Бег вслепую - Десмонд Бэгли

— Я еду всего лишь повидаться с человеком. И в любом случае Джек Кейз в твоем присутствии не скажет ни единого слова — ты ведь не являешься членом клуба. Я просто подъеду к Гейзеру, поболтаю там со своим знакомым, а потом вернусь сюда, — на этот раз ты вполне можешь держать свой курносый нос в стороне от моих проблем.

Лицо Элин застыло, и Сигурлин сказала:

— Я оставляю вас пошептать друг другу на ушко разные сладкие глупости. — Она улыбнулась. — Вам двоим предстоит провести вместе интересную жизнь.

Она покинула комнату, а я произнес мрачно:

— Это звучит как китайское проклятие: «Чтоб тебе жить в интересные времена».

— Хорошо, — сказала Элин усталым голосом. — Я не буду доставлять тебе лишних проблем. Можешь ехать к Гейзеру один.

Я присел на край кровати.

— Дело не в том, что ты доставляешь мне проблемы, я просто хочу, чтобы ты держалась в стороне. Ты нарушаешь мою сосредоточенность, и если у меня возникнут какие-либо трудности, мне придется отвлекать на тебя часть своего внимания.

— Я разве была тебе обузой?

Я покачал головой.

— Нет, Элин, ты не была мне обузой. Но правила игры могут измениться. Меня преследовали по всей Исландии, и я от этого порядком устал. Если обстоятельства мне позволят, я повернусь кругом и поведу охоту сам.

— А я стою на твоем пути, — произнесла она уныло.

— Ты цивилизованная личность, — сказал я, — весьма законопослушная и зависимая от различных условностей. Сомневаюсь, что тебя хотя бы раз в жизни оштрафовывали за неправильную парковку автомобиля. Пока за мной охотятся, я и сам соблюдаю кое-какие условности, их немного, но все же они есть. Но когда охотником становлюсь я сам, я не могу себе этого позволить. Боюсь, ты придешь в ужас от того, что я буду делать.

— Ты будешь убивать, — сказала она. Это было утверждением.

— Может быть, и кое-что похуже, — произнес я мрачно, н она поежилась. — Вовсе не потому, что мне этого хочется — я не убийца. Мне не нравится, что я делаю, но меня принуждают делать это против моей воли.

— Ты прячешься за красивые слова, — сказала она. — Ты не должен убивать.

— Не слова, — возразил я. — Всего одно слово — выживание. Мальчишка-призывник из американского колледжа может быть пацифистом, но когда вьетконговцы начинают стрелять в него из этих русских 7.62-миллиметровых винтовок, он, не задумываясь, стреляет в ответ, можешь не сомневаться. И Кенникен, который преследует меня, получит то, что заслужил. Я не просил стрелять в меня у реки Тунгнаа — он и не нуждался в моем разрешении, но он, должно быть, не очень удивился, когда я начал стрелять в ответ. Черт возьми, ему следовало этого ожидать!

— Мне понятна твоя логика, — сказала Элин. — Но не надейся на то, что она мне понравится.

— Боже! — воскликнул я. — Думаешь, она нравится мне самому?

— Мне очень жаль, Алан, — сказала она и слабо улыбнулась.

— Мне тоже. — Я поднялся. — После этого краткого экскурса в дебри философии тебе лучше всего позавтракать. Я посмотрю, что Сигурлин может предложить.

4

Я покинул Лаугарватн в восемь часов вечера. Пунктуальность, возможно, и является добродетелью, но мой опыт говорил мне, что добродетельные люди часто умирают молодыми, в то время как грешники доживают до преклонного возраста. Я назначил встречу с Джеком Кейзом на пять часов, но ему не будет большого вреда от того, если он протомится в ожидании несколько часов, и кроме того, я помнил, что договаривался о встрече по открытой радиосвязи.

Я прибыл к Гейзеру на фольксвагене Гуннара и припарковал машину в тихом месте в достаточном удалении от летнего отеля.

Несколько человек, совсем немного, прогуливались среди луж с кипящей водой, держа фотоаппарат наготове. Сам Гейзер, давший свое имя всем остальным фонтанирующим термальным источникам на Земле, бездействовал. Прошло много времени с тех пор, как Гейзер проявлял активность. Существовавший обычай пробуждать его к жизни, бросая камни в жерло источника, возымело свои негативные последствия, и канал, идущий из расположенной глубоко под землей камеры, оказался заблокирован. Однако Строккур работал с заводной эффективностью и поднимал к небу плюмаж из брызг кипящей воды с интервалом в семь минут.

Долгое время я оставался в машине, прилежно используя бинокль. За последующий час я не заметил поблизости знакомых лиц, что, однако, не произвело на меня большого впечатления. Наконец я выбрался из автомобиля и направился в сторону отеля «Гейзер», держа одну руку в кармане на рукоятке пистолета.

Кейз был в фойе, он сидел в углу и читал книжку в бумажной обложке. Я подошел к нему и сказал:

— Привет, Джек; у тебя совсем неплохой загар — ты, должно быть, много времени проводил на солнце?

Он поднял голову.

— Я был в Испании. Что тебя задержало?

— То да се.

Я приготовился сесть, но он возразил:

— Здесь слишком людно — давай пройдем в мою комнату. Кроме того, я захватил с собой бутылку.

— Превосходно.

Я проследовал за ним в его номер. Он закрыл дверь и повернулся, чтобы осмотреть меня.

— Этот пистолет в кармане портит линию твоего костюма. Почему ты не пользуешься наплечной кобурой?

Я усмехнулся.

— Человек, у которого я забрал пистолет, не имел ее при себе. Как ты сам, Джек? Я рад тебя видеть.

Он угрюмо пробормотал:

— Ты, может быть, еще изменишь свое мнение на этот счет. — Легким ударом руки он открыл лежащий на кресле чемодан и извлек на свет бутылку. Он щедро наполнил стакан и протянул его мне. — Какого черта ты здесь вытворяешь? Ты доставляешь Таггарту много хлопот.

— Он был близок к точке кипения, когда я с ним разговаривал, — сказал я и сделал маленький глоток виски. — Большую часть времени меня травили, как зайца, но я все же ушел от погони.

— По пути сюда за тобой не следили? — спросил он быстро.

— Нет.

— Таггарт сказал мне, что ты убил Филипса. Это правда?

— Если Филипс тот самый человек, который называл себя Бушнером и Грахамом, то это правда.

Он посмотрел на меня с изумлением.

— Ты признаешь это!

Я расслабился в своем кресте.

— Почему бы и нет, если так и было? Хотя я не знал, что это Филипс. Он подкрался ко мне ночью с оружием в руках.

— Слейд описывал все совсем не так. Он говорил, что ты стрелял и в него.

— Стрелял — но уже после того, как я убрал Филипса. Они со Слейдом пришли вместе.

— Слейд говорил, что дело обстояло иначе. Он сказал, что они с Филипсом находились в машине, когда ты напал на них из засады.

Я рассмеялся.

— С чем? — Я вытащил сген дабх из ножен на голени и метнул его в другой конец комнаты, где он вонзился в верхнюю часть туалетного столика и мелко задрожал. — Вот с ним?

— Он сказал, у тебя была винтовка.

— Где я мог раздобыть винтовку? — поинтересовался я. — Хотя он отчасти прав, я забрал винтовку у Филипса после того, как убрал его вот этим маленьким дротиком. Потом я сделал три выстрела по машине Слейда, но все же упустил ублюдка.

— Боже! — воскликнул Кейз. — Неудивительно, что Таггарт рвет и мечет. Ты что, растерял все свои шарики?

Я вздохнул.

— Джек, Таггарт рассказывал что-нибудь о девушке?

— Он сказал, что ты упоминал какую-то девушку. Он не знает, верить ли тебе.

— Ему лучше мне поверить, — сказал я. — Эта девушка находится неподалеку отсюда и по вине Филипса у нес пулевое ранение в области плеча. Еще немного, и он убил бы ее. На этот счет не может существовать двух мнений, и если хочешь, я могу отвезти тебя к ней, чтобы ты сам посмотрел на рану. Слейд сказал, что я напал на него из засады. Как ты думаешь, стал бы я это делать на глазах у своей невесты? И зачем вообще мне нужно было устраивать на него засаду? — Тут я задал каверзный вопрос. — Что, по его словам, он сделал с телом Филипса?

Кейз нахмурился.

— Я не думаю, чтобы такой вопрос поднимался.

— Вряд ли он смог бы ответить на него вразумительно, — сказал я. — Когда я в последний раз видел Слейда, он, удирая от меня, гнал машину, как маньяк, — и тела при нем не было. Я избавился от него позже.

— Все это очень хорошо, — заметил Кейз. — Но это произошло после Акурейри, а в Акурейри ты должен был передать груз Филипсу. Ты не передал его ни ему, ни Слейду, почему?

— Операция воняет, — сказал я и изложил все в деталях.

Я говорил в течение двадцати минут, и к тому времени, когда я закончил, глаза Кейза были готовы вылезти из орбит. Он сглотнул, и его адамово яблоко конвульсивно дернулось.

— Ты на самом деле считаешь, что Слейд русский агент? И ты думаешь, что Таггарт это проглотит? Я в жизни не слышал более абсурдной истории.

Я произнес терпеливо:

— Я последовал инструкциям Слейда в Кьеблавике, и меня чуть не пристукнул Линдхольм; в Асбьюрги Слейд послал за мной Филипса — откуда он узнал, что русские получили фальшивку? Потом еще кальвадос, потом…