Как я строил магическую империю 9 - Константин Зубов

шлемов. Поэтому, убедившись, что это в принципе возможно, мы снизили скорость до двухсот километров в час.

— В следующей версии надо стеклянный купол делать, — заметил Свят.

Общались мы, кстати, через встроенные в шлемы рации.

— Тебе-то там сзади чего? — рассмеялся я. — Весь ветер мне в лицо дует.

— Можно подумать, я место выбирал, — буркнул рыжий. — Давай приземлимся и поменяемся.

— Обязательно поменяемся! Вон, кстати, уже Орёл.

Летели мы на высоте километра, и справа у горизонта недалеко друг от друга появились два города. Один старый, разрушенный и заросший деревьями, а другой новый, огороженный высокой каменной стеной.

— А вон карьеры! — ткнул пальцем влево Свят, и Гензо тут же обвёл это место красным кружочком. Впрочем, это оказалось излишним, даже без бинокля разработки было видно издалека. Михайловское месторождение — основной источник железа Нижегородской империи, доступ к которому ныне блокировали пермские войска.

Каких-то двести пятьдесят километров до Савино. Ну, пусть триста, если ехать по дорогам, всё равно недалеко. И вроде вот оно железо — бери сколько хочешь. Но хрен там, где-то здесь в лесах и монстры, которых привлекли манками, и сами пермяки в засадах.

Словно подтверждая мои слова, внизу полыхнуло сразу несколько взрывов.

— Там перестрелка, — сообщил Гензо.

Мда, хочется, конечно, помочь, но, если ввязываться в каждую идущую в империи перестрелку, мы никогда никуда не долетим.

Нет, двигаемся дальше — именно Ижевск сейчас представляет наибольшую ценность, и там точно можно много чем поживиться, а может быть, и устроить небольшую диверсию. Не то чтобы это было нашим планом, но на всякий случай мы затарились под завязку, прихватив парочку гранатомётов, снайперских винтовок, ну и четыре бомбы про запас. Мало ли как пойдут дела.

Убедившись, что над Орлом всё ещё висит знамя Нижегородской империи, мы развернулись и полетели по прямой через Рязань и Муром к Нижнему Новгороду.

— Красиво, конечно, — восторженно проговорил Свят. — И даже не скажешь, что там внизу идёт война. Вот смотри, поля как раскинулись, сады, машины по дорогам ездят. Деревеньки мирно стоят.

— Ну так её здесь и нет, — заметил я. — Думаю, что у Ижевска всё совсем иначе.

— Это да… А сколько там точно километров от Ижевска до Перми? Двести тридцать?

— Ну, я не знаю, как далеко новая Пермь находится от старой. До старой да — двести тридцать.

— Может, всё-таки слетаем? Час всего с небольшим, даже если не ускоряться.

— Может, и слетаем, — кивнул я, — будет зависеть от того, как дела на границе.

— В любом случае разведывать территорию нужно, — продолжил говорить очевидные вещи Свят. — По факту, это можешь сделать только ты, потому что у тебя Иван Иванович. Остальных рано или поздно спалят, если они не будут на самой большой высоте летать, да и там тоже могут. А с Иваном Ивановичем можно хоть до Америки долететь, и не очень, кстати, долго получится. А если ещё кабину сделать, так вообще быстро.

— На хрена нам в Америку лететь? — удивился я. — Там и в домагическую эпоху только хлопок выращивали.

— Ну, не в Америку, но в Европу-то можно? Хотя бы для того, чтобы убедиться, что там сейчас какая-нибудь армия не собирается на нас напасть. Да и в Азию тоже неплохо бы заглянуть.

— Это да.

На самом деле я сам частенько думал о том, в какое интересное время попал в этот мир. Люди только-только начали возвращать утерянные технологии, при этом открывая новые типы магии.

Именно в этот период в истории моего мира соседние государства начали находить друг друга и, разумеется, воевать. Поэтому то, что сказал Свят, действительно было чрезвычайно важно. Обязательно нужно будет выделить время, чтобы слетать хотя бы на пару тысяч километров в каждую сторону и убедиться, что огромная армия не движется к нам. Ну и попутно составить карту крупных городов и поселений.

О том, что происходит в пределах пятисот километров, мы знали от сталкеров, но тоже лишь приблизительно.

— О, Рязань! — обернувшись, ткнул пальцем Свят.

— Да, знакомые стены.

Мы пролетели над Рязанью, а через час и над Муромом. Здесь всё было так же, как я запомнил. Ну, конечно, с поправкой на то, что смотрели мы на все с высоты. Единственное, что указывало на то, что идёт война, — это множество военной техники на дорогах.

То, что мы подлетаем к Нижнему Новгороду, стало понятно издалека. Лесов не осталось, и лишь изредка попадались охотничьи угодья или сады, сконцентрированные вокруг зелёных кристаллов. Все же остальное было застроено или засеяно. Меняться местами мы так и не стали, я как представил, что не вижу того, что передо мной, так сразу и передумал.

— Давай город слева облетим, — предложил Свят. — То есть с запада.

— Зачем? И так время тратим.

— А тебе что, неинтересно? — В голосе помощника прозвучали странные интонации.

— Интересно что? — уточнил я.

— Ну, на дом свой посмотреть.

Твою мать.

Едва Свят об этом упомянул, как в груди что-то кольнуло — видимо, эмоции Димы. Тут же перед глазами встал покрашенный в синий цвет трёхэтажный особняк. Аккуратно подстриженный изумрудный газон с фонтанами и каменными дорожками между ними. Бегущая по ним маленькая Аня, и стоящие у бассейна смеющиеся родители.

Этот дом продали ещё до того, как я появился здесь, и мне досталась только квартира в Нижнем. Конечно, было бы интересно залететь и посмотреть, но, наверное, в другой раз. Всё-таки это не моя жизнь. Моя жизнь в настоящем… и будущем.

— Не, Свят, давай как-нибудь, когда все станет хорошо. Это лишний час, — проговорил я и взял резко вправо.

В Нижнем Новгороде меня ничего не интересовало, и по большому счёту пролетали мы над ним только для того, чтобы Свят сделал фотографии, ну и Гензо всё записал и в случае нужды нам показал.

То, что идёт война, стало хорошо заметно после Казани: резко увеличилось количество занявших высоты войск и техники. Причём вскоре я отчётливо увидел границу, на которой в случае продвижения пермяков нижегородцы будут их удерживать. Мы пролетели ещё дальше и такую же линию увидели и с другой стороны. Здесь в случае контрудара готовились дать бой пермяки. Между армиями было километров пятьдесят, и пока мы летели, Гензо успел зафиксировать несколько перестрелок и два громыхнувших