Обратная связь (сборник) - Боб Шоу

Куда уж проще… Ловушка в ловушке, колесо в колесе… Ладно. Попробуем что-нибудь другое.

В домике для охраны я заметил несколько летающих платформ — неуклюжие маленькие машины с лопастями, как у вертолета, и маховиками, как у последних моделей мотоцикла. Маховики одновременно и вращали пропеллер, и придавали машине некое подобие устойчивости в полете. Разумеется, я не собирался лететь сам: Барбье, я знал, увлекается стрельбой по летящим мишеням…

Двинувшись чуть ближе к воротам, я запустил одну платформу высоко над стеной, вторую вогнал прямо в ограду недалеко от ворот и подозвал третью поближе, как будто собирался ею воспользоваться.

Зрелище получилось впечатляющее.

От ограды донесся звук, весьма напоминающий шкворчание бекона на сковородке, и платформа вдруг стала похожа на экзотическое насекомое, запутавшееся в горящей паутине. Одновременно откуда-то из-за административного корпуса полыхнула жаром молния, и я увидел, как рухнула сбитая в воздухе платформа.

В этот момент, ощущая резкие металлические запахи, я заблокировал реле на воротах и бросился туда сам.

Оказавшись на территории, я метнулся к кустам, окаймлявшим здание, словно собирался зайти сбоку или со двора, но не останавливаясь побежал дальше. В здании вполне мог прятаться Малыш Уилли, а мне хотелось быть от него подальше.

Обогнув здание, я увидел дренажную канаву шагах в десяти слева, побежал и нырнул. Видимо, никто меня не заметил, потому что выстрелов я не слышал.

Я потянулся…

Работающий компьютер впереди, справа…

Я быстро скользнул внутрь, проскочил к данным, представляющим собой план испытательного комплекса, и тут же перевел их в визуальные образы. Дальше, к югу, размещался командный пост — насыщенное электронной аппаратурой здание, где был установлен центральный компьютер и где, возможно, ждал исхода операции сам Барбье. Судя по схеме, рядом со зданием находился вертолет с включенным двигателем. Для того, чтобы искать меня сверху? Или его приготовили на тот случай, если обстоятельства сложатся не в пользу Барбье?

В той стороне, куда я направлялся, находились два здания, в которых мне устроили засаду, — очень удобная стратегическая позиция… Тут я увидел, что мое положение тоже отмечено на схеме, и понял: нужно что-то срочно предпринимать.

На довольно значительном расстоянии от меня стояла высокая башня, на верхушке которой вращалось какое-то устройство. Видимо, ультразвуковой локатор, который отслеживал к регистрировал любой движущийся объект больше определенного размера.

Так… Я решил, что в данном случае лучше всего будет отыскать способ перераспределить местное энергоснабжение и резким повышением напряжения просто сжечь это устройство. Задача оказалась сложнее, чем я думал, и на ее выполнение ушло почти две минуты.

Затем я быстро прополз вперед и только после того как перебрался на новое место, еще раз взглянул на хранившуюся в компьютере схему. Штуковина на башне перестала вращаться, и я с облегчением заметил, что маркер, отмечавший на схеме мое положение, тоще исчез. По канаве я прополз больше ста метров и миновал здание, которое на схеме значилось как пустое.

За этим зданием уже был виден аэродром с четырьмя ангарами и несколькими вертолетными площадками, где стояли готовые к вылету машины. На посадочной полосе лежали частично оплавленные останки самолета, который я направил сюда из Карлсбада. Люди Барбье подождали, пока он зайдет на посадку, и только тогда сбили его. Предпочли разобраться "по-семейному".

Чтобы проникнуть глубже на территорию полигона, мне пришлось бы двигаться мимо одной из двух засад, независимо от выбранного направления. Я снова скользнул в компьютер.

Да. Первая засада размещалась сразу за ближайшим зданием. Компьютер показал, что там скрываются три человека, так же как и во втором.

Я прополз чуть дальше, пока ближайшее здание не оказалось между мной и следующим, где прятались люди Барбье, затем вскочил и бросился вперед. Добежал, прижался к стене, выждал, прислушиваясь к биению сердца, но ничего не произошло. Тогда я двинулся к соседнему окну и попытался его открыть. Заперто.

Стукнул несколько раз камнем, просунул руку внутрь. Потом открыл окно, забрался в здание и снова закрыл. Оказался в какой-то электромастерской и быстро прошел через помещение к кабинету у противоположной стены.

Осторожно взглянув над подоконником, я посмотрел на соседнее здание. Оба окна, выходящие на мою сторону, были там открыты, и внутри я увидел людей, которые держали в руках нечто, по виду напоминающее оружие…

Ладно. Перчатки в сторону, на руках кастеты. Клик. Клик. Клик.

…Вертолет зашевелился на своей площадке, взмыл в воздух и, набирая скорость, направился в нашу сторону. Развернулся по широкой дуге, прошел над административным корпусом и оградой, затем вернулся, еще больше разгоняясь, снизился.

Он ринулся вниз, словно черный ангел, и на полном ходу врезался в стену соседнего здания.

Может быть, кто-то из моих противников и остался там в живых, но, пробегая мимо, я никого не заметил.

Вторая засада оказалась теперь еще дальше, справа. На многие мили впереди раскинулся передо мной полигон. Дорога, по которой я бежал, тоже стала шире, и теперь к простеньким зданиям с правой стороны прибавились какие-то энергетические установки слева, а впереди маячили уже совсем экзотические конструкции. Все больше и больше я ощущал вокруг компьютерную активность.

— Стивенсон Макфарланд! — прогремел вдруг голос Барбье и эхом прокатился по всему полигону.

Я сразу узнал свое настоящее имя, и это мгновенно вернуло все недостающие участки памяти на место.

— Я согласен дать отбой прямо сейчас, — говорил Барбье. — Я совершил ошибку, Стив… Еще там, в аэропорту Филадельфии. Я признаю это и готов принести извинения. Я уже не хочу твоей смерти. Послушай, Стив, ты же понимаешь, что теперь мне этого совсем не хочется. Я просто не знал, настолько ты… изменился.

Да уж. Пусть теперь попотеет от страха.

Я снова скользнул в компьютер Барбье. Он лихорадочно искал мой сигнал: очевидно, еще не понял, что лишился своего ультразвукового глаза. Я же принялся искать здание с обильным подключением следящей аппаратуры. Оказалось, такое есть, и я нырнул в его электронную систему.

Кора. Она ввела свое имя в домашний компьютер, посредством которого, должно быть, общалась с людьми, державшими ее в заточении. Этого оказалось достаточно. Она наверняка уже знает кое-что о моих способностях благодаря многочисленным вопросам, которые ей задавали, и у меня возникла тревожная мысль: что она теперь обо мне думает? Это много значило для меня, поскольку именно в тот момент я понял, что Кора стала мне еще дороже.