Праздник под угрозой - Алекс Хай

щеку и тут же отстранилась. За спиной Иды стояли ее родители и даже Лиза Рибопьер.

Я поклонился.

— Ваши сиятельства…

— Прибыли в полном составе на помощь, — улыбнулся Феликс Феликсович, пожав мне руку. — И не с пустыми руками. Братцы, выгружайте!

Только сейчас я увидел большой фургон, припаркованный позади черного «Ирбиса» князя. Несколько бравых молодчиков распахнули двери и принялись выгружать…

— Вы что, ресторан ограбили? — удивился я.

— Почти, — улыбнулась княгиня Юсупова. — Нагрянули в «Медведь» и смели весь шведский стол. Кажется, бефстроганов еще не успел остыть…

Ида руководила грузчиками — те заносили под купол целые палеты, нагруженные лотками с едой и одноразовой посудой.

— Спасибо, ваша светлость, — я кивнул князю, но тот лишь улыбнулся.

— Моя прабабка, княгиня Зинаида Николаевна, в честь которой я назвал свою дочь, воспитывала своих детей и завещала всем потомкам нашего рода следующее: «Чем больше дано вам, тем более вы должны другим. Будьте скромны. Если в чём выше других, упаси вас Бог показать им это». И мы помним этот завет, Алексей Иоаннович.

— Что ж, приятно, что наши подходы совпадают, — отозвался я. — Прошу прощения, мне нужно проверить купол.

Юсупов понимающе кивнул.

— Разумеется, Алексей Иоаннович. Мы займемся раздачей еды.

Народу прибавилось — да столько, что мне пришлось расширять диаметр купола. Теперь он занимал почти все свободное пространство между храмом и проезжей частью.

— Если так пойдет дальше, нам понадобится больше магов, — нахмурилась Таня.

— Благо с этим проблем не возникнет, — отозвался я. — Здесь Юсуповы.

Уваров, судя по всему, окончательно вошёл в ритм работы — его магический поток стал стабильным, и он поддерживал тепло внутри барьера. Но доводить парня до выгорания я не собирался и попросил Танню его сменить.

— Пока выпей чаю, — сказал я. — Передохни. Мы тут разберемся. И да — отличная работа.

Леня засиял от похвалы, аки медный таз. Мы с Таней перенастроили потоки внутри структуры купола, когда к нам подошла Лиза Рибопьер. Не отрываясь от работы, я представил девушку сестре.

— Я могу вам помочь? — спросила недавняя беглянка.

— Неплохо бы добавить эфира, пока я вяжу стихии, — сказала Таня.

Лизавета старалась не поднимать на меня глаз и тут же полностью сосредоточилась на куполе. Я убедился, что девушки справлялись и, добавив еще немного эфира, отошел в сторону.

Люди тем временем начали откуда-то приносить столы, лавки и котлы, которые должны были служить для приготовления горячих напитков и супов.

Неожиданно подтянулась и баронесса Витте, вдова барона, которая жила недалеко от нас в миленьком особняке на Каменноостровском. Колоритная старушка, видавшая, кажется, четырех императоров. Опираясь на трость с массивным набалдашником, она придирчиво огляделась по сторонам.

— Кто здесь главный? — зычным голосом объявила старушка.

Я вышел вперед.

— Видимо, пока что я, ваше благородие, — я коротко поклонился. — Алексей Николаев, сын Иоанна Карловича.

Старушка прищурилась на меня через старомодные очки.

— Я, ваша светлость, стара и подслеповата, но газеты все же еще читаю. И я знаю, кто вы такой. Вижу, вы тут волонтерствуете в связи с этой напастью?

— Немного замешаны. А вы желаете присоединиться к инициативе, Аида Павловна? Или, быть может, сопроводить вас погреться?

— Погреться я могла и дома, благо камин рабочий. — Старая баронесса обернулась к одному из своих слуг. — Скажи мальчишкам, пусть пробегутся по близлежащим домам и донесут до всех, что здесь есть пункт помощи. А сам поезжай к нам и возьми из гаража ту старую походную кухню на прицепе. Да те чаны, в которых Эля супы варит. И чаю прихвати короб! Лишним не будет…

— Сию минуту, госпожа!

Старая баронесса подмигнула мне:

— Мой покойный супруг приволок этот чудовищный тарантас, кажется, из Липецкой губернии. Раритеный, старинный. Все восстанавливал на досуге. Вот уж не думала, что эта колымага еще пригодится…

— Благодарю, Аида Павловна, — кивнул я и обернулся, чтобы подкорректировать потоки в куполе.

Слуга тем временем быстро поклонился и был таков. Сама же баронесса Витте стянула перчатки, обнажив на морщинистой руке опаловый ранговый перстень.

— Передохни пока, юноша, — обратилась она ко мне. — Не стоит тратить сразу весь эфир. Температуру держать много ума не надо… Я помогу девицам с заклинанием.

— Уверены?

Она смерила меня столь насмешливым взглядом, что я решил не давить на старую женщину. Хочет внести свою лепту — кто ж против…

А на площади тем временем было не протолкнуться.

— Я впервые за долгое время почувствовал, что мы действительно делаем что-то важное, — сказал Лёня, оказавшись рядом со мной. — Все эти Искажения и борьба с ними — это, конечно, серьезно. Но тут ты сразу видишь, что помог. Здесь все просто и понятно…

Я обернулся к товарищу.

— С Искажениями все тоже просто и понятно, Лёнь. Их нужно уничтожать. Это борьба жизни против смерти, а мы — те, кто стоит обеими ногами по разные стороны. Это наш дар и наше бремя.

— Зато сейчас, видя этих людей, я хотя бы вспомнил, ради кого мы все это делаем.

— Вот! Наконец-то, — улыбнулся я. — Тебе просто нужно почаще выходить в город.

Леня вернулся к куполу, а меня перехватила Ида. Младшая Юсупова в съехавшей набекрень меховой шапочке несла целую пирамиду одноразовых тарелок. Кто-то случайно толкнул ее, и все это нагромождение опасно покачнулось. Я придержал башню и улыбнулся.

— Осторожнее, ваше сиятельство.

Ида задержала на мне взгляд.

— Так я прощена вами за все свои безрассудства, Алексей Иоаннович? — едва слышно спросила она.

Глава 14

Я огляделся по сторонам.

— Сейчас не лучший момент, чтобы это обсуждать, Ида Феликсовна.

Девушка улыбнулась.

— Тогда помогите мне донести этот мусор до контейнера. По пути и поговорим.

Желание дамы — закон. К тому же она действительно немного не рассчитала — башня из использованной одноразовой посуды была легкая, но угрожала рассыпаться в любое мгновение. Я снял примерно половину и кивнул в сторону края площади, где на кустах развесили мешки для мусора.

Люди вообще как-то быстро самоорганизовались — и за порядком следили, и в очереди сами выстраивались, а все конфликты как-то затухали сами по себе, не успевая начаться. От нас, волонтеров, лишь требовалось придать всему этому процессу начальный импульс.

— Итак, Алексей, — Ида смущенно