Хранительница царских тайн - Анна Князева

– Сережа, вы забыли спросить про гвоздь, – повернулась к своему спутнику Полина.

– Что? – не понял следователь.

– Гвоздь в голове убитой…

– Простите, я и сам должен был вспомнить, Ирина мне про него рассказала, – подхватил профессор и тут же развел руками. – К сожалению, я не нашел этому никаких объяснений. Самодеятельность какая-то. Не вписывается ни в какие каноны, не упоминается ни в одном из источников.

Все замолчали. Цецилия Павловна встала из-за стола.

– Первый час ночи. Завтра договорите, пора спать. Пойдемте, я покажу ваши комнаты.

Вслед за ней поднялись остальные. Хотя каждый из них знал: заснуть нынешней ночью будет трудно…

Глава 42

Беляевский детский дом

– Няня Рая, я писать хочу-у-у…

В дверях пятой спальни стояла маленькая девочка.

– Почему не сходила вечером, перед сном? – Раиса Ивановна сердито возила шваброй по деревянному полу.

Ночная смена была для нее сущим адом: вечером она поругалась с мужем. Тот пропил зарплату да еще и продал ботинки.

«И года не проносил! Теперь новые покупать, а это никак не меньше пяти сотен».

Ей предстояло мыть пол сначала в спальном, а потом в административном корпусе. Тамошняя уборщица уволилась, а другую пока не нашли.

Раиса Ивановна отставила швабру и сказала девочке:

– Иди в туалет. Вечно у тебя: не понос, так золотуха.

Шлепая босыми ногами, та опрометью кинулась в конец коридора.

«Ну какая дура пойдет сюда работать за такие деньги? – мысленно рассуждала Раиса Ивановна. И сама же себе ответила: – А такая же, как я, и пойдет. Дура я дура, десять лет как один годок отмахала, а зарплаты хватает только за квартиру да за свет заплатить».

Женщина подняла ведро, взяла швабру и пошла к туалету. Открыв дверь, столкнулась с выбежавшей оттуда девочкой. Ведро громыхнуло и покатилось по коридору.

– Зассыха! – выругалась Раиса Ивановна.

Детей она не любила. И не потому, что не было своих, а потому, что грязные туалеты Беляевского детдома не располагали к излишней чувствительности.

Раиса Ивановна вытерла разлитую воду и, выключив свет, отправилась в административный корпус.

Обходя кабинеты, она прикидывала, где нужно помыть, а где можно оставить на завтра. В бухгалтерии было душно и, как в парнике, разило сырой землей – на тумбочках стояли горшки с цветами, у стола главного бухгалтера – кадка с волосатой, разлапистой пальмой. В методкабинете пахло пылью, чернилами и сухой бумагой. Со стороны медпункта несло валерьянкой.

Проходя мимо приемной директора, Раиса Ивановна остановилась, явственно расслышав хлопок. На протяжении нескольких мгновений было тихо, потом из-за двери послышался звук отодвигаемого стула.

«Совсем с ума посходили…».

Раиса Ивановна рванула дверь на себя. Шагнув в темную комнату, она вдруг увидела вспышку ярчайшего света и почувствовала, как в груди что-то оборвалось. Падая, раскинула руки, а когда упала, перед ее глазами оказались начищенные мужские ботинки.

«Эти куда как больше пятисот стоят…» – подумала Раиса Ивановна и закрыла глаза…

Глава 43

Погоня

Было раннее утро. Профессор и Цецилия Павловна стояли у ворот. Прощаясь, они махали вслед отъезжающей машине. Рядом с ними крутился довольный пес Кузька.

– Славные старики… – Сергей посмотрел в зеркало заднего вида. – Интересно, почему Бекешев не сказал, что он историк?

– А почему он должен об этом сообщить?

– Верно, я и не спрашивал.

– Полагаете, Бекешев причастен к убийствам? – Полина задумалась. – Иногда мне кажется, он что-то скрывает.

– Женская интуиция? – усмехнулся Дуло.

– Не только. Я долго размышляла, прежде чем сказать вам одну вещь. Только хочу предупредить: я не уверена на все сто процентов.

– Даже если на пятьдесят – говорите.

– Все дело в бензине.

– Объясните.

– Когда позавчера утром мы с вами вернулись в усадьбу, датчик бензина в моей машине был на нуле.

– Так…

– Между тем, по моим расчетам, должно оставаться литров десять. А это значит, Бекешев соврал. Ему удалось развернуться, и он куда-то ездил.

– На десяти литрах далеко не уедешь, – заметил Дуло.

– Только в Прилуцк.

– А жаль. Чем дальше – тем веселей.

– Он знает о существовании подземной комнаты?

– Да, – кивнул следователь. – Только, по его версии, подклети засыпаны строительным мусором и забетонированы лет двадцать назад.

– Соврал?

– Не думаю. Скорее – не знал. А если соврал, значит, виновен. Вы не помните, где находится детский дом, в котором жили сестры Троицкие?

– Бекешев сказал, что в Беляево. Зачем вам это?

– Беляево в тридцати километрах от Прилуцка. Нужно туда съездить. – Произнеся последнюю фразу, Сергей Дуло заложил слишком крутой поворот.

– Для чего? – Полина уперлась ногами в пол, стараясь удержать равновесие.

– Не знаю, как объяснить, чувствую – нужно ехать. Возможно, сохранились какие-то документы.

– Думаете, вся эта история связана с дневниками Стеллецкого?

– Только в том случае, если их еще не нашли.

– Тогда при чем здесь казнь?

– Понятия не имею, – сказал Дуло. – Слишком много расплывчатых моментов. Например, старинная одежда. Сначала ее надели на убитую, а потом зачем-то похитили.

– А вы не думали, что здесь может действовать еще кто-то, совсем не тот, кто убил Алину? – спросила Полина. – Вот и повара зачем-то убили. Кому он мешал?.. Такой красивый мужик…

– Понравился? – Сергей Дуло отчего-то занервничал. – С поваром как раз все ясно. Оказался не там и не в то время.

– Хотите сказать – ненужный свидетель?

– Он наверняка что-то знал.

– Но кто же его убил? В доме были только вы, я, Бекешев, Таисия Титовна и горничная. Не считая охранников.

– Верно. И, если не принимать во внимание все эти подземные дыры, логично предположить, что убийца – один из нас.

– Но мы-то знаем, что ни вы, ни я итальянца не убивали.

– Откуда такая уверенность? – спросил Дуло.

– Так ведь сидели в комнате.

– Все не столь просто. По моим расчетам, повара застрелили гораздо позже, это же подтвердил судмедэксперт.

– Насколько позже?

– Примерно на полчаса. В это время вы как раз выходили из спальни, чтобы приготовить чай.

– Но вместо того чтобы идти на кухню, я по-быстренькому прикончила итальянца?

– На самом деле я так не думаю.

– Почему?

– Долго объяснять…

– Подождите, – Полина хлопнула себя по лбу. – Это случилось ровно в пять. Я, находясь в кухне, услышала хлопок, но подумала, что стукнула дверца шкафа. Вслед за тем посмотрела на часы – было ровно пять утра. Но тогда почему Таисия Титовна сказала, что прошло какое-то время, прежде чем она решилась разбудить Бекешева?

– Не знаю. Могу только догадываться.

– Она кого-то покрывает, – предположила Полина.

– И нам предстоит выяснить, кого именно.

– Возможно, Бекешева?

– Возможно.

– Ну, а если в ту ночь он ездил в Прилуцк? Значит, в доме оставался его сообщник?

– Не будемте торопиться с выводами. Дело в том, что в показаниях свидетелей многое не стыкуется.

– Например? – Полина заинтересованно придвинулась.

Сергей достал сигарету и сунул ее в рот. Придерживая руль, попытался зажечь спичку, но выронил коробок.

– Черт!

– Дайте-ка я… – Полина подобрала спички и прикурила для него сигарету.

– Спасибо.

Она ехидно улыбнулась.

– Наверное, вы не знаете, что многие пользуются зажигалками. Спички – это так старомодно.

– Привычка, – сказал Дуло.

– И газеты на окнах тоже? – не унималась Полина.

– Ну и заноза же вы…

– Не обижайтесь. Мы остановились на том, что в свидетельских показаниях имеются нестыковки. Можете сказать, какие именно?

– Например, и Таисия Титовна, и Бекешев говорят, что Юлия Палий уехала из усадьбы дня за три до гибели Алины. А вот горничная утверждает, что видела Юлию Валерьевну за день до убийства. Итальянец вообще сделал вид, что не понял вопроса, хотя остальные темы у него не вызвали затруднений. У меня сложилось впечатление, что в доме избегают говорить об экономке.

– Вероятно, ее попросту недолюбливали, – сказала Полина. – Юлия Палий была любовницей хозяина, а значит, находилась на особом положении.

– Может быть, вы и правы.

– Что еще?

– Неясно, зачем Дмитрий Андреевич соврал, что Игорь опасен. Помните, он сказал, что тот напал на него с ножом.

– Я тоже заметила: главврач удивилась, услыхав такое. А что вы думаете по поводу инцидента с горничной?

Сергей ухмыльнулся:

– С этим как раз все ясно. У таких, как Игорь Бекешев, болят только мозги, все остальное функционирует исправно.

– Я бы попросила вас обойтись без пошлостей.

– Никаких пошлостей, только факты. – Сергей Дуло сосредоточенно глядел на дорогу. – А вообще слишком рано делать выводы. Главное – не упустить время. Чтобы снять подозрения с вас, нужно понять, кто убил. Чтобы понять, кто убил, нам необходимо выяснить, кому это выгодно. Меня беспокоит то, что расследование все больше увязает в исторических дебрях. Ощущение такое, будто мы никогда из них не выберемся.