Как я строил магическую империю 9 - Константин Зубов

Как я строил магическую империю 9

Глава 1

— Наши шмотки я закопал! — доложил Свят.

— Хорошо.

— А вы уверены, что это хорошая идея, Дмитрий Николаевич? — с сомнением посмотрел на меня Рыбак.

— Других нет, — усмехнулся я и ткнул пальцем в лежащую на траве шестиметровую доску-бомбардировщик. — Залезай давай.

— Тут это… между нами… я высоты немного боюсь.

— А ты вниз не смотри, — подтолкнул друга Топор.

— Ну, это да. — Рыбак неуверенно шагнул вперёд. — А сидя лететь можно?

— Можно даже пристегнуться, — рассмеялся я, при этом не забывая ментальной магией немного успокаивать встревоженного члена команды. — Пётр Андреевич специально колечки приделал и тросы с карабинами к ним.

— Только если навернёшься, — назидательно поднял палец Свят, — не ори, а то спалишь нас. Просто виси спокойно, отдыхай, а как надо будет, мы тебя назад затащим.

— Может, я всё-таки с земли вас прикрою? — предпринял последнюю попытку соскочить Рыбак, но его тут же подхватили под обе руки, посадили на платформу и пристегнули к ней.

Несмотря на шутки и прибаутки, на лицах у всех читались сомнения. Ну, разве что Даня широко улыбался и уже давным-давно занял место на самом носу доски.

— Повторяю, — повысил голос я. — Сидите, стойте, хоть висите на руках, главное, не мешайте мне. И по рюкзаку пока наденьте, чтобы места свободного больше было.

Приготовления заняли ещё несколько минут, после чего, убедившись, что все мои спутники более-менее уверенно расположились на платформе, я сам встал по центру и взял в руки пульт управления.

— Может, подождём, пока стемнеет? — снова подал голос Рыбак.

— Гензо, — повернулся я к сидящему у меня на плече хранителю.

— Уже двадцать минут, как стемнело, — сообщил он.

— Уже стемнело, — повторил я, хотя, признаться, мне тоже было трудно в это поверить, ведь вокруг было почти так же светло, как и днём.

Сработали таблеточки, и вся наша пятёрка получила ночное зрение. Да, цвета были немного блеклые, но при этом складывалось впечатление, что контрастность увеличилась, и, по идее, тех же противников на большом расстоянии мы теперь должны видеть лучше.

— Взлетаем!

— Если что, передайте Василисе, что она лучшая женщина, что я встречал, — прошептал Рыбак и вцепился в край доски.

Вместо ответа я нажал рычажок на пульте, и платформа, резко вздрогнув, подскочила на метр.

— Твою мать!

Рыбак резко отшатнулся от края и чуть не свалился с другой стороны. Топор схватил его на плечо и усадил назад.

— Без паники, это только взлёт такой резкий, — успокоил я спутников. — Дальше постараюсь вести плавно… По возможности.

Последнее я добавил себе под нос и обратился к Гензо.

— Маскировка?

— Установлена, босс.

— Тогда погнали.

Мы полетели вверх, но теперь значительно плавнее, а когда кроны деревьев остались в двадцати метрах внизу, снова остановились.

Даже на фоне бледно-голубого неба высоко висящие летающие тарелки противников с ходу разглядеть не удалось, и Гензо обвёл их красными кружочками.

— Высота примерно четыре тысячи метров, — сообщил хранитель. — Могу немного приблизить.

— Не нужно, просто следи, чтобы я летел в правильном направлении.

Я нажал рычажок, и мы, все больше ускоряясь, стали подниматься. Уже через несколько минут на земле остались различимыми только пятна. Потемнее — леса, посветлее — равнины и холмы, синие полоски — реки. А над нами серо-голубое небо и яркие точки звёзд.

— Красота, — выдохнул Даня, с лица которого по-прежнему не сходила улыбка.

— А я, пожалуй, тоже присяду.

Свят опустился рядом с Рыбаком.

— Да и я.

Топор тоже сел.

— Да ну чего вы? — Даня оглянулся на них. — Когда ещё такое увидите?

— А ты фото сделай, я потом под пивко гляну, — пробурчал Рыбак, стараясь смотреть прямо перед собой. — Мы ещё недостаточно взлетели?

— Пока километр из четырёх, — «обрадовал» его я.

— Твою же мать… А когда будет холодно?

— Да не будет холодно. Я накидал тут руны, они добавляют кислорода и немного подогревают воздух.

— Спасибо, ваше сиятельство, от души!

Мы продолжили подниматься, и вскоре я наконец заметил первую точку, а потом и вторую. Наши первые цели.

— Остальные двое вон там.

Более глазастый Гензо обвёл, на мой взгляд, пустые участки неба двумя красными кружочками.

— Кто ближе?

— Вот этот.

Над одной из точек появилась красная стрелка.

— Принято.

Я сдвинул второй рычажок, и теперь мы полетели под углом.

— Вот жил же спокойно, — ворчал под нос Рыбак. — На охоту ходил, на рыбалку. Как так получилось, что сейчас я здесь?

— Замолчи ты уже. — Топор отвесил ему лёгкий подзатыльник. — Зато будет, что Василисе рассказать, а она потом твоим внукам расскажет.

— Я и сам смогу, — набычился Рыбак.

— Маловероятно с твоим образом жизни…

— Ладно, хватит, — поднял голос я. — Уже близко.

Действительно, чёрная точка стала приобретать очертания маленькой летающей тарелки. Кстати, очень странный выбор формы. Я сразу предпочёл вытянутую, похожую на доску для скейтборда или сёрфинга, конструкцию. Пермяки же сделали круглую. Видимо, жертвуя скоростью ради устойчивости. Впрочем, чего-чего, а гонок я сегодня точно не планировал и делал упор на невидимость и неожиданную атаку.

— Что со слышимостью? — спросил я у Гензо.

— Лёгкий гул начинается с тридцати метров, но, если предварительно притормозить и подлетать совсем медленно, думаю, ещё метров пять-семь он не поймёт, что происходит.

— Топор, с двадцати пяти метров в сердце попадёшь?

— В теории, да, — проговорил здоровяк, крутя в руках копье. — Но лучше, конечно, метров с пятнадцати.

— Значит, сделаем пятнадцать, — кивнул я. — Промахиваться нельзя.

Над платформой повисла тишина, и следующие десять минут мы слушали только свист ветра.

— Какой же он огромный, — пробормотал вдруг Топор.

— Кто? — повернулся к нему Рыбак.

— Да Воронеж. — Здоровяк кивнул на широко раскинувшиеся перед нами развалины города. Бывший бородач повернул голову и вздохнул:

— Это да. Задолбаемся зачищать…

— Зато сколько всего мы оттуда вытащим! — оскалил зубы в улыбке Свят. — Там же даже ещё заводы