Русская Фантастика 2006. Фантастические повести и рассказы - Евгений Прошкин

— Что вам надо? — спросила Оксана, и сама удивилась, насколько хриплым стал голос. Как у старой курящей пьянчужки.

— Хотел вас проводить. Вижу — девушка симпатичная. Места здесь глухие.

— Это точно. Только нужен ли мне провожатый?

— Я машину поставил в гараж, домой иду, — не дожидаясь других вопросов, улыбаясь, заявил молодой человек. В руке звякнули ключи. В лунном свете блеснул брелок — эмблема «Мерседеса».

— Тогда проводите, — склонила голову Оксана. — Здесь страшно…

— Страшно, — почему-то криво усмехнулся мужчина. — Волки воют…

— Да нет. Собаки лают, — робко улыбнулась девушка. — Но я и собак боюсь. С детства.

Раздающийся с пустыря лай и правда был какой-то странноватый — с подвыванием.

— А вы можете отличить собаку от волка?

— Не знаю. Волк большой, серый…

Оксана шагала смелее. Нет, не может быть, чтобы этот молодой человек был маньяком. В дорогом костюме, ездит на «Мерседесе»… Впрочем, можно ездить и на «Москвиче», повесив на ключи любой брелок. Но все равно — ее провожатый не был похож на злодея.

Мужчина протянул руку, спросил:

— Не хотите опереться?

«Пристает, — с тоской подумала Оксана. — Хотя, с другой стороны, я сейчас одна… Если не на одну ночь — почему бы и нет? Даже, можно сказать, повезло. А если и на одну — он молодой, симпатичный. Не бедный, наверное. Хотя богатые — самые жадные…»

— Нет. Я не такая.

— Ну да. Ждете трамвая.

— Что? — изумленно подняла брови Оксана.

— Неудачно пошутил. Присказка такая есть, — не очень-то и смутился молодой человек.

Вот и самое опасное место на всем пустыре — недостроенный госпиталь. Начали строить в конце восьмидесятых, возвели четыре этажа, только крышу положить не успели. А потом денег не стало. Ни на строительство, ни на снос. Вот и стоит каменная громада, и всякая мразь в ней ютится. Вот уж куда попадешь — не выберешься.

Со стороны госпиталя раздался женский крик. Вопили отчаянно. И оборвался крик быстро, придушенно.

Оксана вздрогнула. Кому-то не повезло. Или пьяные разборки в компании бомжей? Лучше думать так. Спать спокойнее будешь…

— Сдается мне, женщине нужна помощь, — совершенно серьезно заявил молодой человек. — Пойдемте посмотрим, что там?

У Оксаны даже мурашки по спине побежали. Он что, сумасшедший? Ночью лезть туда… Одному…

— Я не пойду, — коротко бросила она.

— Тогда подождите меня здесь. Не бойтесь.

Пола пиджака молодого человека словно бы случайно приоткрылась, и Оксана увидела кобуру, из которой торчала рукоятка пистолета. Крутой или просто дурак? С газовым пистолетом в развалины соваться глупо. А с пулевым… Он что, собирается в кого-то стрелять?

— Это бомжи, — сказала девушка. — Ругаются между собой.

— Мне так не кажется.

И ломанулся через бурьяны к заброшенному госпиталю. И брюк светлых ему не жалко! Сумасшедший.

Оксана замедлила шаг. Бежать дальше одной? Ждать этого парня? Послушать, как будут развиваться события дальше? Остановилась. Прислушалась. Какой-то топот вдалеке. Ни криков, ни голосов… А спереди вдруг раздался вой. Тоскливый, леденящий… Не волк, конечно. Собака. Да только и с собакой такой встречаться не хочется. Сердце забилось, словно желая выпрыгнуть из груди. По телу побежали мурашки.

А вот и тропинка, ведущая к развалинам. На нее непременно должен выскочить молодой человек. По ней же он будет возвращаться. Наверное, зря она не пошла с ним. У парня все-таки пистолет. Позвать, что ли? Только внимание псов привлечешь. Да и не только псов. Совсем дурой нужно быть, чтобы орать…

Девушка сошла на тропинку. Сделала несколько шагов. Вой приближался. Выйдет сейчас навстречу тварь с оскаленными клыками, капающей из пасти слюной, опущенным хвостом. Бешеная. И бросится на нее. Она на любого бросится!

Идти к темной каменной громаде было страшно, стоять на месте — еще страшнее. И куда он запропастился? Даже не спросила, как его зовут… Обязательно надо спросить. Раз уж проводить разрешила, нужно познакомиться.

Недостроенный дом вырос перед ней неожиданно. Высокие бурьяны, кусты — и темная стена, черный зев прохода.

— Оксана! — послышался голос откуда-то сверху.

Девушка подняла голову, увидела в оконном проеме светлое пятно — мужчину в светлом костюме, хотела обрадоваться и тут же спохватилась: откуда он знает ее имя?

— Поднимайся сюда. Лестница справа. Не бойся, тут никого нет. Только девушке нужна помощь. Ей сильно досталось.

Оксана лязгнула зубами. Никого нет? Нужна помощь девушке? Какой такой девушке? Да и чем она ей поможет? Не медсестра, не доктор…

Только выхода все равно не было. Только вход… Чем стоять на виду у черных провалов окон, лучше укрыться в здании. Тем более там парень с пистолетом. А может, и с веревкой. И с ножом.

Внутри дома Оксана сразу споткнулась обо что-то мягкое. Взвизгнула. Запоздало поняла, что живой человек ее уже схватил бы. А мертвого и бояться нечего. И вообще, никакой это не человек, а старый, рваный матрас. От которого к тому же воняет… Луна заглянула в окно, и в темноте проступили очертания стен, валяющегося на полу мусора. Справа действительно была видна лестница.

Бежать, бежать отсюда. Да только куда убежишь? Снаружи лай, вой, да еще и чьи-то голоса послышались… Ругались хрипло, тяжело, с надрывом.

Не чуя ног, девушка начала подниматься по лестнице. Вроде бы и окна в доме всегда открыты настежь, и люди постоянно не живут, а пахло в доме неприятно. Запах был сырой, затхлый.

Второй этаж. Третий. Стало светлее. Луну не загораживали деревья и кусты. Бледный свет лился через дыры окон, освещал даже мелкие камешки, щебеночную крошку, валявшуюся на полу.

Мужчина в светлом костюме показался из входного проема третьей или четвертой по счету комнаты — лунный свет из таких проемов слабо освещал прямой, уходящий от лестницы коридор. Молча кивнул, словно приглашая — иди сюда. Оксана послушно побежала прочь от лестницы. Тем более что внизу возились, шуршали, переругивались какие-то люди. Она не просто боялась. Все ее чувства казались погруженными в липкий, беспросветный ужас. Как она очутилась здесь? В заброшенном, жутком доме? В такой странной компании?

— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — прошептала Оксана, входя в четвертую по счету комнату. Говорить громко не было сил и желания.

Мужчина стоял у проема окна. Больше никого здесь не было.

— А ты меня не помнишь? — так же тихо спросил он.

— Нет.

— Вот и хорошо, что не помнишь…

Девушка лязгнула зубами.

— Ты говорил, тут кому-то нужна помощь.