Лихая Императрица (СИ) - Становая Светлана

Джон поддержал начальника согласным хихиканьем и отступил, пропуская его в зал.

Катя, немного бледная, но достаточно сдержанная и уверенная в себе, пригласила гостей за овальный стол. Закрывая дверь, Марина незаметно ей подмигнула.

Чтобы обеспечить отличное качество звука, она решила не уходить далеко от входа — гарнитура не была рассчитана на подслушивание, а Марине надо знать, что происходит в зале. 

Айдонтноу и мазафака, или пошли вы лесом с вашими прибабахами!

Катя

Катя не помнила, когда в последний раз так сильно волновалась. Марина рассказала ей, как обычно происходят деловые переговоры, и сейчас Катя старательно делала вид, что слушает англичан.

Она не понимала ни слова, пару раз кивнула, вероятно не к месту. Поймала на себе удивлённый взгляд шефа и, насмешливо-снисходительный, мистера Смита, Эндрю, как Марина его называла.

Да что же это такое!

Надо немедленно собраться, взять себя в руки! Что, собственно, произойдёт, если она провалит переговоры? Их расстреляют, посадят, уволят? Подумаешь, не будет контракта, у фирмы и без англичан полно деловых партнёров.

Но как же Маринка, вбившая в этот проект кучу времени, сил и нервов? Шеф, нормальный мужик, положивший немало сил и денег для его осуществления? Саша, у которого откроются новые, весьма и весьма заманчивые перспективы?

Катя заметила, что начала думать, как Марина.

Точно, так и надо! Сейчас она — Марина. Умная, уверенная, собранная, знающая цену себе и другим. Как в детстве, когда одеваешь мамино платье и дорогие украшения, стоишь перед зеркалом, представляешь себя известной на весь мир актрисой и начинаешь копировать её мимику и жесты.

Никаких поблажек англичанам! Контракт нужен им не меньше, чем нашей стороне, хоть Смит и сидит сейчас со скучающим видом, а Джон самодовольно улыбается.

Катя выпрямила спину, откинулась на спинку стула и села более расслабленно: она не боится и не волнуется, она — деловая женщина, съела на деле переговоров стаю собак и сама кого хочешь уделает на деньги, вот!

Дышать стало легче, теперь Катя не упускала нить событий, внимательно слушала Маринины объяснения на русском и повторяла фразы на английском, когда её спрашивали. На всякий случай, поворачиваясь к собеседникам, она чуть улыбалась и тут же делала серьёзное и сосредоточенное лицо. Мол, мне приятно с вами говорить, но дело прежде всего.

Всё шло как надо. Англичане торговались, пугали расходами и рисками. Принимающая сторона демонстрировала результаты мониторинга и ожидаемые доходы. Катя заметила, как у Эндрю заблестели глаза. Ага, хочешь денег? Зелёненьких хрустящих долларов и кругленьких сумм на своей банковской карте? Тогда не жмись, подписывай контракт, а то передумаем и других партнёров найдём, на вас свет клином не сошелся, между прочим.

Но мистер Смит не спешил соглашаться с условиями договора. Сумму, которую он озвучил, Катя поняла без перевода — восемьсот тысяч. Шеф недовольно поднял брови и посмотрел на Катю.

— Даром не хотите? — усмехнулась Катя на русском и тут же исправилась, повторяя за Мариной ответ.

Даже не зная языка, не сложно было догадаться, что Марина вежливо, но категорически отказывается от подобных условий.

Торгуясь, как на рынке, англичане дошли до миллиона. Ну уж нет, дорогие мои, нам одного мало! Пообщавшись в офисе и натасканная Мариной, теперь Катя понимала, из чего складывается цена контракта.

Значит, риски наши, проблемы со скачущей от минуса к плюсу и назад родной экономики тоже, вопросы с кадрами, взятками, ресурсами, большими и маленькими чиновниками, бюрократия и неожиданные препятствия тоже, а сливки мы будем снимать вместе?

Между прочим, при удачном раскладе и должном подходе на проекте Саша может взлететь до начальника отдела.

Теперь Катя понимала и поддерживала стремление мужа к карьере — это как сладкое, один раз попробовал, понравилось, больше не оторваться. Хорошая жена всегда поможет мужу подняться по служебной лестнице, а Катя считала себя хорошей женой, да что там хорошей — образцовой. Чем больше цена контракта, тем больше оклад у Катиного мужа, будущего руководителя!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Маринины двадцать пять процентов тоже необходимо обеспечить, не зря же шеф показал аттракцион невиданной щедрости. Значит, миллиона им мало.

Когда цена дошла до полутора, Марина сказала:

— Соглашаемся, Катюша. Похоже, больше они не дадут, я слышу Эндрю, у него уже голос от возмущения дрожит. Сумма нас вполне устраивает. Сейчас задумайся, полистай бумаги и повторяй за мной.

Слово «нет» Катя могла произнести без посторонней помощи. Она его и произнесла, с улыбкой глядя на ошарашенное лицо Джона. И, не реагируя на удивление шефа, повторила.

— Нет!

Джон заёрзал на стуле, мистер Смит налил себе в стакан воды из бутылки и залпом выпил.

— Катька, я тебя убью! — прошептала Марина в наушнике. — Всё! Больше никакой отсебятины, строго за мной, слово в слово. Ты забыла, чьи это переговоры?

Англичане о чём-то тихо советовались между собой.

В наушниках раздался придушенный писк, потом чьё-то тяжёлое дыхание. Что происходит?

Катя прислушалась. Хорошо, что пару минут никто не обращал на неё внимания: англичане были заняты собой, шеф негромко переговаривался с первым замом.

У Кати галлюцинации или она слышит звуки поцелуя? Что за странные причмокивания?

— Я соскучился, котёнок мой. Ты почему что сегодня такая недотрога? — голос мужа Катя узнала сразу.

Саша! Он приехал! Должен был прилететь вечером, а прилетел сейчас, наверное, хотел сделать ей сюрприз! Её нет дома, конечно, Саша сразу отправился в офис, чтобы скорее встретиться с женой. Сейчас он в коридоре целуется с Мариной!

Катя встала, хотела выбежать из зала, но тут же опустилась на место. Нельзя! Она должна, просто обязана, закончить эти дурацкие деловые переговоры.

— Катя, как я соскучился! (чмок, чмок) Я сто лет тебя не видел, уже и забыл, какая ты у меня красотка! (чмок, чмок, чмок!)

Мистер Смит повернулся к Кате, что-то спросил.

— Айдонтноу айвиллсинк, — растерянно пробормотала Катя.

Марина застрекотала в ухо ответ, но Катя не смогла повторить ни слова. Теперь к ней обращался Джон, по интонации она поняла, что он пытается её убедить. Речь Джона, довольно длинную, Катя не слушала: всё её внимание поглотил звуки в микрофоне.

— Мы слушаем вас, Марина Николаевна, — требовательно напомнил шеф.

— Саша, я занята! Куда ты лезешь? Не щекочи меня, — хихикала в микрофоне Марина.

Катя повернулась к англичанам:

— Айдонтноу айвиллсинк, — ответила она единственную фразу, которая осталась в голове.

— Они увеличили сумму! Предлагают два миллиона! Ура! Соглашайся! — радовалась Марина. — Саша, да не здесь же, с ума сошёл! — продолжала она.

– Айдонтноу айвиллсинк. Мазафака! — разозлилась Катя.

Джон бубнил дальше, потряхивая перед ней папкой с документами. Вероятно, для убедительности, он подошёл и выложил перед Катей несколько бумаг с какими-то таблицами. Даже мистер Смит соизволил вставить своё слово: медленно, чётко, словно говорил с больным или с ребёнком, он тыкал пальцем в папку с документами и выплёвывал слова, не отводя от Кати тяжёлого взгляда.

Марина торопливо переводила, но Катя её не слушала. Что у них происходит?

— Эндрю говорит, что им надо посовещаться. Пожалуйста, соберись! Саша, да убери ты руки, не отвлекай меня сейчас! — говорила Марина.

Англичане сбились в кучу и тихо застрекотали между собой.

Шеф подошёл к Кате:

— Марина, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — тихо сказал он. — Не перегни палку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Катя кивнула.

Англичане вернулись за стол переговоров. Эндрю кивнул Джону, тот неожиданно перешёл на русский.

— Если мы сегодня не договориться, наш деловой общение будет в следующий месяц, — сообщил Джон. — Тянуть время не есть выгода ни вам, ни нам. Как у вас в поговорка: делу время, развлечения — другое время. Давайте решим вопрос, мы предлагать…