Караванщики Анвила (СИ) - Железняк Дмитрий

За ними мрачный тронный зал, устланный алыми коврами. Пустые жаровни, расставленные вдоль прохода к белевшему трону, внезапно вспыхнули зеленоватым пламенем. Тени заплясали по стенам. Рыцарь пошел вперед. Подойдя к трону, мужчина с ужасом отпрянул. Свежие кости, на которых еще виднелись куски человеческого мяса, вот из чего состоял зловещий престол. Но кто же занимал его? Где владелец? Гильдарт в панике озирался, пытаясь нащупать меч. Оружие пропало. Только пустые ножны легонько оттягивали ремень.

Перед ним возникла молоденькая черноволосая девушка. Ее симпатичное лицо скривило от боли. Голова оказалась разбита, и из-под волос текла густая кровь. Алые струйки капали на щеки и губы. Мертвецки ледяной взгляд пробрал до костей. Гильдарта затрясло от холода и страха.

— Ну зачем?.. — незнакомка находилась всего в паре метров, но ее голос раздавался откуда-то издалека. Он казался мертвым и безжизненным. Де Кран с ужасом отметил, что она не шевелит губами. — Зачем ты убил меня?.. Я лишь хотела жить… Теперь Дева отомстит. Ничто не сдержит ее гнева!

Гильдарт схватился за голову. Она разрывалась от оглушающего крика. Плоть девушки внезапно зашевелилась, будто сотни жуков ползли под кожей. Острый подборок значительно удлинился. Позвоночник тоже начал расти вверх, заставляя тело скручиваться. Лицо уродливо перекосило. Через мгновение от прежней красавицы не осталось и следа. Большое чудище, с копытами, шипастым хвостом и длинными когтями, кривило жуткую морду. Вязкая слюна капала на ковер и прожигала в нем дыры, словно раскаленный уголь.

— Слишком поздно, рыцарь! — за спиной раздался старческий голос. — Правление живых окончено!

Развернуться де Кран не успел. Чудище пронзило правую сторону корпуса когтями. Зловонная челюсть разомкнулась. Слюна брызнула в лицо. Кожу зажгло. Мужчина схватился за него, пытаясь смахнуть вязкую слизь, но ничего не получалось. Гильдарт закричал от отчаяния и вздрогнул.

Солнце принимало правление над пустыней и безжалостно светило прямо в лицо. Чудище исчезло, а вместе с ним и загадочный старик, и черный храм. Рыцарь облегченно вздохнул, но жажда не позволила расслабиться. Корчась от боли в правом боку, мужчине удалось подняться на ноги. Ему показалось, что стая птиц кружит вдалеке над барханом.

— Вода? — Гильдарт спросил у пернатых, но не дождавшись ответа, спешно зашагал к дюне.

Обойдя песчаный холм, он увидел, как на горизонте мерцала полоса синеющей воды. Птицы, кружившие над барханом, пропали. «Быстро же они добрались. Сейчас бы тоже пару крыльев, да с полета сразу в воду», — подумал де Кран и в приподнятом настроении отправился утолять жажду.

Он совсем позабыл о выбранном ранее направлении. Пройдя около получаса, рыцарь остановился. Удачно обнаруженный оазис так и не стал ближе. Гильдарт рухнул на колени. «Мираж», — мелькнуло в мыслях. Солнце и обезвоживание продолжали медленно, но верно убивать.

Рассудок мутило, но мужчина не сдавался. Снова заставил себя встать и идти, но уже не соображал куда. Остановка означала смерть, а движение оставляло надежду на спасение. Какое-либо ощущение времени пропало. Организм словно отключил все ненужные функции, направив остатки энергии на требуемые для выживания занятия. Зрение совершенно испортилось, глаза заволокло белой пеленой. Гильдарт с трудом видел собственные ноги, а окружение вовсе растворилось в мерцающей мгле.

— Мерзость! — отец брезгливо поглядывал на старшего сына. — И этому слабаку я должен все оставить?

Гладко выбритый старик прихрамывал на правую ногу, делая из золотого кубка маленькие глоточки.

— Вино со льдом? — рыцарь не поднимал глаз.

— Это все, что тебя интересует? Права была Зинат. Ты не достоин стать лордом! Зря не позволил ей тебя отравить.

Гильдарт всегда боялся отца и не смел ему перечить.

— Молчишь? Хе-хе-хе.

— Я только и делал, что пытался заслужить твою любовь…

— Бездарно. Мне стыдно, что я назвал сыном такое ничтожество. Ты носишь мою фамилию, но ничего моего в тебе нет. Хватит. Сейчас ты подохнешь, и этот позор сгниет вместе с тобой.

Мужчина остановился. Воздух со скрипом вырывался из легких. Рыцарь поднял голову и посмотрел в карие глаза старика. На измученном и обожженном лице возникла ухмылка. Губы вновь лопнули, но Гильдарт не почувствовал боли.

— Пусть так. Но все, чем ты дорожил, сгниет вместе со мной, — удар меча разрезал воздух.

В него мужчина вложил остатки истощенных до предела сил. Тело рухнуло на раскаленный песок. Он хотел последний раз взглянуть на небо. Мать, по которой Гильдарт тосковал всю жизнь, могла быть где-то там. Капеллан замка Фонтенель сказывал, что леди Катрин на небесах. Может хоть в смерти получится обрести тепло, которого так не хватало долгие годы, проведенные в холодной крепости.

Удалось повернуться на бок. Бархан закрыл весь обзор. Песок. Никакого неба.

Горделивый хищник грациозно спускался к Гильдарту. Его пышная черная грива слегка развевалась от слабого ветра. Показав клыки, он зашелся в страшном и протяжном рыке. Величественное животное почуяло запах добычи.

— Асад… — прошептал рыцарь и потерял сознание.