Атака по правилам - Вадим Панов

– По соображений мораль мы не показывать вся запись, который передать городской полис, это просто террибл. Сорри, ужась. Но еще уан эпизод мы просто обязан вам демонстрировать.

Эта камера снимала танцевальный подиум. Было отчетливо видно, как черноволосая танцовщица растерянно смотрит на разъяренную толпу, как в нее летят бутылки и фрукты, как хохочут толпящиеся рядом со стриптизершей короткостриженые ребята. Камера не успела зафиксировать сам переход, изображение смазалось, но то, что это произошло именно с танцовщицей, не вызывало сомнений. Стройная гибкая девушка за какие-то доли секунды превратилась в чудовищного монстра, словно вышедшего из лучших ужастиков Голливуда. Лысая голова, пылающие из-под тяжелых надбровных дуг глаза, провалившийся нос, клыки, торчащие из лишенного губ рта, устращающие рога, шипастый хвост… Кадр остановили, давая возможность публике насладиться необычным зрелищем.

– То, что произойти дальше, все знать, – продолжил Славик. – По осторожный сообщениям полис, погибло не меньше тридцать пипл. Шок. Что произойти в «Качели»? Ху из этот террибл монстр? Полис не способен отвечать, полис способен молчать, а по нашей родному город Москва ходить зловещий слухи. Ту коммент событий мы просили известный ученый Лев Серебрянц. Плиз.

Камера дала крупный план, и на экране слева от Тостера возникла фигура профессора.

– В первую очередь я хочу заявить, что потрясен этой страшной трагедией, – с приличествующей скорбью в голосе начал Лев Моисеевич. – Я скорблю вместе со всеми, кто потерял своих друзей, детей, жен, мужей, но в то же время хочу сказать, что предупреждал о возможности подобных событий. Но мои предупреждения остались гласом вопиющего в пустыне.

– Вы сказать, что говорить о трагедии в «Качели»?

– Это могло произойти в любом клубе, в любом театре, в любом торговом центре, даже просто на улице, – покачал головой Серебрянц. – В любое время. Я давно говорил о том, что в нашем городе действуют нелюди! Ужасные и жестокие монстры! Власти скрывают правду, закрывают глаза, отмахиваются от моих заявлений, и именно их попустительство привело к этой драме.

– Не-лю-ди? – Незнакомое слово заставило Тостера нахмуриться. – А, вы иметь в виду мутант? Икс-мен?

– Я имею в виду древние расы, жившие на Земле задолго до нас. Святая церковь называет их порождением дьявола, о них мы слагаем сказки и легенды, снимаем фильмы ужасов, даже не подозревая, что они смотрят эти фильмы вместе с нами. Нелюди разные, но все они пропитаны духом ненависти к людям!

– Это очень смелый заявлений.

– Факты, которые я собрал, позволяют мне быть очень смелым, – холодно ответил профессор. – Меня не слышали, когда я говорил, теперь я буду кричать! Трагедия в клубе «Качели» – дело рук оборотней. Точнее, одного оборотня. Этого более чем достаточно.

– Оборотень… вервольф?

– Вервольф, человек-волк – это не более чем сказки. Настоящие оборотни не имеют отношения к людям, это совершенно другая раса, со сложными генетическими цепями. В обычной жизни они неотличимы от нас, но когда они меняются, то превращаются в монстров. Быстрых и жестоких. Вы видели это на видеозаписи.

– Я давно не быть столь удивляться, – признался Тостер зрителям, – но я видеть видео, я просто не могу ничего говорить против нашему гостю.

– Я думаю, что собранные мною материалы еще более укрепят вас в моей правоте, – улыбнулся Лев Моисеевич. – Давайте посмотрим запись, которую я сделал некоторое время назад.

Картинка на экране снова поменялась. Теперь это была хорошая любительская видеосъемка.

– Я тогда работал лесничим здесь, в Лосином Острове. – Высокий мужчина в форменной куртке задумчиво посмотрел на шумящий вокруг него лес. – Думал, что все здесь знаю.

– Работа нравилась? – в кадре появился одетый в спортивный костюм Серебрянц.

– Конечно, я ведь сызмальства по этому делу, и отец мой тоже. Вся семья.

– Представьтесь, пожалуйста, так надо.

– Федорчук Илья Григорьевич, – четко произнес мужчина, смущенно вытаращившись в камеру.

– Расскажите, как все это произошло.

– Я возвращался с обхода, кормушки проверял, – мужчина вздохнул. – И как раз вот здесь слышу шаги. Даже не шаги, шорох, движение. Краем глаза вижу тень. Большая, рослая, а движется очень легко, быстро, невероятно быстро. Я даже не заметил ее как следует, скорее почувствовал.

– Испугались?

Федорчук помедлил:

– Да. Я в лесу с детства, и на кабана ходил, и на медведя, но такого никогда не видел. Ружье схватил…

– Вы стреляли?

– Наверное, зря, – снова после паузы ответил Федорчук. – Я уже сейчас думаю, что зря. Тогда испугался, конечно, пальнул, в ответ рычание, я побежал. И вдруг он передо мной, словно с ветки спрыгнул.

– Он?

– Монстр. Высокий, рога такие, изогнутые, хвост. Я закричал, побежал в другую сторону, тут услышал еще крики…

– Кто кричал?

– Не знаю. Удар почувствовал, упал, а монстр через меня перескочил, и в лес.

– Покажите, пожалуйста, вашу спину.

Федорчук послушно снял куртку и задрал рубашку. Вдоль всей спины лесничего шли три шрама, словно бы оставленные когтями невиданного чудовища.

– Что сказали полицейские?

– А что они могли сказать? Говорят, шрамы эти мог кто угодно оставить, только я точно знаю, – Федорчук опустил рубашку, – в наших местах трехпалых зверей не водится. У кого хочешь спроси.

Картинка вернулась в студию.

– В настоящее время Илья Григорьевич Федорчук работает в Подольском охотхозяйстве, – сообщил Серебрянц. – Мы с огромным трудом уговорили его приехать в Лосиный Остров. Он боится.

– Это не есть удивление, – поддакнул Тостер.

– Второй случай произошел совсем недавно, включите, пожалуйста, запись.

– Георгий Иванович Фролов был свидетелем нападения оборотня на квартиру его соседки. Расскажите, пожалуйста, что вы видели?

На этот раз в спортивном костюме был свидетель, а сам Серебрянц щеголял в дорогой тройке. Они стояли на балконе типовой муниципальной квартиры, неподалеку от которого внизу густо шелестели деревья.

– Я ремонт делал, – бойко сообщил Георгий Иванович, – слышу, с соседнего балкона какой-то звук доносится. Вроде прыгнул на него кто-то. А у нас ведь ого-го, не первый этаж. Я заглянул и увидел его.

– Кого его?

– Чудовище, – свидетель покачал головой. – Здоровое такое, сильное, рога мощные, хвост шипастый, толстый такой, морда страшная, клыки торчат, глазищи зеленые, а пахнет, – Георгий Иванович неожиданно улыбнулся, – пахнет почему-то персиками.

– Вы его так хорошо разглядели?

– Оно меня не видело, – свидетель помялся, – к счастью.

– Что было потом?

– Оно дверь балконную выбило, ворвалось в квартиру, а оттуда в него стрелять начали, я все полицейским рассказал, все как есть.

– Они вам поверили?

– Сомневаюсь.

Запись прервалась.

– Оборотни – это реальность, – произнес Серебрянц. – И молчать о них – значит ждать нового кровопролития. Мы должны бороться.

– Признаться, я пребывать в смятение, – Тостер снял очки и протер линзы. – Версия нашего гостя ориджинал, экзотик, но есть свидетели и факты, и эта террибл трагедия в «Качели»… Наша передача оставить больше вопрос, чем ответ, я благодарить Лев Серебрянц и хотел бы поставить вопрос перед полис: что происходит?

На этот раз картинка показала тщедушную фигуру майора Корнилова, устало смотрящего в объектив на фоне клуба «Качели»:

– Управление полиции приложит все усилия, чтобы расследовать это преступление в кратчайшие сроки.

– Но вы уже можете сообщить подробности, господин майор?

– К сожалению, никаких комментариев. Официальное заявление пресс-службы управления будет через несколько часов.

Вилла «Каравелла»

Москва, Серебряный Бор, 29 сентября,

пятница, 11.57

Кара отключила телевизор и удовлетворенно потерла руки.

Ну что же, вложенные деньги Серебрянц отрабатывает на совесть, программа потрясающая. Теперь пора подбросить новые факты для размышления.

Колдунья потерла переносицу и медленно прошлась по кабинету. Успокоиться, расслабиться, сосредоточиться. На этот раз ей потребуется приложить немало сил, но игра стоит свеч. Необъяснимые события вызовут, уже вызвали у москвичей вопросы, власти будут вынуждены реагировать на недовольство налогоплательщиков, и тогда Тайный Город узнает, что такое пристальный интерес.

Необходимые приспособления были уже готовы. На массивном подносе были расставлены пять зажженных свечей. Колдунья осторожно поставила в центр подноса большой хрустальный шар, немного подождала, пока его бока потеплеют от пламени, и прошептала заклинание. Воздух над подносом сгустился, и перед Карой появилось объемное изображение нужного места. Колдунья бросила взгляд на часы – до начала событий оставались считаные минуты.