Не буду больше сражаться - Меррил Биил

21. Битва при Медвежьей Лапе

Стойбище Проткнутых Носов размещалось в серповидной бухточке между скал на левом берегу Змеиного Ручья. Несмотря на то, что верхнее окончание этого серпа поднималось совсем незначительно, оно всё же представляло собой весьма надежную защиту от наступления с того края. Однако три другие стороны были практически открыты для любого доступа, и тем не менее, индейцы не выставили соответствующую охрану, чтобы хоть как-то уберечься от внезапного нападения кавалеристов.

Несмотря на это, у Проткнутых Носов имелись некоторые стратегические преимущества. Змеиный Ручей не только обеспечивал их питьевой водой, но этот поток оставил два старых русла в затвердевшей лаве, которые, подобно специально прорытым траншеям, сходились под углом и представляли собой отличное оборонительное сооружение. С началом атаки индейцы сумели также расширить множество имевшихся в округе лисьих нор и приспособить их под укрытия. Они раскапывали их ножами и мисками, взятыми на Коровьем Острове.

Майлс атакует

С места своего пложенная Майлс не сумел увидеть палатки Проткнутых Носов и точно определить линию их обороны. Он знал, что лагерь находился перед ним, только благодаря своих разведчиков.

Полковник организовал наступление следующим образом: капитан Хэйлс Седьмой Кавалерией обошел деревню с южного фланга, капитан Снайдер с Пятой Пехотой ударил с фронта, лейтенант Маус поддерживал действия Снайдера с помощью своих скаутов, лейтенант МасЛернанд должен был вести преследование убегающих индейцев, МакХаг отвечал за артиллерию, основная же масса кавалеристов нападала с фронта.

Жёлтый Волк вспоминал, что он услышал звук «подобный грохоту бегущего стада бизонов… Сотни солдат летели на нас, разделившись на два широких крыла. Они окружали наш лагерь… Они стреляли во всех».

Когда до линии обороны оставалось не более сотни ярдов, воины открыли огонь. Атака капитана Картера на окраине деревни была смята, и добрая треть его солдат вышла из строя. Человек шесть кавалеристов оказались на земле, но продолжали отстреливаться до наступления темноты, скрывшись в лощине. Капитан Хэйл погиб в самом начале, и последние его слова были, как вспоминают друзья: «Бог мой, это же надо было отправиться в поход в такой холод, чтобы сразу умереть.» Лейтенант Бидл также получил смертельное ранение. Таким образом эскадрон Хэйла остался без командиров. У остальных дела были не намного лучше. Вскоре вымазанный кровью лейтенант Экерсон примчался Майлсу и закричал: «Черт возьми! Я единственный офицер из Седьмой Кавалерии, оставшийся в живых!»

Полковник тотчас приказал изменить тактику. Проткнутые Носы вели столь точный прицельный огонь, что наступление в пешем строю оказалось просто погибельным. Майлс отдавал себе отчёт в том, что дикари прекрасно владели оружием, поэтому шел на огромный риск, приказывая пойти в атаку. Но во всей видимости, ему страшно хотелось довести дело до конца, прежде чем к сражению подоспеет Ховард с подкреплениями. Впрочем, в течение часа активных действий он ясно понял, что штурмовая операция приводила к огромным потерям.

Характер обороны Проткнутых Носов

Индейцы, со своей стороны, были явно растеряны. Многим не удалось поймать своих лошадей в суете. Солдаты капитана Тайлера и Шайены наседали с невероятным упорством. Вождь Жозеф сумел отловить пони для своей дочери и велел ей мчаться на север с уходящей колонной. После этого ему пришлось убежать в укрытие, так как лошади обезумели от шума и заметались.

«Я думал о моих детях и жене, – рассказывал он позже, – которые теперь все оказались в кольце солдат. Я твердо решил добраться до них или погибнуть. Молясь Великому Духу, управляющему жизнью, я без оружия бросился сквозь линию солдат. Мне казалось, что ружья гремели отовсюду, спереди и сзади. Моя одежда была сплошь изорвана, моя лошадь ранена, но я остался невредим. Едва я домчался до входа в мою палатку, жена выбежала навстречу с винтовкой в руках, говоря: «Вот твое оружие! Иди и бейся!» Солдаты не прекращали стрельбы. Шестеро из моих людей были сражены совсем близко от меня. Десять или двенадцать солдат вступили в нашу деревню и захватили две палатки, застрелив на месте троих Проткнутых Носов и одновременно потеряв троих своих людей, которые упали у наших ног. Мы дрались почти вплотную, от врагов нас отделяло не более двадцати шагов. И всё-таки нам удалось отогнать солдат на их изначальную позицию. Их мертвые остались лежать на нашей стороне. Мы не замедлили забрать их оружие и боеприпасы. За первый день и первую ночь мы потеряли восемнадцать мужчин и трёх женщин.»

Четверо из воинов, включая Худого Лося, умерли на руках соплеменников. Брат Жозефа Оллокот, Облачная Гора, Тухулхулзот, Хателакен и многие другие погибли во время наступления солдат. Положение индейцев было безысходным. Армия обложила их плотным кольцом, и лошадей у дикарей насчитывалась жалкая кучка, а без них об удачном бегстве думать было нечего.

Несколько солдат и скаутов оставили о том сражении свои свидетельства. Джекоб Хорнер рассказывал, что после того, как солдаты спешились, «Пятая Пехота пошла в наступление, но огонь из деревни оказался сокрушающим, и всякие попытки добраться до индейцев таким образом были оставлены.» Луис Шэмбоу прятался за подстреленной лошадью, но вскоре запах испотрошенного путями конского мяса заставил его перебраться в другое место, где к нему присоединились капрал Джон Хэддо и скаут Лютер Келли по кличке Йеллоустон. Некоторое время они обменивались с дикарями выстрелами, но вскоре капрал был тяжело ранен. Он умер, пока его пытались вынести из-под огня.

С другой стороны, на всякого безрассудного дикаря, который осмеливался показаться из-за своего укрытия, немедленно обрушивался град пуль.

Самым разрушительным оружием оказались двенадцатифунтовые орудия капитана Братертона. Земля, поднятая взрывом шрапнели, засыпала живьем женщину с ребенком, притаившихся в раскопанной лисьей норе. Многих индейцев при взрывах забрасывало взрыхленной почвой почти наполовину. Но точных попаданий из орудий не было.

Майлс решил отправить гонца к Ховарду и Стургису с донесением о начавшемся сражении и о необходимости срочного подкрепления. Посланец не встретил Ховарда, но к вечеру 2 октября нашел Стургиса, и тот выступил вперед, не медля ни минуты.

Защитники деревни

Солдаты чувствовали себя вполне уютно в своем лагере 1 октября, но Проткнутые Носы страдали в холодных высохших речных руслах. Одна женщина вспоминала:

«Мы отрыли траншеи, используя ножи. Кружками и мисками мы выбрасывали землю. Нам было не до приготовления пищи. Мы ели остатки сушеного мяса, которое в первую очередь давали детям. Три дня мы оставались практически без пищи. Малыши плакали от голода и холода. Старики терпели молча.»