Пленники судьбы - Санта Монтефиоре

Люк вытянул руку, ожидая, что бабочка улетит, однако это прекрасное создание оставалось в комнате до тех пор, пока он не закончил чистить зубы и принимать душ. После этого он вдруг вспомнил, как делал мальчик, и повторил его движение, легонько подув на бабочку. Она упорхнула в небо и растворилась в листве деревьев.

После завтрака Люк, лежа возле бассейна, читал книгу. Чтение доставляло ему истинное наслаждение, он наконец-то мог на чем-то сосредоточиться и отвлечься от неприятных мыслей. Он пообещал Карадоку, что завтра пойдет с ним в тратторию на ленч. Поначалу Люк сбрасывал со счетов профессора и Ма, как двух пожилых эксцентричных людей, не заслуживающих его времени и внимания, но теперь он проникся к ним самой искренней симпатией. Своим присутствием они вносили яркую живую струю. Он решил, что если Козима окажется завтра там, он пройдет мимо, даже не взглянув на нее. Он уже дважды сделал попытку, но третьего раза не будет.

Карадок сидел в тени, читая томик стихов, а Диззи принимала солнечные ванны и, слушая музыку через наушники плеера, отстукивала правой ногой ритм. А в это время Смидж, свернувшись, спала в ее дамской сумочке «Биркин». Ма просто не выносила бассейнов, поскольку была слишком толстой для плавания, а также потому, что ей ужасно не нравились женщины, которые, подобно Диззи, могли похвастаться красивой фигурой. Поэтому она предпочла остаться на террасе с Порчи, занимаясь вышиванием тапочек для своего племянника и пытаясь придумать, как попасть на приближающийся праздник без этой парочки — Диззи и Максвелла, которые наверняка захотят присоседиться к ним, рискуя все испортить.

После ленча профессор удалился на полуденный отдых, а Ма предложила Люку сыграть в карты. Диззи и Максвелл возвратились к бассейну, чтобы полежать на солнышке и, как довольно грубо заметила Ма, поджариться, подобно двум кускам бекона.

— Я не понимаю, что хорошего в Диззи, — произнесла Ма, перетасовывая колоду карт.

— А почему в ней вообще должно быть что-то хорошее? — спросил Люк, зажигая сигарету.

— Человек без основы словно карандаш без стержня. Бесполезен. Хотя она довольно смазлива, этого не отнять.

— Она не так уж и плоха.

— Я не слышала, чтобы она когда-либо сказала что-нибудь интересное.

— Некоторым мужчинам такие женщины очень даже нравятся.

— А какие женщины нравятся тебе, Люк?

Прежде чем ответить, он сделал глубокую затяжку.

— Мне тоже нравятся симпатичные девушки.

Ма закатила глаза, не скрывая презрения.

— Ну ладно, я ценю интеллект, остроумие, мне нравится, когда меня удивляют и бросают вызов. Я люблю независимых и уверенных в себе женщин.

В ответ Ма пренебрежительно фыркнула.

— Все это очень примитивно, Люк. На самом деле тебе необходима такая женщина, которая очарует тебя и будет поддерживать в тебе пламя любви до конца жизни. Такая, которая навсегда останется для тебя неразгаданной тайной. Именно это тебе и нужно. В противном случае она очень скоро тебе наскучит. — Ма сдала карты. — Да, найди кого-нибудь, способного тебя очаровать, и эта женщина всегда будет твоей музой.

Всю вторую половину дня они играли в «Скачущего демона». Ма была опытным игроком, она долго обдумывала ходы, но каким-то невероятным образом заканчивала первой и выигрывала.

— Вы темная лошадка, Ма! И в чем же ваш секрет?

Она легонько постучала пальцем по виску.

— Все вот тут, в моей голове, однако я не собираюсь делиться с тобой своими тайнами. Если бы мы играли на деньги, я бы уже давно стала очень состоятельной женщиной!

— Если бы мы играли на деньги, я бы уже давно вышел из игры, — съязвил Люк. — Я не из тех, кто готов пустить на ветер свое состояние.

— Это верно, однако твоя жена умудрялась делать это вместо тебя. Что же в свое время подвигло тебя жениться на Клер?

— Она меня просто очаровала, — ответил Люк.

— Что, в самом деле была такой неотразимой?

— Вероятно, недостаточно.

— И что же случилось?

— Просто я избаловал ее.

— Стоит женщине надеть обручальное кольцо, как она сразу же меняется. Будь я мужчиной, никогда бы не женилась.

— Вы женщина, а так и не вышли замуж!

— Брак — это как карандаш без стержня, Люк. — Подавшись вперед, она с наслаждением прошипела одно-единственное слово: — Бессмыслен!

Когда профессор, отдохнув, снова появился в четыре часа, он предложил Биллу сыграть несколько партий в бридж с Ма и Люком. Ромина и Диззи возвратились из города, пробыв там совсем недолго. Позже через окно на верхнем этаже можно было слышать, как Диззи о чем-то спорит со своим мужем. Спустившись к ужину, они сели по разные стороны стола, казалось, совершенно не замечая друг друга. Судя по их поведению, разногласия были достаточно серьезными, и Ма не терпелось узнать причину, вызвавшую их.

На следующий день небо затянуло серыми тучами. Как и было условлено, Люк отправился вместе с профессором в город. На улицах было тихо, воздух стал прохладнее, а на горизонте, там, где пурпурные облака напоминали готовящуюся к сражению армию, собиралась гроза. Однако даже непогода не могла сломить энтузиазм профессора.

— Давайте поедим в помещении, — предложил Люк, припарковавшись как можно ближе к набережной. Снова заметив маленького мальчика, играющего среди лодок, он понял, что Козима, должно быть, находится в траттории.

— Этот ребенок всегда один, — с неодобрением сказал Люк.

— Какой ребенок?

— Да сын Козимы. Он всюду следует за ней, а она его совсем не замечает. Это естественно, когда женщина оплакивает своего мужа, но нельзя же забывать и о живых!

— На твоем месте я бы не говорил так, — сказал Карадок, медленно направляясь по террасе к ресторану.

— Не волнуйтесь. Я уже выбросил ее из головы и все забыл. А где прелестная Роза?

Внутри траттория выглядела старомодной, с маленькими столиками и простыми стульями. Пол был выложен плиткой, пахло сухой лавандой и дикорастущими травами, свисающими со стен над рядами обрамленных фотографий. На буфетах стояли чаши с лимонами, а на высоких стеллажах красовались бутылки с вином. Несколько столиков было занято, однако погода, похоже, всех разогнала по домам. Роза появилась в зеленом платье, которое прилипло к ее телу, как морские водоросли. Ее волосы, собранные в тугой узел, открывали взору прекрасную длинную шею, а губы были накрашены ярко-красной помадой в тон лаку для ногтей. Люк стал рассматривать педикюр, того же цвета, что и маникюр. Ножки Розы выглядели эффектно в босоножках на очень высоких каблуках. Ему было интересно, как Розе удается ходить в них целый день.