Свадебный танец - Кэндис Кэмп

— Правда? — Франческа повернулась к Люсьену, отбросив все притворство. — А Рошфор что-нибудь говорил?

— Сомневаюсь. Герцог весьма замкнут. Однако многие заметили, что он стал бывать в свете чаще, чем все эти годы. Посещает приемы, ходит в театр. Наносит визиты. Катается с девушками в парке. А придя на прием, редко уходит рано, как было заведено раньше. Его часто видят за разговором, причем не только с друзьями и членами семьи, но и с некоторыми девушками… которых раньше он даже не замечал.

— Понятно, — ответила Франческа и замолчала.

Конечно, она все это знала. Более того, Франческа сама побудила герцога к этим действиям. Но, только услышав обо всем вот так, посредством слухов, она поняла, насколько решение Рошфора жениться реально… и окончательно.

— А герцога связывают с какой-то конкретной девушкой?

— С одной, имя которой я слышал чаще других. Старшей дочерью лорда Колдервуда.

— Мэри.

— Да. Она очень стеснительна и вместе с тем оживленно беседовала с Рошфором. Более того, герцог ее навещал и катался с ней в своей коляске. Все признаки того, что девушка ему интересна.

Франческа пожала плечами:

— Полагаю, это так. Но все же еще рано говорить о свадьбе. Рошфор — закоренелый холостяк.

— Поэтому его действия и привлекают столько внимания, вызывая слухи о скорой женитьбе. Люди так редко видят герцога в компании женщин, что при малейшем проявлении внимания к какой-нибудь леди тут же раздувают из мухи слона. Другие мужчины купают возлюбленных во внимании: дарят цветы, приглашают на прогулки, катают в колясках, пишут стихи — и только тогда дают пищу слухам. А Рошфору хватает и нескольких визитов к молодой леди.

— И все же я считаю, молва торопится с выводами. Возможно, причиной является переезд Калли из Лилльского особняка. Может, герцогу просто не хватает общения.

— Может быть. Однако в этом случае джентльмен проводит больше времени в клубе «Уайтс», а не с незамужними девушками.

Франческа рассеянно кивнула и осмотрелась. Рошфора нигде не было видно. Однако у стены она заметила леди Колдервуд с одной из ее сестер.

Люсьен проследил за взглядом Франчески:

— Конечно, Рошфору придется мириться с лордом Колдервудом в роли тестя. А это весьма страшно.

— Однако это не причина отказаться от женитьбы на Мэри, — улыбнулась Франческа.

— Даже не знаю. Герцогу придется разговаривать со своим тестем, а лорд Колдервуд до смерти скучен.

— Что правда, то правда. Вы должны напомнить об этом Рошфору.

Сэр Люсьен насмешливо фыркнул:

— Я даже не стану пытаться давать герцогу советы в его любовных делах. Кому-то моя жизнь может показаться не столь уж и важной, однако лично для меня она бесценна.

Франческа наклонила голову, рассматривая леди Мэри и ее сестру:

— Кажется, она слишком… нежна для Рошфора, вы не находите?

Сэр Люсьен задумчиво посмотрел на леди Мэри.

— Не знаю. Она застенчива. Возможно, при близком общении леди Мэри блещет остроумием.

— Я не представляю, как она будет вести себя с людьми, став герцогиней. Леди Мэри краснеет и опускает глаза при каждом знакомстве.

— Как говорится, сама скромность, — добавил Люсьен.

— К тому же ее внешность совсем не во вкусе Рошфора.

— Неужели я уловил в вашем голосе ревность? — с усмешкой протянул сэр Люсьен.

Франческа повернулась к нему:

— Глупости. С какой стати мне ревновать?

Люсьен не ответил, лишь внимательно посмотрел на нее, а потом сказал:

— Говорят, еще одна женщина привлекла внимание Рошфора.

— Кто? — в удивлении спросила Франческа.

— Леди Хостон.

Потеряв дар речи, Франческа долго смотрела на Люсьена. Наконец, она выпалила:

— Я? Какая чепуха. — Франческа закатила глаза. — Ведь мы с Рошфором знаем друг друга целую вечность.

— Долгое знакомство не мешает свадьбе.

— Мы всего лишь друзья.

— Дружба тоже свадьбе не помеха. К тому же после церемонии она тут же заканчивается. — Люсьен помолчал и добавил: — Признайте, за последние недели вы с герцогом стали гораздо ближе.

— Что вы имеете в виду? — Франческа открыла веер и стала им обмахиваться. В бальном зале вдруг стало душно.

— Как и леди Мэри, вы катались с Рошфором в парке.

— Один раз, — поспешно заметила Франческа.

— Как Рошфор и леди Мэри, — повторил Люсьен. — Несколько раз вы с герцогом танцевали.

— В этом нет ничего не обычного.

— Три раза за две недели?

— А вы что, считаете? — Франческа смотрела на Люсьена в изумлении. — Это только потому, что герцог стал чаще посещать балы.

— И он несколько раз заходил к вам в гости.

— Мы друзья, вы же знаете.

— Как часто герцог наносил вам визиты за последние годы?

Франческа лихорадочно копалась в памяти.

— Я не помню, — наконец ответила она. — Но уверена, Рошфор приходил ко мне. Да, в январе он заходил в гости раз или два. Точно.

— А сколько раз он навещал вас без своей сестры?

— Перестаньте, Люсьен, как я могу запоминать такие подробности? — Франческа бросила на него сердитый взгляд. — Надеюсь, не вы даете пищу таким нелепым слухам?

— Конечно нет. Я бы никогда не стал о вас сплетничать, — обиженно заметил сэр Люсьен. — Однако не замечать всех этих вещей невозможно. И кое-кто надеялся, что его подруга не откажется поделиться…

— Спуститесь на землю, Люсьен. Я ничего не сказала вам потому, что рассказывать нечего. Я не интересую Рошфора и не ревную.

С минуту Люсьен смотрел на Франческу, потом сдался:

— Хорошо. Когда люди снова станут меня расспрашивать, я по-прежнему буду загадочно молчать.

— Люсьен! Вы должны вывести людей из заблуждения!

— Вы с ума сошли? Меня перестанут приглашать на обед.

Франческа усмехнулась. Люсьен начал рассказывать о сплетнях вокруг графини Оксмур, по слухам имевшей некие отношения с художником, которого нанял ее муж для написания портрета. Франческа слушала вполуха, в очередной раз оглядывая зал.

Мэри Колдервуд теперь сидела у стены одна. Прекрасная возможность поговорить с девушкой, подумала Франческа.

— Прошу прощения, — быстро вставила она при первой паузе в болтовне Люсьена. — Мне нужно кое с кем поговорить.

Франческа тут же направилась через толпу к креслам, где сидела Мэри, и не заметила любопытного взгляда своего друга.

Не желая, чтобы кто-то понял, что она идет к девушке, Франческа несколько раз останавливалась поздороваться со знакомыми, похвалить чье-то платье или прическу. Подобравшись к Мэри достаточно близко, Франческа повернулась и посмотрела на нее так, словно только что заметила.

— Леди Мэри, — с улыбкой сказала она и подошла к девушке. — Как приятно видеть вас снова.

Девушка подскочила и быстро присела в реверансе:

— Леди Хостон. Здравствуйте. Э-э-э… я тоже рада вас видеть.

Девушка смотрела на свои туфли, ее щеки порозовели.

Франческа притворилась, что не заметила неловкость Мэри. Каким образом этой девушке удавалось так легко беседовать с Рошфором, которого боялись люди намного храбрее ее? Франческа опустилась в кресло радом с леди Мэри. Та выглядела немного напуганной, но снова заняла свое место. Франческа заметила, что она села на самый краешек кресла, словно в любую секунду готова была сорваться с места и убежать.

— Рада, что вы смогли прийти на мой маленький вечер на прошлой неделе, — начала Франческа.

Мэри покраснела еще больше:

— Ох, да. Прошу меня простить… я должна была сказать… Это… я… очень рада, что вы меня пригласили. Вернее, нас.

— Надеюсь, вам понравилось, — продолжала Франческа, не обращая внимания на смущенное бормотание Мэри.

— Да, это был самый красивый прием в моей жизни, — улыбнулась Мэри, но выглядела так, словно воспоминания причинили ей боль, и быстро отвернулась.

— Надеюсь, ваши родители здоровы, — сказала Франческа, продолжив следовать привычной схеме светского разговора.

Мэри же только коротко отвечала и не делала попыток начать собственную тему. Видя, как девушка, смущается, Франческа не стала более мучить ее тонкими манерами и сразу заговорила на главную тему, надеясь, что Мэри не заметит такого резкого перехода.

— Кажется, на моем вечере вам очень понравилось говорить с герцогом Рошфором, — начала она.

Поведение Мэри тут же изменилось. Она подняла голову, ее лицо сияло, словно подсвеченное изнутри. Свет отразился от стекол круглых очков леди Мэри, когда она заговорила:

— Да. Он самый прекрасный человек, не правда ли?

— Герцог восхитителен, — согласилась Франческа, подавив вздох.

Очевидно, леди Мэри сходит по Рошфору с ума. Конечно, в этом нет ничего удивительного. Любая девушка, даже самая застенчивая, чувствовала бы то же самое. Сенклер красив, умен и смел — чего еще может желать женщина?