Пленники судьбы - Санта Монтефиоре

— А, профессор, — сказал он, оборачивая полотенце вокруг бедер.

— Ты полон энергии, — заметил Карадок, откладывая книгу в сторону.

— Я ходил в тратторию, — пояснил Люк.

— А там была та восхитительная девушка? Та, что в красном?

— Роза.

— Ах да, прелестная Роза. Так она была там?

— Она работает в этом ресторане, профессор. Думаю, она всегда на месте.

— Ну, тогда мне следует совершать ежедневное паломничество в это заведение.

Люк рассмеялся.

— Ей бы наверняка это очень понравилось.

— Моя молодость давно прошла, однако, говоря между нами, в былые годы я был большим проказником.

— Уверен, вы являетесь им и по сей день.

— Теперь я уже слишком стар, и мне остается только вспоминать о славном прошлом.

— Я также видел вдову, — печально произнес Люк.

— И она снова ответила тебе отказом? Должно быть, твое самолюбие задето.

— Даже не знаю, что такого обидного было в моих словах.

— А что, собственно, случилось?

— Длинная история, но ее сын был там, и он подарил мне бабочку. Затем, когда мимо проходила Козима, эта бабочка, подлетев, села ей прямо на платье. Я сказал ей, что это чудесно выглядит, и она в ответ улыбнулась…

— И ты подумал, что дело в шляпе и симпатичная рыбка попалась на крючок, — проницательно заметил профессор.

— Скажем так, мне показалось, что я ей нравлюсь.

— И что же случилось потом?

— Я заговорил о ее сыне, и она посмотрела на меня с нескрываемой злобой.

Карадок нахмурился.

— Что послужило причиной этому?

— Не имею ни малейшего понятия. Затем она прошептала: «Ох уж эти иностранцы», — и гордо пошла прочь.

— Вообще-то ты не совсем иностранец. Ты ведь разговаривал с ней на итальянском языке, правда?

— Ну конечно. Сказав так, она, возможно, имела в виду то, что я не из этих мест.

— Она не доверяет тебе. Вот в чем проблема.

— Да она едва меня знает, — недовольным тоном произнес Люк.

— Девушки за версту чуют таких мужчин, как ты. Учти это, мой дорогой Люк. Я знаю тебя. Как говорится: «Рыбак рыбака видит издалека». Как ты думаешь, почему мы с тобой так хорошо друг с другом поладили? Да потому что мы два сапога пара. Нам нравятся симпатичные барышни, и, уж поверь, в былые времена они отвечали мне взаимностью. Я частенько попадал в крупные неприятности. А потом вдруг повзрослел.

— И что же заставило вас повзрослеть?

— Любовь. Любовь очень многое способна изменить.

— Любовь к Миртл?

— Да, к моей дорогой Миртл. Я никогда больше не полюблю. — Он с нежностью посмотрел на Люка. — Однажды ты поймешь, о чем я сейчас говорю.

Люк пожал плечами.

— Я не уверен, что создан для любви.

— Это можно понять, только когда твое сердце охватит сильное чувство. Когда ты не думаешь, что оно тебе сейчас нужно. А потом ты не можешь поверить, что так долго мог обходиться без него. И снова возвращаясь к той прелестной девушке по имени…

— Роза.

— И она прекрасна, словно роза в мае. Ты не прочь сходить со мной на чашечку чая в тратторию?

Люк отрицательно покачал головой.

— Нет, на сегодня с меня хватит. — Однако, увидев, что профессор явно огорчился, он сдался: — Ну, хорошо, давайте сходим туда на ленч в понедельник. Там действительно великолепно готовят барабульку, и я настоятельно рекомендую вам ее отведать.

В тот вечер они всей компанией ужинали на террасе. На пламя свечи слетались ночные бабочки и мошкара, а из леса доносилось стрекотанье сверчков. На небе, усыпанном звездами, низко висела тяжелая луна. Люк, не переставая, думал о Козиме, в очередной раз задаваясь вопросом, как она посмела дать ему от ворот поворот, когда он был с нею так любезен.

— Я узнала из своего путеводителя, что на следующей неделе здесь состоится праздник в честь святого Бенедикта, — сказала Диззи. — И мы с Максвеллом очень хотели бы присутствовать на нем.

Ма поймала взгляд профессора, и на ее лице застыл притворный ужас.

— Это очень скучное зрелище, — произнесла Ромина. — Статуя Христа больше не мироточит, и каждый возвращается домой с чувством глубокого разочарования.

— А разве вы не считаете, что возможность понаблюдать за тем, как местные жители отмечают религиозные праздники, будет полезна с познавательной точки зрения?

— Отнюдь, — произнесла Ромина. — Они весьма примитивны.

— А вот мне кажется, что это очень интересно, — вмешался в разговор Билл. — Не обращайте внимания на Ромину! Она не ведает, что говорит.

— Но дорогой, ты же и сам считал это мероприятие скучным.

— Вызывающим разочарование — да, но совсем не скучным. Это празднование чуда, которое произошло несколько сотен лет назад. Потомки Бенедикта все еще проживают в Инкантеларии. Они возглавляют процессию…

— А после этого, даже несмотря на разочарование, которое они якобы испытывают, начинается развеселая вечеринка, — язвительно заметила Ромина.

— Они до сих празднуют чудо, свершившееся много лет тому назад, — терпеливо поправил ее Билл.

Ромина закатила глаза.

— Итальянцы любят хорошие вечеринки, а мы — фейерверки. Здесь бывает так шумно, прямо сверх всякой меры.

— Ты рассуждаешь, как старушка, — поддразнивая, произнес ее муж.

— Так я и есть старушка. Мне нравятся покой и тишина.

— Думаю, нам все же следует сходить туда, — сказал Максвелл.

— Это путешествие может оказаться достаточно опасным, — вмешалась в разговор Ма. — Ведь кругом полно карманных воров.

— Здесь? — с удивлением произнесла Диззи.

— Они подыскивают именно таких людей, как вы. Тех, кто выделяется на общем фоне. У вас слишком светлые волосы.

Диззи взглянула на своего супруга.

— Я уверена, Максвелл меня защитит, — сказала она, улыбаясь, словно маленькая девочка. Максвелл взял ее за руку.

— К чему же так рисковать? — мрачно сказала Ма.

— Действительно, — прибавил профессор.

— Ну, мы подумаем над этим, — произнес Максвелл. — А что, если мы отправимся все вместе?

Ма с недовольным видом уставилась на бокал с вином.

В ту ночь Люк спал неспокойно, не находя себе места от противоречивых мыслей о Козиме. С одной стороны, она задела его самолюбие. Он оказывал ей знаки внимания, а она отвергла его. С другой стороны, она была груба, а он не питал симпатии к такого рода женщинам. Как бы он хотел забыть ее, но она запала ему в сердце.

Он проснулся, все еще испытывая чувство обиды. Сначала Люк не мог припомнить, чем оно было вызвано, но затем воспоминания о вчерашнем дне постепенно вновь нахлынули на него. Пока он раздумывал, чем бы ему заполнить сегодняшний день, в распахнутое окно неожиданно впорхнула бабочка, очень похожая на ту, которую он видел днем раньше — необычайно крупная, ярко-синего цвета. Она летала по комнате, а потом опустилась на его руку, словно он был ей хорошо знаком. Люк поднял руку, пытаясь рассмотреть ее поближе. Бабочка, сложив крылышки, ощупывала при помощи хоботка его кожу. Подойдя к окну, Люк распахнул ставни. Он почти надеялся увидеть на террасе или в парке маленького мальчика, смотрящего на него своими огромными карими глазами. Однако внизу никого не было, кроме необычной птицы, которая в поисках червяков резво прыгала по земле.