Другие правила - Валерия Аристова

неожиданно для себя разрыдалась. Она рыдала и не могла остановиться, а он сидел рядом, опустошенный, перепуганный и абсолютно разбитый. Он не знал таких слов, которые могли бы утешить ее, и ужас от содеянного постепенно овладевал его сознанием. Рене дАнтуален никогда не был жесток и никогда не прибегал к насилию. Впервые в жизни столкнувшись со зверем в себе, он потерял всякие ориентиры. Его поступок не укладывался в голове, и он никак не мог осознать, что все это с Катрин проделал не кто-то еще, а он сам.

В этот момент дверь с грохотом отворилась и на пороге в свете факела появился мужчина

Глава 19. Спаситель

Катрин резко перестала плакать. Глаза ее встретились с темными глазами Жоржа де Безье. Повисло вязкое долгое молчание. Рене боялся пошевелиться, поняв, что не будет никакой свадьбы с Катрин, и он может не прокручивать больше в голове все возможные пути отступления. Путей этих нет так же, как невозможно вернуть Катрин невинность. Он никогда не выйдет из башни Фей. Оставь надежды, всяк сюда входящий.

Жорж де Безье молча кинул ему какое-то оружие. Наверняка снял со стены на первом этаже, подумалось Рене.

Жорж окинул комнату взглядом. Мебель вся перевернута, на полу в свете факела мерцают жемчужины рассыпавшегося ожерелья Катрин. Сама Катрин в разорванном платье, волосы ее совершенно растрепаны и, ничем не сдерживаемые, падают на плечи и спину. Она подняла голову и посмотрела на него, но тут же опустила глаза. Щека ее опухла, а руки все в красных пятнах. Завтра они потемнеют и будут черными.

— Вы можете защищаться, — сказал он дАнтуалену, — но вряд ли вас это спасет.

Дуэль была короткой. У Рене дрожали руки, а ноги не хотели двигаться в такт. Все тело будто было налито свинцом. Теперь он на себе почувствовал недавнее состояние Катрин.

Вдруг возле двери мелькнула белая тень. Прямо за спиной Жоржа де Безье стояла женщина. Та самая, которую он видел внизу, и которая предупреждала его от злого деяния.

Рене отступил к стене, машинально отражая удары. Но женщина не исчезла. Теперь он хорошо мог рассмотреть ее. Она была совсем молода, и светлые волосы, заплетенные в толстые косы, лежали у нее на плечах.

— Теперь ты будешь моим... — прошептала она совершенно беззвучно, — иди, иди!

Он не мог сопротивляться ее зову. Рванувшись вперед, Рене опустил оружие и напоролся на шпагу Жоржа де Безье.

— Я иду, Камилла! — проговорил он и рухнул на пол.

Жорж бросил шпагу, даже не потрудившись вынуть ее из груди соперника. Он поискал глазами Катрин, но в комнате он был один. Катрин исчезла.

...

Дождь практически перестал, превратившись в холодную морось. Последние порывы ветра развевали распущенные по плечам волосы Катрин и то, что осталось от ее бального платья. Она стояла между двух зубцов башни, держась за один из них руками. Далеко внизу мерцала в свете луны мокрая земля.

После грозы сильно похолодало и она быстро замерзла.

Первым прыгнул с башни Робер. Был ли кто-то еще, думала она. Мысли были совершенно ясны и спокойны, как будто это не она стояла высоко над землей, готовясь сделать свой последний шаг. Где-то вдали еще сердился гром.

Самоубийцы попадают в ад.

Катрин еще раз посмотрела вниз. Земля, готовая принять ее, была невероятно далека. Она успеет испытать чувство полета, а если раскинуть руки, то можно почувствовать себя птицей. Сердце ее билось, как бешеное. Всего один шаг, и она там, у подножья башни на твердой мокрой земле. Всего один шаг, но сделать его невероятно трудно. И если она мечтала о смерти в тот момент, когда бежала по лестнице, и в тот, когда вскочила на парапет, то взглянув вниз остановилась. Один шаг — и пустота. Ноги ее будто приросли к камню.

Ветер ударил в спину, и Катрин крепче вцепилась в камень. Ее жизнь закончена в любом случае. Не проще ли расстаться с нею прямо сейчас, покрыв смертью свой позор, чем долгие годы ждать конца, влача печальное существование старой девы, отвергнутой обществом? Она приблизилась к краю. Носки ее туфель свисали над бездной, и подуй сейчас ветер, она бы не удержалась на краю. Но природа замерла, как будто подчеркивая важность ее решения. Ветер резко стих, а дождь окончательно прекратился.

— Разве это просто, шагнуть в пустоту? — вспомнилось ей. Тогда она стояла около парапета и так же как сейчас смотрела вниз. Только светило яркое солнце, а рядом стояла Валери с шляпкой в руке.

— Намного проще, чем жить без возлюбленной, Катрин. Намного проще, чем пережить ее свадьбу с другим. Всего один шаг — и ничего. Можно не думать о воздаянии. Думать только от том, что там — ничего. Что там нет боли.

А есть ли там боль? Ведь самоубийцы попадают в ад. Она закрыла глаза, почувствовав только сейчас, что по щекам ее текут слезы.

— Не в ад, а в новый круг. Боль все равно придется научиться переживать.

Голос Валери звучал так явно, будто она снова стояла рядом с ней. Катрин даже обернулась, надеясь увидеть ее. Но, конечно же, на башне была она одна. Катрин села на парапет и спустила ноги вниз. Земля была все так же далека, но решимость уходила из нее, как будто она все время боялась выдохнуть, а вот теперь, услышав голос кузины, явно ли, внутри ли себя, вдруг выдохнула и задышала спокойно.

— Когда вы будете стоять на краю, вспомните мои слова, что этот шаг — путь в никуда. Он не принесет облегчения. Ну если только временно. И делают его только слабаки и трусы.

Катрин снова обернулась и подтянула ноги. Земля стала еще дальше, но больше не манила ее. Почему ее кузина знала, что она будет стоять на краю? Она отодвинулась как можно дальше от края, у нее неожиданно закружилась голова от такой высоты. Так она сидела, прислонившись к холодному камню, обняв ноги, и склонив голову на колени.

— Спасибо тебе, Валери...

В этот момент дверь с лестницы распахнулась и на крыше появился Жорж де Безье. Катрин резко поднялась, одним движением, и отступила на шаг, прямо к пропасти. И тут случилось что-то невероятное. Он ничего не сказал, он просто смотрел на нее и вдруг опустился на колени и протянул ей руку.

Оба молчали, смотря друг другу в глаза.

— Я не