Экстремальная Маргарита - Наталия Левитина

— Магометане называют гяурами неверных.

— Какие такие магометане?

— Илюша, кончай долбить меня дурацкими вопросами. Что ты, право, как четырехлетняя девочка?

— Слушай, Валдай, если ты такой умный, почему у нас за прошлый месяц три «глухаря»?

— Сам удивляюсь. Что только три.

— Ты выписал пропуск Кармелиной? Уже без двух минут десять.

— Забыл, — прошептал Александр. — Ведь вчера пошел выписывать! И отвлекся на Танюшу Федорову с первого этажа. Знаешь, рыженькая такая

— А сегодня с утра Алимыч накинулся изнемогшей от желания русалкой и уволок в свой страшный кабинет.

— Ну так беги!

— Уже бегу. Пока старушка не разобиделась, что ее заставляют ждать.

Валдаев пулей вылетел из кабинета. Через несколько минут он вернулся довольный. Солнечный, жизнерадостный характер Валдаева не позволял ему долго грустить. Вот и сейчас, когда Здоровякин все еще не избавился от малинового румянца на щеках после разноса у майора, Валдаев уже весело что-то насвистывал себе под нос.

— Наша старушенция еще не приходила, — объявил он. — Сейчас, наверное, заявится.

Но вместо ожидаемой Кармелиной на пороге появилась… Валдаев и Здоровякин уставились на посетительницу словно на привидение.

В кабинет стремительно вошла дама — спутница итальянца Бартолли, которая так ловко скрылась от преследования на «джипе-чероки». Она выглядела не менее великолепно, чем в первый раз: сегодня на ней был черный с отливом сюртук и черные брюки. Качество ткани и дизайн модели предполагали запредельную цену экипировки. Перчатки «Сермонета» и черная кожаная сумка завершали образ элегантной дамы. Кажется, она совершенно не волновалась по поводу существующей в народе гипотезы, что черный цвет старит. Легкая, изящная, красивая, она посмотрела на парней холодным голубым взглядом.

— Здравствуйте, — сухо кинула мадам ошарашенным детективам. — Вы хотели со мной встретиться. Я Кармелина.

С равным успехом женщина могла бы положить на стол перед оперуполномоченными гранату с выдранной чекой. Глаза у Валдаева стали неправдоподобно большими, Здоровякин клацнул челюстью.

Глава 18

Последняя сцена с участием Маргариты снималась на крыше недавно отстроенного шестнадцатиэтажного жилого комплекса. Комплекс состоял из трех башен, соединенных перемычками. Договорившись со строительной компанией, деятельный режиссер Тимур Назаров убрал ограждение с крыши одной из башен. Здесь сейчас располагалась съемочная площадка. Вертолет городской службы спасения, выкрашенный смываемой краской в черный цвет, ждал команды на взлет.

На высоте в несколько десятков метров дул порывистый ветер, съемочной группой владело радостное волнение. Радостное потому, что съемки близились к завершению (картина обещала получиться удачной, но все жаждали скорее покончить с авантюрой, в которую ввязались), волнение потому, что запланированная сцена относилась к разряду опасных для жизни. Вчера здесь же отсняли крупные планы с Вероникой, исполнявшей главную роль. Сегодня наступила очередь каскадера, то есть Маргариты.

Нервная суетливость, казалось, обошла стороной только Маргариту тл режиссера. Уединившись на клочке крыши размером с носовой платок, они обсуждали детали. Их словно вовсе не касалась беготня ассистентов и реквизиторов, которые спешно замазывали проступившие буквы на борту вертолета, носились с остатками ограждения, убирая их из кадра, возили по рельсовой дорожке оператора, проверяя плавность хода, брызгали на длинные волосы Маргариты оттеночным лаком, добиваясь цветового сходства с шевелюрой главной героини.

Для ударной сцены фильма было подобрано соответствующее одеяние для Вероники. Глухой комбинезон из синей лайковой кожи, с длинными рукавами, но очень короткими шортами. Синие туфли и прозрачные черные колготки дополняли наряд, — видимо, по мнению сценариста и режиссера, именно в таком виде и было удобнее всего бороться с преступностью майору милиции, роль которой играла Вероника.

Шикарный наряд от Версаче, обтягивающий актрису резиновой перчаткой, стоил жутких денег. Для дублера конечно же не стали покупать второй такой комбинезон. Когда Маргарита натянула его на себя, все с удивлением отметили, что костюм, подобранный на чарующие Вероникины размеры 92x60x90, идеально сидит и на Маргарите. Вероника удивленно подняла брови. С неохотой отдавая в чужие руки драгоценный наряд, она с милым женским злорадством ожидала, что на груди у Маргариты комбинезон будет отчаянно пузыриться, а бедра, наоборот, не пролезут. Однако…

Трюк заключался в следующем. Маргарита, вся такая божественная, ослепительно синяя, на двенадцатисантиметровых каблуках, неслась по крыше со скоростью триста километров в час, неумолимо приближаясь к краю. Над ней парил вертолет, сбросив спасательный трос. За несколько шагов до пропасти Маргарита цеплялась за трос и улетала куда-то вдаль, теряясь из виду, а камера еще несколько минут задерживалась на великолепной панораме города…

* * *

— Там наверху кино снимают, — объяснил Александру пацан. Толпа зевак собралась во дворе жилого комплекса. Все усиленно смотрели вверх, не боясь свернуть шею. — Щас баба полетит на веревке. На вертолете.

Документы Валдаева являлись для него громадным подспорьем в жизни. Он, например, позволял себе принять на грудь три грамма (или немного больше) алкоголя прямо перед поездкой на личной «девятке», не опасаясь придирчивого отношения со стороны гибэдэдэшников. А сейчас он уверенно преодолел выставленный кордон и на лифте добрался до последнего этажа здания, а оттуда через чердак на крышу.

Наверху он появился именно в тот момент, когда Маргарита оторвалась от земли, вернее, от крыши и полетела, уцепившись за трос.

— Кошмар, правда? — крикнул сквозь гул улетающего вертолета какой-то мужчина, обращаясь к побледневшему от ужаса Валдаеву. — Когда наблюдаешь подобное на экране телевизора, реакция совершенно иная. Только что эта девочка стояла здесь — и вот улетела. А если сорвется? Вы из съемочной группы?

— Нет. Валдаев. Александр Валдаев, — представился Валдаев, протягивая незнакомцу руку. — Уголовный розыск.

— Звучит солидно, — кивнул мужчина. — Бальмус. Виталий Бальмус. Психолог городской службы спасения.

— Вы не знаете, Маргарита прилетит сейчас обратно? Повиснув на канате?

Виталий пристально посмотрел на Валдаева и улыбнулся:

— Я полагаю, ей будет удобнее в кабине вертолета. Сейчас они вернутся. Чтобы снять третий дубль.

— Так это был второй?

— Угу. А возможно, режиссер даст отбой. Если его удовлетворит результат. Лучше бы они закончили. Сердце разрывается. Думаю: а вдруг рука соскользнет?

— Не волнуйтесь, не соскользнет, — заверил Саша. Он помнил, как Маргарита целую вечность удерживала над бездной не только себя, но и тушу одного сыщика по фамилии Валдаев. — Она цепкая, как кошка.

— Ставлю сто долларов, что ты или друг Маргариты, или кандидат в друзья, — предположил Виталий.

— А как ты догадался? У меня такой дурацкий вид?

— У тебя нормальный вид. Моя профессия предполагает некоторую проницательность. М-да. Она классная девчонка!

— Согласен. Слушай, Виталий, как психолог, объясни мне, зачем ей все это?

— Съемки в фильме? — И не только. Почему Маргарита постоянно лезет туда, где опасно? Что за страсть?

— Экстремальная натура. Есть особая категория людей, которые получают наслаждение от риска, от преодоления собственного страха. Рита из их числа.

— Я это уже понял. А как бороться? Меня подобный экстремизм не устраивает.

— Бороться бесполезно. Ты, конечно, можешь заставить ее отказаться от рискованных затей моральным давлением или транквилизаторами, но она не будет получать удовольствия от жизни. И это уже будет не та Маргарита, которая тебе понравилась. Лично я ею восхищаюсь. Я бы не смог. Хотя и работаю в службе спасения и много чего приходится делать.

— Я тоже восхищаюсь, — признался Александр. — Но мое сердце не выдерживает.

— Хуже того, я тебя обрадую. Чем дальше в лес, тем больше дров. Любое удовольствие, пусть самое сладкое, со временем приедается. Для Маргариты наслаждение заключается в ощущении опасности

— Со временем ей захочется большего, ее игры с судьбой приблизятся к черте, За которой процент выживаемости равен нулю. Пока она оставляет себе шанс остаться живой, но когда-то она придумает трюк, страшный и невыполнимый.

— Ты, блин, меня, конечно, обрадовал, — подавленно пробубнил Валдаев. Нарисованная психологом перспектива его убила. — И что же она придумает?

— Ну, не знаю. Например, в русскую рулетку играют с одним патроном. А если положить в барабан три или пять? Как вам идейка?

— Это же верная смерть! — возмутился Александр.

— Вот я и говорю.

Сыщик в смятении уперся взглядом в ботинки. Он не верил, что когда-то Маргарита полностью утратит инстинкт самосохранения и сделает с собой что-то непоправимое. С другой стороны, о каком инстинкте самосохранения можно говорить, если девчонка готова сутки болтаться на тросе, сброшенном с вертолета, словно карась на леске?!