Русский синдикат - Андрей Ростовский

— А зачем тебе нужен был офис?

— Да так, разная мелочь. Занимался подборкой специалистов для работы в Америке. Разные там физики, химики, инженеры. В основном из стран СНГ. Помогал людям находить высокооплачиваемую работу.

— На хрена это тебе? У тебя же, барыга, миллионы, а ты еще занимался перекачкой мозгов из России, гнида, — возмущался Шальной.

Евгений Валерьянович потупил глаза.

— Да это так… был конкретный заказ. Да это так… между прочим… поручили… Просто помогал людям.

— Короче, хватит блеять, благодетель хренов! — Шальной подвинул к Тарасюку бумагу и карандаши. — Малюй, гнида! Да чтобы без ошибок! Башкой за точность ответишь.

Евгений Валерьянович начал подробно вычерчивать план расположения базы колумбийцев.

Акция федерального агента

Получив от Евгения Валерьяновича необходимую информацию, Феликс и Коля Шальной отправились в Нью-Йорк. Все остальные покинули Майами и вместе с Джино Кастелано и Сани Делоручи поехали к озеру Мичиган, в славный город Чикаго.

Гоша, Леня Винчестер, а также неразлучные кикбоксеры Гена и Славик устали нежиться под лучами яркого солнца Флориды. Отдохнули от всей души: плескались в волнах Саргассова моря, с утра до вечера валялись на пляже, кадрили сексапильных красоток и покрылись густым бронзовым загаром. Но, как говорится, «делу время, а потехе час». Отдохнули и хватит. Пора за работу приниматься, выполнять ту миссию, ради которой приехали.

Решено было всем концентрироваться в Чикаго. На мобилизацию сил отводилось четыре дня.

Феликс и Шальной рванули в Нью-Йорк, чтобы собрать там своих кентов и тоже направиться на родину Аль Капоне.

В аэропорту Кеннеди, как только наши друзья сошли с трапа комфортабельного «Боинга», их сразу окружили шестеро людей в штатском. В одном из них Феликс признал агента ФБР, который проверял его документы в ресторане на Брайтоне.

— Господа, прошу вас проследовать за нами.

— С какой стати? — возмутился Шальной.

— Вы должны поехать с нами в управление. — Агент Пирсон говорил по-русски.

— На хрена нам с вами идти? Что вы хотите нам предъявить? — негодовал Шальной.

Подогревшись в самолете полбутылкой доброго виски, он во всю ширь проявил свой и без того достаточно агрессивный характер.

— Сержант Томпсон, наденьте на этого человека наручники и зачитайте ему его права, — обратился Пирсон к чернокожему здоровяку, стоящему слева от Шального.

Тот, не дожидаясь повторения приказа, схватил агрессивного «законника» за руку и стал ее больно выворачивать.

— Ах ты падла черножопая! Негр вшивый! — рассвирепел Шальной и пнул сержанта ногой в пах.

Тот согнулся, выронив наручники, но двое других сразу ринулись к Шальному. Шустрый жулик ловко вывернулся и выхватил из-за лацкана пиджака половинку опасного лезвия для бритья. Недолго думая, он успел полоснуть по щеке одного из нападавших, но тут же был повален на землю. Буяна скрутили и повели к стоящей рядом машине.

В момент сопротивления негодующего вора два агента схватили Феликса за руки, а агент Пирсон направил на него пистолет и произнес:

— Надеюсь, вы будете более благоразумны или, может быть, тоже попытаетесь оказать сопротивление?

Чикаго свободно проводили во вторую машину. Ровно через полчаса их доставили в нью-йоркское отделение ФБР и развели по разным камерам временного содержания.

Через несколько минут Феликс был доставлен в кабинет для допросов, там его поджидал Фокс Пирсон.

— Феликс Ларин? — вместо приветствия произнес он.

— Нет, граф Монте-Кристо, — с озорством огрызнулся Феликс. — Вы же, агент, и так, наверное, все обо мне знаете. Вы серьезная организация и наверняка с нашего прошлого знакомства собрали обо мне достаточно информации, чтобы не задавать нелепых вопросов.

— Разумеется. Вы, я вижу, неглупый человек, господин Ларин, и поэтому сразу перейду к делу. Все о вас я, разумеется, выяснил у российских коллег.

— Понимаю, вы же не зря фиксировали мои данные.

— Так вот, — продолжил Пирсон, — в информации сотрудников ФСБ о вас сказано, что вы известная личность в криминальном мире России, но, к сожалению, у них на вас ничего нет. Чего не скажешь о вашем дружке Николае Парамонове, он же Шальной, он же Псих. Он находится во всероссийском розыске. За сопротивление при аресте и за нанесение телесного повреждения нашему агенту мы посадили бы его минимум лет на пять-семь. Но увы. Я обещал российским коллегам, в виде компенсации за многочисленные услуги с их стороны, депортировать Парамонова в Россию. Сейчас, возможно, ему немного намнут бока, хотя я об этом, конечно, не знаю. — Агент ФБР хитро прищурился. — И уже завтра мы его депортируем и сдадим вашим органам в аэропорту Шереметьево. А там по совокупности преступлений ему грозит не менее пятнадцати лет. Что такое российские тюрьмы, я знаю. — Фокс Пирсон улыбнулся.

«Много ты знаешь, америкашка, — подумал Феликс. — Если ты думаешь, что „вору в законе“ будет хуже в российской тюрьме, чем в вашей, ты глубоко ошибаешься. И хоть у вас здесь санаторий по сравнению с нашей зоной, а тем более с „крыткой“, но „законник“ у нас в местах лишения свободы чувствует себя как рыба в воде». А вслух сказал:

— Я понимаю, агент, за что вы взяли Николая. Сопротивление властям, нанесение телесных повреждений… Но что вы попытаетесь инкриминировать мне? Ведь за мной в вашей стране никаких грехов не водится.

— Здесь за вами пока не числится ничего противозаконного, — немного помедлив, пошел в лобовую атаку агент Пирсон. — В этом вы абсолютно правы. И депортировать вас практически не за что. Но ведь вы, мистер Ларин, прекрасно понимаете, что ничего невозможного в мире нет. И если у меня возникнет желание, я смогу вас не только депортировать в Россию, но и предъявить обвинение здесь… Например, за хранение наркотиков. — Агент подмигнул молодому человеку.

— Разумеется, я знаю ваши хитромудрые штучки. Это не ново ни у вас, ни у нас. Только какого черта вам это нужно? Что вы от меня хотите?

— А это уже вопрос по существу. — Агент ФБР снова сделал паузу. — У меня есть предложение.

— Предложение?

— Да. Я хотел бы с вами заключить, так сказать, джентльменское соглашение.

— Соглашение?

— Именно. Я хочу предложить вам в обмен на некоторую информацию полнейшую свободу.

— По-моему, агент, вы не по адресу обратились. Ведь однажды мой приятель Василий вам недвусмысленно ответил на аналогичное предложение. Неужели вы считаете, что я больше подхожу на роль стукача? — Феликс гневно посмотрел на собеседника. — Ищите «дятла» среди своих информаторов.

— Зря вы так, молодой человек. Я вовсе не хотел принизить ваше достоинство. Я кое-что узнал о вашей личности и не стал бы зазря склонять вас к подлым, по вашему мнению, поступкам.

— Тогда что же вы от меня хотите?

— Не надо никого сдавать, тем более доносить на кого-то. Мне не нужно ни имен, ни фамилий, ни информации о каких-то конкретных событиях.

— Удивительно! — Феликс недоверчиво усмехнулся.

— Я хочу вам задать вопросы, так сказать, на общие темы. Если вы посчитаете возможным ответить на них, я буду вам благодарен. Если нет, ваше право. Но если вы сможете удовлетворить мое любопытство, я даю вам мужское слово, что вы сегодня же уйдете отсюда на все четыре стороны.

— Мужское слово? — переспросил с ухмылкой Феликс.

— Но вы же умный человек — наверняка понимаете, что мне незачем врать. Получив нужную информацию, я не буду иметь интереса оставлять вас здесь.

— Логично… Хотя верится с трудом.

— Но ведь вы ничего не теряете?

— И на этот раз вам в логике не откажешь.

— Тогда, может, стоить попробовать?

— Стоит. Только без протокола, без всяких там штучек, диктофонов и подслушивающих устройств.

— О'кей! Что вы предлагаете? — поинтересовался агент.

— Я предлагаю прямо сейчас выйти из этого кабинета и перейти в холл. Там я укажу, в каком месте мы с вами побеседуем. Или да, или нет. Я просто хочу оградить себя от подслушивающих устройств.

Агент Пирсон на несколько секунд задумался, потом решительно ответил:

— Хорошо. Хоть это по протоколу не положено, я согласен. Пойдемте.

Они вышли из кабинета и, пройдя по длинному коридору, оказались в небольшом холле, где стояли кофеварочный автомат и три кожаных кресла.

— Меня устроит здесь, — сказал Феликс. — Только чтобы нам никто не мешал.

— Хорошо, — согласно кивнул Фокс Пирсон, и они расположились в креслах.

— В Нью-Йорке в ближайшие месяцы было убито несколько российских криминальных авторитетов, — начал агент Пирсон. — Как они называются у вас, «воры в законе». Вы знаете об этих убийствах?

— Возможно.

— Что бы вы могли рассказать об этом?

— Простите, агент, но я могу предложить вам только два варианта ответа. Первый — «ничего не знаю», а второй — «без комментариев».