Возвращение домой - Питер Гиллквист

— Не ограничивайтесь изучением лишь АПЦ. Когда для вас настанет время войти в Православие, это будет соединение со всей Церковью. Поэтому познакомьтесь с Греческой, Антиохийской и Сербской церквами.

Расширяя круг дружбы

Примерно в то же время один из наших пресвитеров на Среднем Западе встретил священника Греческой Православной Церкви о. Джеймса Каррелласа, который, по его словам, «проповедует как евангелический пастор». Во время моего следующего путешествия в те места была устроена встреча с о. Джеймсом. Я знаю, что это не единственный показатель, но когда говоришь с коллегой–священником об Иисусе Христе, и на глаза наворачиваются слезы, начинаешь подозревать, что встретил настоящего брата по духу.

— Вы должны встретиться с епископом Питтсбургским Максимом, — сказал мне о. Джеймс, выслушав нашу историю. — Он истинный знаток Православия в Америке и любит новообращенных, приходящих извне.

Я должен был быть в Питтсбурге в ближайшие два месяца, поэтому сделал для себя заметку, а позднее позвонил по телефону и договорился о встрече.

Выражение, которое я всегда использую для характеристики епископа Максима — это «сосредоточенный на Христе», термин, которым он часто пользуется сам. Я говорю людям, что он наполовину человек, а наполовину ангел. Во время нашего разговора в его прекрасной резиденции стиля начала века на Элсворс Авеню в Питтсбурге, он спросил, не смог бы я приехать еще раз и выступить перед студентами колледжа в его епархии с рассказом о моем приходе ко Христу и в Церковь.

Состоявшаяся несколько месяцев спустя встреча в колледже была одним из самых ярких духовных событий в моей жизни. Около двухсот студентов, которые всю жизнь были православными, пришли послушать о нашем путешествии. Многие студенты говорили мне впоследствии, что в тот вечер они по–новому взглянули на свои взаимоотношения с Господом. Один молодой человек, который только что вернулся в город после двухмесячного путешествия по стране на перекладных, заметил:

— Отец, Вы дали мне хороший пинок, в котором я так нуждался сегодня вечером!

Еще два эпизода того путешествия врезались мне в память. На следующий вечер я выступал перед группой мирян в соборе Св. Николая. После моих замечаний последовали вопросы и ответы. Одна леди сказала:

— Я не могу поверить, что Вы считаете необходимым участвовать в богослужении и причащаться каждую неделю. Моя бабушка учила меня, что мы недостойны делать это больше чем один или два раза в год.

— Если бы дело было в нашем достоинстве, мы никогда не смогли бы прийти ко Христу, — ответил я. — Вследствие нашего соединения с Ним Он поставил нас на путь обновления. Следовательно, по Его милости все мы призваны жить в полноте общения с Ним.

Как только я сказал: «Возможно, его преосвященство прокомментирует мои слова», то увидел краем глаза, что епископ уже идет к подиуму. Наблюдая, как он призывает свою паству к более глубокому единению со Христом, я мог видеть, что он не только любит Бога, но и ненавидит минимализм. Признаюсь, что во время перерыва, я осмотрел аналой, чтобы выяснить, не треснул ли он после того, как на него дважды обрушился кулак епископа во время его страстной речи. (Мне хотелось бы думать, что я увидел, по крайней мере, тоненькую трещину!)

На следующий день я снова выступал в резиденции епископа Максима, рассказывая группе активистов из мирян и духовенства об одном отрывке из Послания к Римлянам. Кто–то прервал доклад и сказал: «Нам, как православным, нужна только Литургия, а не знание Библии». На этот раз я не успел ответить. Епископ вскочил, чтобы внести ясность в этот вопрос, причем начал говорить по–английски, а кончил — по–гречески! Я не знаю всего, что он сказал, но, как и в новозаветные времена, оппонент «не осмелился больше задавать вопросов!».

Действительность такова, что в любом сообществе людей, полемически развитом или первобытном, баптистском или византийском, есть и горячие приверженцы и те, кого называют «теплохладными». Под руководством «епископа Макса» Питтсбургская епархия пережила чудесное обновление. Я научился от него, как побуждать людей к любви и добрым делам.

Наша следующая встреча с греческим православием в Америке произошла на следующий год в семинарии Св. Креста в Бостоне. Группа наших людей была приглашена для диалога на факультете. Декан о. Алкивиадис Каливас руководил собраниями, на которых присутствовали среди прочих отцы Стэнли Харакас, Тэд Стилианопулос, Том Фитуждеральд (из новообращенных), Джордж Пападемитриу и Михаил Вапорис — а также много священников из Бостона и прилегающих районов. Перед нашим вторым визитом в эту семинарию я посетил в Нью–Йорке архиепископа Иакова и его любезного помощника, покойного о. Александра Доумороса.

Примерно в этот же период времени я старался изо всех сил организовать встречу с человеком, о котором так многие отзывались чрезвычайно высоко — митрополитом Филиппом Салибой, главой Антиохийской Православной Церкви в Северной Америке. На самом деле, кто–то в семинарии Св. Креста предсказал, что после всего, что было сказано и сделано, дверью, через которую мы войдем в Православие, будет Антиохия. Во время, по меньшей мере, трех случаев, когда я попадал в Нью–Йорк, митрополит Филипп оказывался в другом месте. Нам никак не удавалось согласовать свои расписания.

Византийская интрига

Развитие отношений с Православной Церковью успешно продолжалось. Но в развитии любых отношений существуют две опасности. С одной стороны, например, свадьба может состояться слишком быстро, прежде чем жених и невеста успеют достаточно хорошо узнать друг друга. Мы были уверены, что если нам и суждено ошибиться, то не таким образом. С другой стороны, опасно ждать слишком долго. В этом случае отношения затягиваются настолько, что можно утратить любовь.

В январе 1985 года мы собрались как Синод Евангелической православной Церкви. Отец Гордон Уолкер почувствовал, что продолжительное затягивание конкретного шага для вступления в Православную Церковь чревато риском отпадения от нее.

— Позвольте мне внести предложение, — начал он. — Я думаю, что мы должны позвонить епископу Максиму прямо отсюда, из конференц–центра. и попросить его организовать нам поездку в Константинополь. Я считаю, что при наличии стольких православных юрисдикции в Америке, нам необходимо представиться непосредственно Вселенскому патриарху и попросить его совета о том, как мы должны войти в Церковь. Несомненно, будучи Вселенским патриархом, он может дать нам конкретные указания — это будет лучше, чем самими решать, что делать.