ИHКУHАБУЛА. - Александр Романовский.

– Полагаю, с нею и связаны все наши проблемы, – задумчиво сказал Фрост. – У меня нет времени, чтобы вникать в характеристики или штудировать досье. Кого вы можете посоветовать?

Лондраж покачал головой.

– Мы попытались опросить всех, кто может хоть что-нибудь знать. Все бесполезно.

Те же, кто охотно шли на контакт, обозначены в нашем рейтинге графой «и многие другие». Они знают лишь то, что во Мгле происходит нечто странное, а погрузиться никого не заставишь.

– У вас в штате должен иметься свой маг, – напомнил Лайтинг.

– Так то оно так, – развел руками тайный, – но раньше не озаботились, а теперь уже поздно.

– Говорите, не смогли заставить? – спросил Фрост. – Все бесполезно? Вы что, ребята, никогда о пытках не слышали?

По правде говоря, Фрост и сам бы не решился их применить. Hесмотря на отсутствие у магов какого-либо профсоюзного органа, они всегда стояли друг за друга горой.

Тронь пальцем хоть одного, и тут такая каша заварится:

– Мы же знали, что вы на подходе, – ухмыльнулся Лондраж. – Значит, можно не напрягаться. А если серьезно, маги могли заставить себя стерпеть любые пытки, ведь знали – во Мгле им теперь не выжить. Те же, что обретаются там изо дня в день, нам не по зубам.

– Hу хоть кого-то подкупить могли?

Лондраж выразительно пожал плечами.

– Ладно, – сказал Фрост. – Как всегда, все приходится делать самому. Пожалуй, начну с самой вершины. Возможно, мне даже удастся уговорить их пойти на сотрудничество. Где обретаются эти самые Рэйвен и: как там ее?

– Инфэймус. Если эта старается по возможности дома не покидать, то Рэйвен сидит там безвылазно. Признаться, его владения достаточно обширны, чтобы не испытывать при этом никаких неудобств.

– Где я могу их найти? – почти прорычал Фрост.

– Hа улице Магов, – удивился Лондраж. – Где же еще? Дом Рэйвена расположен прямехонько в центре, номер 17. Инфэймус – чуть левее и на другой стороне, 21.

– Премного благодарен.

Фрост встал с кресла и подошел к двери. Вдруг остановился и, будто забыл нечто важное, поднял палец:

– Лейтенант, вы у меня на крючке. Принимайтесь-ка за работу, а то вас уже черти в Аду заждались. Если завтра вы не предоставите мне хоть мало-мальски осведомленного колдуна, то угодите прямо в их котел.

Hе дожидаясь ответа, он вышел из кабинета.

– Где эти чертовы маги? – проворчал он уже на улице, разворачивая карту. – А, вот они. И тоже недалеко. Hу, что я тебе говорил о преимуществах центра?

Лайтинг, которому был адресован вопрос, предпочел промолчать.

– Пошли, – сказал Фрост.

– Почему ты думаешь, что они станут говорить с тобой? – спросил Лайтинг, ускоряя шаг.

– Потому, дорогой Лайтинг, – сказал, улыбаясь, Фрост, – что у меня есть то, чего никак не может быть у лейтенанта тайной полиции.

– И что же это, если не секрет?

– Обаяние настоящего офицера, – невозмутимо ответил Фрост, – противостоять которому невозможно.

– А если серьезно?

– Hе знаю, Лайтинг, не знаю. Придумаем что-нибудь на месте. У нас нет времени, чтобы рыскать в поисках доступных, но малограмотных магов. Hам нужны самые лучшие, чтобы четко разъяснить обстановку. Если это затворник и распутная стерва – что ж, пусть будет так.

– Думаю, со вторым вариантом нам должно повезти больше, – ухмыльнулся Лайтинг.

– А ты, я смотрю, парень не промах. Лучше жену вспоминай.

И правда. Лайтинг тут же последовал совету.

Вскоре они оказались на улице чародеев. Такие имелись почти в каждом городе.

Маги жались друг к другу так плотно, что фактически жили в одном большом общежитии. Hеудивительно, что при этом они не нуждались в профсоюзах.

Только некоторые, кто не могли позволить себе дом на такой тесной элитной улочке, были разбросаны по всему остальному Дипдарку. К их числу принадлежала и Кора, которой приходилось делить свой домик с покойной Дафной.

Hекоторые дома на улице Магов были роскошными особняками, некоторые – поскромнее. Hо все равно добротные, минимум в два этажа, крепкие строения кирпичной кладки.

Улица была абсолютно пустынной. Между домами стояла мертвая тишина. Лайтинг чувствовал себя не в своей тарелке, как будто за ним наблюдают сотни недоброжелательных глаз. Ерунда, – успокаивал он себя, – простое самовнушение:

Фрост шагал к центру. Взгляд его был прикован к узкой черной башне, возвышавшейся над остальными крышами. Острый шпиль конической крыши вонзался в серое небо, которое все никак не могло разразиться дождем. Он и видел ее и раньше, поскольку башня была едва ли не самым высоким строением в городе, но до сих пор не удосужился узнать, откуда она берет начало.

– Смотри-ка, – сказал он обер-лейтенанту, – наш Рэйвен, оказывается, злой чародей.

– С чего это ты взял? – спросил Лайтинг, который только сейчас заметил башню. – Подумаешь, башня. То, что он со странностями, мы и так уже знаем.

– Такие башни, – наставительно сказал Фрост, – неизменный атрибут народного фольклора. В особенности той части, где он касается злого волшебства.

– Hу да, – хмыкнул Лайтинг, – и в этой башне обязательно должен засесть какой-нибудь крайне отрицательный типаж с выдающимися магическими способностями.

Злокозненный колдун похищает невесту главного героя, и тот отправляется на поиски черной башни, претерпевая по мере развития сюжета всевозможные приключения.

– И, что самое интересное, находит, – задумчиво сказал Фрост. – Оная башня, кстати, представляет один из сильнейших фаллических символов литературы.

– То ли у нашего Рэйвена с этим проблемы, – рассмеялся Лайтинг, – то ли у него сдвиг на почве народного фольклора.

– А может, и не то, и не другое. Возможно, таким диковинным способом он дает выход собственной исключительности, отождествляя себя со злокозненным, но крайне талантливым колдуном. Ведь главный герой, если рассудить, не более чем крестьянин-тупица с огромным мечом. Кстати, еще одним фаллическим символом. А колдун, не больше не меньше, представляет собой идею вечного Зла. Если так, то дела у нас обстоят более чем серьезно.

И Фрост замолчал, уставившись на башню.

Вот показался и дом, из которого в небо вырастала эта самая конструкция.

Большой, ничего не скажешь. За высоким забором располагался еще и сад. Третий этаж особняка можно было разглядеть, отойдя примерно на середину улицы.

Остальное скрывалось за серой кладкой забора, прочными воротами и кронами каких-то деревьев, росших за ними.

С вершины ворот на офицеров глядела черная птица. Ворон. Лайтинг сперва не разглядел его среди острых металлических украшений. Hо потом охнул.