Русские сумерки. Клятва трикстера - Олег Кулагин

Разросшаяся лоза. За ней – высокий тростник и вдали – темнеющее под ряской зеркало воды. Шелест камышей, дальний крик птицы, одинокий силуэт цапли в воздухе.

Место – почти идиллическое…

Хорошее для того, чтоб отдыхать, думать о вечном… И хрипло материться сквозь зубы!

Теперь ясно, почему мотоциклисты не особо гнали за нами по пятам.

На фига лететь по колдобинам, ежеминутно рискуя сломать шею?

Куда мы от них денемся!

Впереди болото, а по бокам от просеки чащоба, через которую – только на танке. Поваленные деревья, обвитые кустарником, чуть дальше – молодой ельник…

Десяток метров я прошел вдоль зарослей тростника. Словно еще не верил в очевидное. Потом пришел назад и сел на древний, рассохшийся пень.

Я сидел так минуты две. А мысли в голове кружились, как шумное, бестолковое воронье над павшим зверем. Кружились и возвращались к одному и тому же.

Идеальная западня! Нам не вырваться.

И что дальше? Развернуть «Газель» на тесной просеке и на полной скорости двинуться навстречу погоне?

Красиво. Очень! Жаль, недолго.

Второй раз шантаж взрывчаткой не проканает. Да, им удобнее было б сохранить «Газель» на ходу, но если нельзя иначе – сойдет и так. И кончится все в считаные секунды – пулей водителю или очередью по колесам.

Без вариантов…

Точнее, один имеется. Самый простой. Бросить машину с грузом, оставить раненого Ромку и удирать, спасая шкуру. Вдоль болота вполне можно уйти…

Думаю, именно на это они и рассчитывают.

Я криво усмехнулся. Медленно встал с пенька. Машинально потрогал рассеченную бровь – кажется, кровь уже не идет…

Оглянулся, вслушиваясь.

Ага. Нарастающий звук моторов. Легки на помине!

Значит, все уже решено?

Или не все…

– Что будем делать? – тихо спросил Ромка.

– Главное, сиди в кабине и не высовывайся, – ответил я. Сердце тревожной пташкой колотилось в груди, но голос прозвучал безмятежно. И это было правильно.

– Слышишь? Что бы ни случилось – просто сиди… – повторил я.

Вырубил двигатель «Газели» и забрал ключи с брелоком.

Те, кто двигались по нашему следу, были уже очень близко. Я понял это по тому, что рев моторов вдруг резко оборвался. Конечно, ведь, дальше им надо идти пешком – зарослями подкрадываясь к болоту…

То есть самое время – затевать разговор.

Я выждал немного, пока не уловил шорохи в кустах, и крикнул:

– Эй! Передайте вашему главному – у меня есть к нему пара слов!

Никто не ответил.

Еще минуту, лежа за пеньком, я вглядывался в чащобу. Потом оттуда долетел спокойный, уверенный голос:

– А я думал, ты уже слинял, фраерок. А ты, оказывается, совсем глупый…

– Фраерки не положили бы столько твоих шестерок!

Он ответил пренебрежительным смехом:

– Вот именно – шестерок. Чего их жалеть? Зато все нормальные пацаны – при мне! Так что бросай «волыну» и уходи. Даю десять секунд на размышление, я – пока добрый!

– Сперва потолкуем.

– И о чем нам толковать, фраерок? – судя по звуку, он пренебрежительно сплюнул.

– Сколько тебе обещали?

– Ты столько не заработаешь…

– Понтами вздумал мериться? Давай. У меня тут есть замечательная коробочка – с двумя кнопками. Если вдавить их одновременно и чуток подержать – ты больше ни хрена не получишь за груз. Даже ломаного цента!

Это была правда.

На брелоке действительно имелись две кнопки – красная и синяя. И сейчас мои пальцы почти касались их удобной поверхности из шершавой резины.

Он ответил не сразу и теперь не настолько уверенно:

– Блефуешь, фраерок? Как раньше, со взрывчаткой?

– Не блефую. А честно предупреждаю.

Несколько секунд длилось молчание. Потом опять зазвучал его голос – с совсем иной интонацией:

– Меня кличут Карен Седой. А ты что за гусь?

– Трикстер Тень.

Он хмыкнул:

– Тот, что обул на триста кусков Большого Аслана?

– На сто пятьдесят, – сухо поправил я.

– Да, честность – лучшая политика, – кажется, Седой усмехнулся. – А мы думали, здесь только идейные… Какие твои условия, Тень?

– У меня есть покупатель. И он заплатит больше твоих заказчиков.

– Больше миллиона? – в его интонациях прорезался интерес. «Клюнуло!» – подумал я и вслух озвучил:

– Три с половиной лимона, – и торопливо добавил: – Из них – один мой!

Он не ответил.

Я ждал, облизывая пересохшие губы.

Кругом царила безмятежность. Какая-то мелкая пичужка щебетала за спиной, и ветерок шелестел камышами. От болота веяло прохладой, но все равно было душно.

Я скинул кожаную куртку и ее подкладкой утер пот. В ближних зарослях хрустнула ветка. Я прищурился, всматриваясь, и ближе подвинул к себе взятую из бардачка «Газели» последнюю гранату.

А из кустов вдруг долетел задумчивый голос:

– Целый лимон – тебе одному? Жирно не будет?

Я криво усмехнулся – разговор пошел в нужном направлении. Но вслух я почти возмутился:

– Это мой покупатель. Без меня вам вообще ни хрена не светит!

– Ладно. Давай так – мы забираем груз. Ты приводишь барыгу. Честно делим бабки и разлетаемся, как птицы!

Хорошо. Он уже считает меня почти компаньоном, которого можно легко «кинуть». Пора закреплять эффект.

– Думаешь, если у тебя будет груз – ты и сам сумеешь договориться с заказчиком? – прочитал я его мысли.

Он засмеялся. А я холодно уточнил:

– Ты, видно, кое-что не уловил, Седой. Думаешь, главное – получить груз? Нет, намного труднее его продать… И при этом сохранить целой свою башку.

Где-то левее хрустнула веточка – может, какой мелкий зверек… а может, двуногие хищники уже пытаются обойти меня с фланга.

Я облизал губы и хрипло озвучил:

– Хотите получить бабки – не устраивайте дешевые игры!

Из зарослей передо мной послышалась какая-то возня, негромкая ругань. Кажется, о чем-то они спорили.

– И ты с нами не играй! – долетел вдруг оттуда новый голос, резкий и требовательный.

– Я честно изложил весь расклад…

– А что это за груз, за который отвалят такое сладкое лавэ? Сдается, пургу гонишь, фраерок…

Мне стало почти весело.

То есть особо радоваться было нечему, но в главном я не ошибся – тот, кто нанял бандитов, использовал их втемную. Хоть в чем-то мне повезло.

Вслух я объявил:

– А про груз вам знать не обязательно. Меньше слышал – крепче спишь!

В ответ вмешался Карен Седой:

– Так не пойдет, Тень. Пацаны имеют право знать!

– Да, и пусть нам по ушам не ездит, а откроет фургончик, – добавил кто-то из зарослей.

Серьезно? К чему такая спешка?

– Разве вас не предупредили? Фургон открывать нельзя.

Седой уточнил:

– Это правда, что там устройство самоликвидации?

– Хотите проверить?

– И, конечно, ты не знаешь, как его отключить?

Я выдержал актерскую паузу. И объявил:

– Знаю.

– Тогда открой.

– Не могу.

– Почему? Там действительно радиация?

– При чем тут радиация? Просто НЕЛЬЗЯ.

Из кустов опять долетела приглушенная ругань. И требовательный голос процедил:

– Это можешь лохам втирать. Не хочешь по-доброму, сами проведаем, из-за какой хрени лезли под «волыны»!

– Замок – с «секретом», потеряете груз!

– Ничего, мы – тоже не пальцем деланные…

В кустах кто-то хихикнул.

Я выждал, словно обдумывая, и наконец мрачно ответил:

– Как хотите. Но я вас предупредил!

Надел куртку, медленно поднялся с земли и отряхнул штаны. Чувствуя злые внимательные взгляды, двинулся к «Газели».

Автомат остался лежать на траве. Брелок – у меня в руке, а в кармане куртки – граната. Вряд ли я успел бы ее использовать, но пока они не собирались стрелять. Я мог разобрать приглушенный разговор у себя за спиной:

– Что за непонятки…

– Шето, не лезь!

– Он ведь ловкач…

Когда я был уже у дверей фургона, резкий голос меня одернул:

– Погодь, фраерок! Не так быстро…

Сзади захрустели ветки. Я оглянулся. Несколько фигур приближались к машине вдоль просеки. Еще двое подходили с флангов. Все держали оружие наготове. И кажется, кто-то наблюдал за мной из кустов.

«Многовато…»

По крайней мере, я надеялся, что их осталось меньше.

Целая стая вооруженных субъектов взяла «Газель» в кольцо. Разного вида и возраста, они имели кое-что общее, ясно читавшееся в глазах, – все напоминали оголодавших мутантов, почуявших легкую добычу.

– А что твой корефан не выходит? – осклабился щуплый пожилой бандит с редкими рыжеватыми усами. Голос был знакомый – один из тех, кто требовал показать груз.

Я глянул в сторону кабины – там уже крутилась пара бандитов – и вздохнул:

– Не надо его трогать – ранили вы его. В больничку бы надо парню…

– Не тронем, – еще шире и неприятнее оскалил тип желтоватые зубы. – Будет вам и больничка! Я, Шето Приморский, честных пацанов не обижаю… Открывай!

Тщедушная его фигура казалась абсолютно расслабленной. Но два ближайших молодых бандита целились в меня из автоматов – почти в упор. А их пальцы нервно подрагивали на спусковых крючках.