Русский синдикат - Андрей Ростовский

— Не рамси, братуха! Спусти пар… — прервал своего кента Феликс Чикаго. — Прав ты в главном. Мы — российская братва, и негоже нам перед этими гадами заднего давать. Оторвем их по-русски!

— Так-то оно так. Только как мы вычислим ублюдков? — поинтересовался Паша Бес.

— Думаю, нам в этом поможет наш старый друг мистер «воротила теневого бизнеса», — произнес Феликс, экстренно прилетевший сегодня из Лос-Анджелеса, прервав свой так называемый «кратковременный отпуск».

— Какой такой воротила? — поинтересовался Коля Шальной.

— Тарасюк Евгений Валерьянович. Его как раз сегодня утром доставили на Майами.

— Дайте, братва, я с этой падлой пообщаюсь! — играясь острым стилетом, быстро тыкая им промеж пальцев раскрытой левой руки, положенной на стол, с энтузиазмом обратился к присутствующим Коля Шальной.

— Да, возможно, придется обратиться к твоему искусству владения пером, — согласно кивнул Паша Бес. — Не хрен жалеть этого мудилу. Из-за него столько близких наших полегло.

— Да, братва, много… — с сожалением вздохнул Феликс. — Тогда зачем медлить? Надо дергать в Майами. Если никто не возражает, я вылечу туда вместе с Шальным. Так сказать, для коррекции его необузданного гнева.

— Да, противовес ему не помешает, — согласился старый «законник». — А то Колек Шальной — вор отчаянный и дерзкий. Как бы не перестарался с Тарасюком. Он ведь нам еще живой нужен.

— Да ладно вам, братва. Вы уж совсем из меня Фреди Крюгера сделали, — оскалился Шальной. — Но на эту хохловскую гниду и правда злости много скопилось.

— А вот для этого, брат, Феликс-то и нужен, чтобы гасить твои дерзкие эмоции. Чикаго у нас человек рассудительный. — Паша Бес выразительно посмотрел на Шального.

— Да я че, я с Филом хоть на край света, — спрятал стилет в карман Коля Шальной.

— Тогда по рукам, братва! Не будем терять время. Вылетайте первым же рейсом… И фарта вам!

— Базара нет. Заметано.

Выйдя в аэропорту Майами, где Феликса и Колю Шального встречали Винчестер и Гоша, Чикаго сразу почувствовал, что Флорида является одним из самых жарких мест в Соединенных Штатах в прямом и переносном смысле. Температура повысилась почти до тридцати градусов, и влажный морской воздух был душным.

Вместе с Гошей Винчестером гостей встречал Сани Делоручи, отвечающий за транспортировку ценного груза в виде господина Тарасюка.

Сначала гостей повезли на Оушен-драйв, где находятся самые популярные отели, построенные еще в двадцатых годах в стиле арт деко. Приехав в отель «Кардозо», расположенный на пляже Майами-Бич, они поднялись в просторный номер люкс с замечательным видом на океан.

В номере был включен климат-контроль, и Феликс с Колей Шальным, не успев адаптироваться к жаре, облегченно вздохнули.

В большом зале, обставленном оригинальной мебелью, их уже ждали двое представителей семьи Дженовезе и трое японцев из клана «Черный лотос». Поздоровавшись, Феликс поинтересовался у Сани Делоручи:

— А где мой приятель Джино?

— Он находится сейчас с пленником.

— Где вы его держите?

— На одном закрытом пляже, в районе Вест Палм Бич. На Майами везти его было рискованно.

— Ну и что? Рассказал он вам что-нибудь новое? — поинтересовался Феликс у всех присутствующих.

— Он очень хитрый человек, Феликс-сан, — произнес японец лет пятидесяти с деформированными «кентусами» на кулаках, характеризующими его как профессионального бойца. — Изворотлив, как лисица. Реальной и полезной информации пока очень мало. Он подтвердил, что финансовые средства переводились на счета банков в Колумбии и Венесуэлы. Указанные им счета сейчас обрабатывают наши люди. В большинстве своем это подставные компании.

— Тем не менее, — вошел в разговор Сани Делоручи, — мы считаем, что он нам мозги пудрит. Сто процентов, что он обладает полезной информацией, но хитер, собака.

— Тогда, может, сразу поедем к нему и совместными усилиями добудем у него необходимые сведения? — предложил Чикаго.

— Хорошо, мы не против, — согласились присутствующие.

Через некоторое время машины уже двигались из Майами на север по восточному побережью.

Большой закрытый пляж не действовал по причине его реконструкции, затеянной японским бизнесменом, находящимся в дружеских отношениях с кланом «Черный лотос». Он находился между городами Вест Палм Бич и Орландо в довольно пустынном месте.

Уже на подъезде к нему Феликс своим зорким глазом обнаружил много постов с охранниками, с которыми по рации переговаривался Сани Делоручи.

Миновав все блокпосты, они подъехали к зданию — небольшому, закрытому на ремонт отелю. По лестнице гости спустились в подвальное помещение. Пройдя по его лабиринтам с разными хитрыми дверьми и переходами, они оказались в комнате, где в привинченном кресле, за привинченным столом восседал сам мистер «финансовый магнат» с изрядно потрепанным и измученным видом.

Увидев его физиономию с обвисшими щеками и синими кругами вокруг глаз, Феликс тем не менее с трудом удержался, чтобы не садануть кулаком в мясистый нос.

«Гнида позорная. Сколько по твоей вине людей погибло!» — Но трезвый рассудок, взяв верх над эмоциями, удержал Феликса от необ-думанного поступка. Ведь удар с вложенной в него злостью и яростью, а также омерзением, которые Феликс испытывал к так называемому предпринимателю, мог лишить того жизни, а это в планы Чикаго не входило.

Когда все присутствующие расположились за столом, Феликс обратился к сидящему напротив него хохлу.

— Ну что, урод, — произнес Чикаго по-русски, заранее извинившись перед теми, кто не знал русского языка. — Ты же знаешь нашу поговорку «Не пойман — не вор». Так вот — ты пойман. — Феликс сделал паузу и пристально посмотрел в глаза Евгения Валерьяновича, а затем продолжил: — В твоих интересах не гнать нам пургу, которую ты гнал до сих пор, а честно и откровенно ответить на все интересующие нас вопросы.

— Я и так правду говорю! Почему вы мне не верите? — задал нелепый вопрос Тарасюк.

— Закрой рот, гнида! — завращал глазами Шальной, поигрывая стилетом. — Хавальник свой откроешь, когда тебе скажут!

— Тебе не верят потому, — продолжил Феликс, — что ты конкретное фуфло гонишь! Как ты думаешь, было ли у нас время и возможности навести подробные справки, что ты за птица?

Тарасюк пожал плечами. Дескать, сомнений нет.

— Так вот, мы прекрасно знаем твой интеллектуальный уровень. Тип ты достаточно грамотный и хитромудрый для того, чтобы ту пургу, которую ты гонишь, можно было принять за действительность. Но тебе не повезло, мы не лохи. Твое фуфло здесь не прокатит. Так что сейчас соберись с мыслями и снова пройдемся по перечню задаваемых тебе вопросов.

— Но я честно обо всем рассказал, — продолжал скулить Тарасюк.

— Может, ему вкачать препарат, который применили на китайце в Лос-Анджелесе? — прошептал на ухо Феликсу японец. — Мы его с собой на всякий случай захватили.

— Посмотрим. Но, может, он нам и не понадобится, — также шепотом ответил Феликс мистеру «Якудза» и уже в полный голос продолжил: — Слушай, Евгений Валерьянович, я так понимаю, что тебя еще в полный рост не трамбовали? Я так понимаю, что ни «русский утюжок», ни паяльник в жопу на тебе еще не практиковали? Очень зря. Эти наши российские методы отличаются весьма высокой результативностью.

— А может, с ним перышком поиграть? — сверкнул лезвием стилета Коля Шальной. — Я в этом большой дока, а с тобой, гнида, буду и вовсе виртуозом! Для тебя уж постараюсь вовсю! Я тебя такой болью подогрею, что тебе, гнус, это в твоих самых жутких кошмарах не снилось!

Психолог Феликс уловил искру страха в расширенных зрачках и понял, что надо ковать железо, пока горячо.

— А что, неплохая идея. На самом деле тебе придется пообщаться с господином Шальным. Он по жизни человек добрый, но обладает исключительным умением вызывать боль. Маркиз де Сад от зависти бы помер, а гестаповским палачам впору у него уроки брать. Ну что, господа, — обратился он к присутствующим, незаметно подмигнув Сани Делоручи. — Может, покинем господина Тарасюка на часик? Оставим его наедине с мистером Шальным, а он, в свою очередь, продемонстрирует свое незаурядное искусство.

Феликс, как коршун над добычей, наклонился над Евгением Валерьяновичем и посмотрел ему прямо в лицо. У того непроизвольно стала подергиваться губа. Потом, повернувшись к Шальному, он произнес:

— Ну что, уважаемый брат, узник в твоем распоряжении. А мы с господами пока выйдем. Гошу я оставлю тебе в помощь, он замечательный специалист по утюгам и паяльникам. Прошу вас, господа.

Все вышли. Коля начал со зловещей ухмылкой вращать перед лицом Тарасюка обоюдно острый стилет, а Гоша вытащил из сумки заранее предусмотрительно упакованные туда указанные Феликсом электроприборы.