Четыре мушкетёра - Лион Моисеевич Измайлов

И они ушли по одному с интервалом в минуту, как было сказано Атасовым: сам Атасов, потом Арамич, а за ними Порточенко, который сразу перешёл на бег. А ещё через минуту у столба появился Планшеев.

— Ну, где вы? Там ещё одна касса открылась. Я пошустрил, был вторым, ждал-ждал. Куда они ушли?

В последнем вопросе прозвучала неподдельная тревога.

— Они к тебе пошли, — ответил Вартанян.

— Ну и хорошо. Сейчас догоним. Ты деньги раздал?

— Да.

— Молодец. Давай мою долю, и побежали.

— Её взял Атасов, сказал, что отдаст тебе у кассы.

В это время объявили, что рейс на Одессу задерживается до двадцати двух часов. Но на Планшеева это объявление не произвело никакого впечатления, так как он не мог прийти в себя от того, что услышал от Вартаняна.

— Бежим, — наконец выдавил он. — Ты беги к кассам, а я сейчас туда подойду.

Он побежал в другую сторону, а Вартанян помчался к кассам. Друзей там не было. Он пробился к кассам и спросил, не брали ли только что три билета до Одессы.

Оказалось, что не брали ни в одной кассе. «Что за чертовщина! Не могли же их всех арестовать, они же порознь уходили», — думал Вартанян, не зная, что теперь делать. Он стал ждать Планшеева, но его всё не было.

Планшеев, лихорадочно вспоминая повадки Атасова, вдруг хлопнул себя по лбу и помчался по направлению стрелки с надписью «WС».

Когда он подбежал к двери с таким же наименованием, она открылась и показалась целая процессия: впереди шёл Атасов, за ним двое милиционеров вели двух пьяных — каждый по одному. Все направились в пункт милиции аэропорта. Планшеев последовал за ними и сумел проскользнуть за дверь пункта. Начали разбираться. Получалось, по словам пьяных, что на них напал трезвый Атасов. Такой факт привёл милиционеров в недоумение.

— У вас есть свидетели? — добивались они у пьяных.

— Я свидетель! — неожиданно для всех объявил Планшеев.

— А этот человек вообще там не был, — сказал Атасов.

— Если так, то вы пока подождите за дверью, — вежливо попросил Планшеева один из милиционеров, после чего тот вышел и стал терпеливо ждать.

Всё это время Вартанян бесцельно слонялся возле касс. Он уже передумал всё, что могло случиться с его друзьями, и очень беспокоился. Рядом с ним ходил какой-то гражданин, который тоже кого-то ждал. Они разговорились. Вартанян не сказал, кого он ждёт и куда летит. Говорили о погоде и авиации. Гражданин вдруг сказал, что ждать ещё долго и надо бы перекусить, после чего ушёл. Вартанян как по команде почувствовал голод и пошёл искать, где бы поесть. Когда он подходил к буфету, навстречу ему попался тот же гражданин, который сказал, что там ничего нет, надо идти в ресторан. Пошли в ресторан, сели за столик.

Из дальнего угла до Вартаняна донеслось знакомое воркование, которое он слышал только от трезвых голубей и от пьяного Порточенко. Он извинился перед попутчиком и пошёл в угол. За столиком он увидел Арамича и Порточенко.

— Понимаешь, — сказал Арамич, — я паспорт дома забыл. А без паспорта билета не дают. Садись с нами, сейчас чего-нибудь придумаем.

Порточенко понял, что его опередили. Он в который раз подивился находчивости друга и в который раз не порадовался за него.

Вартанян сидел с ними, не понимая, впрочем, почему пассажир, если он забыл паспорт, должен оказаться в кабаке.

— А что вы делаете здесь? — спросил он.

— Как что? Прощальный ужин, — сказал Арамич. — Сейчас допьём, и вы полетите.

— Давай с нами. — Порточенко налил всем в фужеры.

— А где Атасов? — не унимался Вартанян.

В ответ Арамич неопределённо повёл рукой, а Порточенко поднял свой бокал. Про Планшеева спрашивать не решались.

— Но у тебя-то есть уже билет? — спросил Вартанян у Порточенко.

— А как же! — ответил за него Арамич.

— Но я же… — И Вартанян рассказал, как он был около касс, как узнавал про три билета на Одессу.

— А он три и не брал, он один взял, — невозмутимо объяснил Арамич и встал. — Я пойду попробую что-нибудь узнать и вернусь сюда или поймаю вас на посадке.

Он выпил и ушёл.

Вартанян посмотрел ему вслед и машинально отметил, что гражданин, с которым он пришёл сюда, уже поел и тоже направился к выходу. А Порточенко сразу приуныл. Его не вдохновляла даже ещё одна бутылка на столе, которую быстро принёс официант по заказу Вартаняна.

Он сидел и буквально видел, как Арамич выходит из аэропорта, садится в такси и мчится домой. На самом деле так оно и было. Порточенко вздохнул, посмотрел на новую бутылку с надеждой и привычным движением налил ещё по одной.

А в это время Планшеев наконец дождался своего. Дверь пункта милиции открылась. Из неё вышел милиционер, за ним Атасов и второй милиционер волоком тащили обоих истцов, на которых, похоже, следствие произвело неизгладимое впечатление. Планшеев пошёл вслед за ними. На стоянке уже готова была машина «Спецмедслужба», куда все трое и погрузили истцов. После этого Атасов, небрежно кивнув милиционерам, быстро прыгнул в такси и уехал.

Планшеев окаменел от такого поворота событий.

— Вы что, отпустили его? — растерянно спросил он у милиционеров.

— Так он не виноват, — ответил один из них. — Он просто помог нам доставить их сюда.

Планшеев поплёлся на остановку автобуса.

В двадцать один тридцать, когда Вартанян уже начал беспокоиться и заплатил по счёту, чтобы уйти в любой момент, объявили, что рейс задерживается до двадцати четырёх. Порточенко, как показалось Вартаняну, даже обрадовался.

Потом они гуляли. В двадцать четыре часа объявили, что рейс откладывается до двух часов. Порточенко сказал, что ему надо взять с собой тёплые вещи, потому что утром у моря прохладно. Они пошли в зал ожидания, где Порточенко сел и сразу уснул.

Вартанян тоже задремал, слушая сквозь сон радио. Когда же всё-таки в шесть утра их пригласили на посадку, Порточенко не смог встать с кресла: он был мертвецки пьян. Вартанян бил его по щекам, тёр уши, тряс за плечи — всё было тщетно. Когда он совсем отчаялся, не зная, что делать, откуда-то возник всё тот же гражданин.

— Давайте посадим его вон туда, — он показал на кресло, стоявшее за колонной и потому менее заметное из зала, — там он выспится, и всё будет хорошо. А вы летите, а то рейс уйдёт без вас.

После некоторых колебаний Вартаняна они так и сделали, а потом незнакомец вышел из зала такой деловой походкой, словно приходил сюда специально, чтобы помочь Вартаняну.