Королева френдзоны (СИ) - Варвара Корсарова

— Погода подкачала, куда в такой холод за город! Поэтому мы решили провести вечер активно, но познавательно.

— Ты взял на работе в холле рекламный буклет… — догадалась Диана.

— Ну да, — подтвердил Глеб.

Диана закатила глаза и беспомощно потрясла руками.

— Ульяна, ты почему теплую куртку не надела? — строго спросил Федор. — Плащик совсем тоненький. Да еще без шапки!

— Пап, мне и так тепло!

— Нет, не тепло.

— Ты как будто лучше меня знаешь, тепло мне или нет!

— Возьми мою куртку, — заботливый отец принялся расстегивать молнию, Ульяна замотала головой, Глеб тоже попытался что-то сказать, но тут спорщиков грозно позвала экскурсоводша:

— Пожалуйте в автобус! — и добавила замогильным и многообещающим голосом: — Уж полночь близится, а мы все тут торчим. Скорее же, нас ждут городские легенды!

Она поманила замешкавшихся указательным пальцем с необычайно длинным ногтем.

26

Со сноровкой опытного пастуха экскурсоводша загнала участников экскурсии в микроавтобус.

Внутри было тепло. Диана заняла место у окна, рядом с ней села Тина, Федор устроился напротив, лицом к ним, и сразу же вытянул ноги так, чтобы коснуться коленей Тины. Впрочем, это могло получиться случайно.

Глеб и Уля сели через ряд и принялись шептаться.

Экскурсоводша, которая представилась Маргаритой, выключила в салоне свет и взяла микрофон. На микрофоне горела лампочка, подсвечивая ее лицо снизу зеленым, как у ведьмы.

Автобус медленно покатил по улицам, Маргарита начала говорить:

— Дамы и господа, сегодня мы отправимся в необычное путешествие. За века наш город обзавелся собственными тайнами, мифами и, конечно, призраками. Всем известные здания и улицы, которые при свете дня кажутся скучными и привычными, в ночное время становятся другими. Мы побываем в местах, где случаются загадочные явления и где оживают страшные городские легенды!

Маргариту не зря поставили вести эту экскурсию. У нее был замогильный голос, которым она ловко управляла. То таинственности подпустит, то жути подбавит. От ее слов мороз продирал по коже. Еще и потому, что микрофон порой издавал противный скрип, как будто Маргарита тайком царапала акриловым ногтем по стеклу.

Пассажиры почтительно слушали и пикнуть не смели. Даже Диана притихла.

Автобус мерно покачивался, окна слегка запотели. А за окнами размытый город мерцал синеватыми огнями в кромешной темноте. Черные ветки проплывающих мимо деревьев сплетались в зловещий узор. Памятники выглядывали из теней, как притаившиеся убийцы.

Тине было интересно слушать рассказ и наблюдать за городом, который теперь и правда выглядел по-другому. Он потерял обыденность и наполнился мистикой.

Она глянула на Федора: тот в окно не смотрел, а внимательно изучал ее лицо. Огни отражались в его глазах, и глаза горели, как у тигра.

От неожиданности Тина вздрогнула, Федор едва заметно улыбнулся, но взгляда не отвел. Пришлось Тине сделать вид, что ей срочно понадобилось заглянуть в экскурсионный буклет.

Она внезапно поняла, что нравится Федору очень сильно. Она чувствовала, как он продолжает рассматривать ее щеку, выбившийся на лоб локон, следит за движением ее рук, отмечает, как она прикусывает губу… И Тине становилось жарко, но неясно: приятно или нет.

Автобус свернул в тесный переулок, доехал до конца и остановился. Пассажирам велели выйти. Федор вышел первым и галантно подал Тине руку. Когда Тина спускалась, он как-то ловко шагнул ближе, отчего их лица почти соприкоснулись и Тина ощутила на лице его дыхание. Ее собственное дыхание от этого чуточку сбилось.

— Сейчас мы с вами посетим здание, которое пустует уже много лет, — объявила Маргарита, добавляя в голос мрачности.

— По-моему, здесь раньше был склад запчастей, — задумчиво заметил Федор, встав рядом с Тиной.

— Да, был, — недовольно отозвалась экскурсоводша. — А до революции здесь располагался анатомический театр. Можете представить, что тут творилось?

— Что же? Орудовал доктор Франкенштейн?

— Почти! — драматически воскликнула экскурсоводша. — Но давайте пройдем в здание, и я расскажу о его призраках и легендах. Держитесь вместе и не отставайте!

Она привела их в дворик, который словно сошел со страниц романов Достоевского, если бы тот писал в соавторстве со Стивеном Кингом.

Ободранные стены из старого красного кирпича уходили наверх и терялись в темноте, голос экскурсоводши прыгал между ними вместе с гулким эхом. От стен веяло тоской, тленом и холодом. По углам двора торчали голые кусты, под ногами похрустывали осколки шифера. Светил тусклый одинокий фонарь. Пахло известкой и кошками.

— Живо, в круг! — скомандовала Маргарита, как будто приглашала всех принять участие в ритуале.

Участники экскурсии послушно сгрудились вокруг экскурсоводши, боязливо поглядывая по сторонам. Они стояли под фонарем, в бледной лужице света, за ее пределами царила темнота.

Сквозь низкую арку свистел свежий ветер. Уля обхватила себя руками. Подол ее плащика развевался, тонкие колени подрагивали, но на лице было написано упрямство. Федор страдальчески посмотрел на дочь, но от замечаний по поводу одежды воздержался. Будь Уле шесть лет, он бы отправил ее домой надеть шарф, шапку и варежки и выпить горячего чаю с малиной. Но свой шанс приказывать дочери он упустил много лет назад.

Тине было любопытно за ним наблюдать.

— Она не простынет, — успокоила она его шепотом. — Ветер не настолько холодный. Ей просто зябко после автобуса. Не страшно, на ногах у нее плотные колготки. Сейчас будем ходить по помещению, и Ульяна согреется.

Федор внимательно посмотрел на нее.

— А ты не мерзнешь?

— Нет, мне даже жарко.

— Ты-то правильно оделась, по погоде, — сказал он одобрительно. — Люблю здравомыслящих женщин.

Но все же встал так, чтобы загородить от ветра, и слегка прижался грудью к ее спине.

Глеб отдал Уле свой шарф. Та посопротивлялась для виду, но шарф приняла и накинула на голову. Федор тихонько вздохнул — не то с гневом, не то с облегчением.

— Прежде чем мы войдем внутрь, послушайте легенду, связанную с этим домом, — сказала экскурсоводша. — Итак, до революции здесь размещался корпус медицинского университета. На кафедре служил некий профессор Порфирий Францевич Козлодаров. Он изучал работу внутренних органов и слыл знающим вивисектором.

Экскурсанты боязливо притихли.

— Известный был медик? — спросил Федор.

— Гремел на всю Европу, — отрезала экскурсоводша.

Федор с сомнением покачал головой.

— Сначала профессор Козлодаров экспериментировал с животными, а потом перешел к людям. Он знакомился с уличными барышнями, ночью приводил их сюда, в свою лабораторию, и… — Маргарита закончила зловещим шепотом: — После этой встречи барышни легкого поведения на улице больше не появлялись.

Она сделала драматическую паузу, чтобы каждый мог представить участь барышень в силу своей фантазии.

Уля боязливо прижалась к Глебу. Дама в очках охнула. Юнцы заржали. Маргарита посмотрела на них неодобрительно и продолжила:

— Козлодаров был хоть и немолодой, но представительный: волосы