло, росло и… вырос – я!..»

… 16…

Ах, боже мой! – в окошке мама!..

Уж заполночь, давным-давно..

И обрамляет маму рама –

Иконостас, а не окно!

Сидит, сыночка поджидает,

Томит неведенье её:

«Не он ли, вон, домой шагает –

В своё родимое гнездо?..»

И сердцу мамы нет покоя,

И сколько ей не говори:

«Дитё твоё, давно большое -

Оставь тревоги позади.

Твой младшенький, уже не мальчик,

Окрепли крылья – славен лёт!..

И если ранен его пальчик,

То ранка к свадьбе заживёт.»

Он сам залижет свою рану;

Характер свой крепит тайгой;

Творит искусно екабану –

Букет судьбы своей большой.»

Такой вот путь… Не институты!..

Хоть и рвалась