Караванщики Анвила (СИ) - Железняк Дмитрий

Поняв, что помощи от него не будет, паломник решил атаковать. Первые два удара рассекли ключицу ближайшего врага. Третий удар пришелся точно в голову. Парень пнул обмякшее тело ногой и оступился. Упав навзничь, он едва успел откатиться. Оба мертвеца прыгнули сверху, но Ослябя оказался быстрее. Поднявшись, он уверенно проколол острием меча гниющие головешки. Тут же пришлось обороняться от следующих.

Эразма окружали. В иной ситуации он использовал бы заклинание «огненный луч», но вокруг сражались союзники. Приходилось точечно избавляться от нечисти. Волшебные стрелы сменялись «кислотным плевком», а когда мертвяки оказывались совсем рядом, волшебник применял «ледяное прикосновение». Рискуя получить укус, лорд прикасался к противнику и замораживал его.

Магия требовала предельной концентрации, иначе заклинание могло не получиться или, что хуже, повернуться против того, кто его применяет. Брюзгливый не имел врожденной магической силы, а потому мог рассчитывать только на себя. Но годы давали о себе знать, силы понемногу оставляли старика.

Как раз кстати появился Шалилун, несущийся со всех ног к Эразму. Лорд Пифарей облегченно выдохнул, когда заметил подмогу, но орк пронесся мимо него и с ходу залетел в палатку, бросив у входа свой меч.

Мертвецы обступали, и по спине волшебника пробежал страх. Приготовившись использовать «огненный луч», как последнее средство для сохранения собственной жизни, он услышал, как сзади клацнули челюсти. Калдор пришел на помощь, внезапно спустившись с противоположного склона. Дрессировщик держался рядом с ящером, ловко орудуя скимитаром. Он делал резкие выпады, поражая противников точно в глазницы.

Пока Эразм и Калдор отбивались от окружавшей их нежити, один из мертвецов проскочил мимо и запнувшись о меч Шалилуна, завалился внутрь палатки волшебника. Заметил это только Ослябя и то совершенно случайно, когда менял позицию, перешагивая через вновь убиенный труп.

Зеленоватый ревел, словно нежить отгрызала ему ногу. Даже Калдор, услышавший эти крики, на секунду замешкался, из-за чего едва не лишился уха, в которое нацелился нападавший мертвец. Тыльный край палатки распороло лезвие. Шалилун выкатился из нее и бросился на утек, зажав кинжал в зубах.

— Там Шахриет! — закричал Эразм, но тут же вынуждено атаковал наступавшую нежить.

Ослябя все понял и без слов. Он оттолкнулся и прыгнул вниз. Через несколько мгновений паломник стоял у разрезанного края, но с ужасом увидел в проходе не девушку, а мертвеца, что вошел с другого конца. Парень почувствовал, как гнев и отчаяние закипали в крови. Он занес над головой подобранный скимитар, намереваясь разрубить тварь на две части, но вдруг заметил за спиной нежити Шахриет, что сидела на кровати.

— Ты чего замер?! — орал Калдор, оказавшись рядом. — Тоже решил помереть?! — дрессировщик пронзил мертвеца мечом и застыл на месте. — Жива? Но…

Время разговоров еще не пришло, потому Ослябя оттолкнул союзника и, подхватив девушку на руки, вынес ее из палатки. Втроем отбить нападавших проще. Приключенцы заняли круговую оборону и через десять минут все оказалось кончено.

Все русло усеяли трупы. Мамелюки подсчитывали потери среди своих, коих оказалось не так много. Черные стражи потеряли всего восемь бойцов, а вот купившие место в караване торговцы и путники погибли почти поголовно. Также досталось рабам и верблюдам, но, поскольку основная масса нежити навалилась на тыловую часть стоянки, потери среди транспорта и товара оказались незначительными.

— Откуда тут такая толпа мертвяков? — спрашивал Эфит, сидя на тюках с товаром одного из убитых торговцев.

— Это действительно странно, — Нахиор осматривал раненных верблюдов. — Мы все еще в землях Анвила, до границы с Сулифским Халифатом, по меньшей мере, дней девять пути. Раньше бродячие орды так далеко не заходили.

— Тревогу подал Ослябя. Где пропадали твои часовые?! — повысив голос не унимался ветеран.

— Мне пока что это неведомо.

— Да все просто, — вмешался паломник, держа на руках девушку, вцепившуюся в его шею. — Одного из них кто-то убил. Я, когда подошел, так он уже все…мертвый.

— Хм… — капитан мамелюков задумался. — И орда пришла с той стороны, где обнаружили мертвого часового. Похоже, что кто-то намерено навел ходячих мертвецов на стоянку.

Эразм бросил взгляд на Калдора, но дрессировщик делал вид, что не обращает внимания на разговор. Он усердно чистил морду питомца от крови и гнилого мяса.

— Ладно. Займитесь павшими. Я не хочу, чтобы они тоже восстали. Утром мы осмотрим округу, — Нахиор оглядел разрушенную стоянку и отправился проверять посты.

— А куда делся здоровяк? — Варвар недоумевая разглядывал лица союзников.

— Видать этот осел к Горгу своему побежал, — отрезал Эразм и с горечью осмотрел испорченный край палатки.

Глава IX. Глиняное сокровище

— Немедленно арестовать его! — Эфит схватился за скимитар, вытянув его из ножен.

Варвар незамедлительно выступил вперед, держа топор наперевес. Грозный вид северянина давал понять, что драки не избежать.

— Я ничего не сделал! — Калдор тоже выхватил меч и отступил поближе к ящеру.

Ветеран стражи Эль-Эменталя выждал момент, когда дрессировщик останется в меньшинстве. Он видел, как любитель динозавров вернулся из-за склона, а потому поспешил сообщить об этом Нахиору. Капитан мамелюков взял свободных людей и спешно направился осматривать округу. Эразм и Ослябя скрылись в палатке и Калдор оказался наедине с Эфитом и железнобоким.

Страж хотел вынуть один из свитков, но свидетели, которые могли что-то заметить, находились на удалении и занимались восстановлением каравана, потому решил жечь без спектакля. Положение оказалось весьма удачным. Баррикады из трупов, палаток, различного скарба и товаров, не позволяли дрессировщику или раптору маневрировать.

— Это ты навел на нас трупы, мерзавец! — Эфит поднял ладонь, готовясь поджечь одежду предполагаемого противника.

— А ну прекратить! — Нахиор вместе с десятком воинов загородил солнечный свет, стоя на склоне.

Дрессировщик выдохнул и расслабил спину, выйдя из боевой стойки.

— Там только следы зверюшки и ее хозяина, а лужа мочи динозавра еще не успела высохнуть. Больше никого. След ведет на десять метров вперед и обратно, — капитан сделал знак, и стражники стремительно спустились, чтобы забраться на противоположный склон.

— Вот! — Калдор облегченно затараторил. — Я ж об этом и говорил. Отошел нужду справить, вот и слышу — шум, крики! Пока подобрался, пока осмотрелся. Кто же в такой ситуации спешить будет?

Эфит с мрачным лицом вложил меч в ножны. Варвар усмехнулся, но тоже опустил оружие.

— Тогда прошу прощения, — ветеран хитро улыбнулся и склонил голову. — Столько людей потеряли, нервы на пределе.

— Понимаю, — Калдор медленно попятился, намереваясь покинуть место конфликта и скрыться в палатке Эразма.

Шахриет сидела на кровати, обхватив ноги руками. Ослябя зашивал попорченную стенку палатки, а волшебник, сидя за столом, лихорадочно листал книгу с черным переплетом.

— Слыхали новости? — спросил дрессировщик, зайдя внутрь. — Этот мужик… Как его там? Ну седой.

— Балеан какой-то, — напомнил Ослябя не отрываясь от работы.

— Точно! Он это, умеет нежить подчинять, представляете?

— Откуда знаешь? — Эразм поднял голову на вошедшего.

— Мамелюки болтают. Говорят, что Балеана толпа трупов обступила, так он что-то там наколдовал, а они развернулись и на собратьев напали.

Лорд Пифарей взял книгу под мышку и поспешно выбрался наружу, оттолкнув дрессировщика посохом.

— Можно и аккуратней, — вполголоса выпалил Калдор, дождавшись, пока волшебник отойдет на несколько шагов от палатки.

— А чего там шумели на улице? — паломник сосредоточенно шил, не отрывая взгляда от крючковатой иглы.

— Да так, недоразумение, — Калдор взял стул и поставил его возле кровати. — Ну что, красавица, ты как?